Джеффри Сакс отвечает критику из Европы и объясняет, что только понимание причин конфликта может привести к его прекращению. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> В открытом письме к федеральному канцлеру Фридриху Мерцу, которое было опубликовано 27 мая 2026 года в газете Berliner Zeitung, я изложил шесть ошибочных решений немецкой внешней политики, принятых после воссоединения — шесть конкретных решений, которые были приняты конкретными немецкими политиками в известные даты и привели Европу на грань полномасштабной войны. Издание Berliner Zeitung опубликовало ответ автора под псевдонимом Тонио Нильсен, которого редакция идентифицировала как "сотрудника правительства одной из европейских стран". Господин Нильсен обвиняет меня в "искажении истории", "избирательном изложении исторических фактов", а также в "моральной и аналитической несостоятельности". Он приходит к выводу, что мое предложение равносильно "управляемой капитуляции". Его ответ заслуживает серьезного обсуждения. Поэтому я хотел бы рассмотреть шесть пунктов по отдельности. В каждом случае я объясню, что я сказал, что отвечает на это Нильсен и почему его ответ несостоятелен. 1. Гарантии 1990 года и расширение НАТО на восток Что я сказал: Договор "Два плюс четыре" от сентября 1990 года, который обеспечил воссоединение Германии, был заключен в контексте торжественных, неоднократных и задокументированных устных заверений, которые давали Михаилу Горбачеву Ханс-Дитрих Геншер, Гельмут Коль, Джеймс Бейкер и другие — заверений о том, что НАТО не будет расширяться на восток. Рассекреченные документы, собранные Национальным архивом безопасности Университета Джорджа Вашингтона, не оставляют места для сомнений (см. здесь). Заверения стали условием воссоединения Германии на западных условиях. Впоследствии условия были нарушены. Что отвечает на это Нильсен: "Устные заверения по поводу воссоединения Германии действительно имели место. Их следует серьезно изучить с исторической точки зрения. Однако эти заверения так и не зафиксировали в каком-либо договоре, который мог бы предотвратить последующее расширение НАТО". Поэтому, как он заключает, у Москвы нет "постоянного права вето в отношении решений суверенных государств, расположенных между ФРГ и Россией". Почему это возражение несостоятельно: Нильсен признает исторический факт — заверения действительно были даны. Затем он отвергает их, мотивируя это тем, что их "так и не зафиксировали в каком-либо договоре". С точки зрения международного права это просто неверно. Международный суд рассмотрел этот вопрос в 1974 году в деле "Ядерные испытания (Австралия против Франции)" (доступно здесь). Суд постановил, что односторонние публичные заявления уполномоченных представителей государства, сделанные с намерением придать им обязательную силу, имеют юридическую силу независимо от того, закреплены ли они в форме договора. "Не имеет значения, было ли заявление сделано устно или письменно, — отмечает суд, — единственный значимый вопрос заключается в том, позволяет ли формулировка, использованная в таком заявлении, ясно распознать намерение придать ему обязательную силу". Швейцарский исследователь Паскаль Лоттац очень наглядно продемонстрировал применимость этого принципа к заверениям 1990 года. Эти заявления сделали уполномоченные представители — госсекретарь Бейкер, федеральный министр иностранных дел Геншер и федеральный канцлер Коль — в ходе официальных дипломатических переговоров с явным намерением получить согласие Советского Союза на воссоединение Германии. Критерии Международного суда полностью соблюдены. Согласно международному праву, эти заверения имели и сохраняют обязательную силу. 2. Декларация по итогам саммита НАТО в Бухаресте в 2008 году и стратегия расширения альянса Что я сказал: Канцлер Меркель пишет в своих мемуарах, что на момент проведения саммита в Бухаресте в 2008 году она понимала, что вступление Украины и Грузии в НАТО будет равносильно объявлению войны России. Она знала о "красной линии" России. Тем не менее она уступила американскому давлению и согласилась с формулировкой о том, что Украина и Грузия "станут" членами НАТО. Именно эти слова стали причиной катастроф 2014 и 2022 годов. Возражение Нильсена: Бухарестская декларация содержала "намеренно расплывчатые формулировки": в ней не было ни плана действий по членству (ПДЧ), ни графика. "Возможно, это было неразумно со стратегической точки зрения, но речь не шла о непосредственном вступлении Украины в НАТО". Почему это возражение несостоятельно: В этом и заключается суть проблемы, и в этом вопросе европейский политический класс либо не понимает стратегию США, которая привела нас к такой ситуации, либо понимает ее, но замалчивает перед европейской общественностью. Так или иначе, аргументация Нильсена не выдерживает критики в свете трех свидетельств — заявлений канцлера Германии, которая подписала Бухарестский текст, американского стратега, который объяснил суть этой политики, и самого генерального секретаря НАТО. Во-первых, сама Меркель объяснила, почему подталкивать Украину и Грузию к вступлению в Североатлантический альянс было опрометчиво. В своих мемуарах "Свобода" она пишет, что считала обсуждение плана действий по членству для Украины и Грузии "игрой с огнем", поскольку "ситуация с точки зрения Путина не была должным образом проанализирована". Затем она недвусмысленно излагает, какова была эта точка зрения. Тогда Крым, где в рамках соглашения о размещении, которое действовало до 2017 года, базировался российский Черноморский флот, входил в состав Украины. Как она выразилась, "тот факт, что страна-кандидат в члены НАТО была настолько тесно связана с российскими военными структурами, не имел прецедентов". Кроме того, лишь меньшинство украинцев поддерживало вступление в НАТО; страна была глубоко расколота. У Грузии были нерешенные территориальные конфликты в Южной Осетии и Абхазии — что, согласно принципам альянса, представляло собой достаточное основание для отклонения заявки на вступление. Как отмечает Меркель, это никоим образом не напоминало ситуацию в странах Центральной Европы, которые присоединились к альянсу ранее. Тем не менее, по оценке экс-канцлера Германии, продолжение расширения НАТО означало игру с огнем. И именно на это она в конце концов пошла — под давлением США. Это не моя оценка, а ее. Ответ Нильсена состоял в том, чтобы заверить европейскую общественность, что заявления по итогам Бухарестского саммита были "намеренно расплывчатыми". Меркель знала, что решение было недостаточно неопределенным. Она точно знала, какой сигнал это пошлет Москве. В своих мемуарах, которые вышли в 2024 году, она написала: "Для Путина обещание НАТО о приеме в альянс было равносильно собственно приему обеих стран и, следовательно, означало объявление войны". Во-вторых, расширение НАТО вплоть до границ России не было серией независимых друг от друга решений суверенных государств. Оно было ключевым элементом американской стратегии, открыто провозглашенной за десять лет до Бухареста. В 1997 году Збигнев Бжезинский с примечательной откровенностью изложил этот план как в книге "Великая шахматная доска", так и в своем эссе "Геостратегия для Евразии", опубликованном в журнале ForeignAffairs. Евразия, по мнению Бжезинского, представляет собой главную шахматную доску, на которой будет решаться борьба за глобальное господство. Украина, по его мнению, была "геополитическим стержнем": без Украины Россия утратит свой статус евразийской империи и превратится в региональную державу. Соответственно, интересы США заключались в том, чтобы отделить Украину от России и интегрировать ее в сферу влияния Запада — то есть в НАТО и ЕС — в течение периода, который он обозначил как конец следующего десятилетия. Это не была тайная повестка дня, которую обсуждали за закрытыми дверями. Эту стратегию опубликовали в журнале Foreign Affairs, который является рупором американской внешней политики. Любой, кто утверждает, что серьезно относится к европейской безопасности, должен внимательно изучить высказывания американских стратегов о глобальной стратегии США. Нильсен все это игнорирует. Европейская политическая элита на протяжении тридцати лет закрывала глаза на такие фундаментальные геополитические реалии. В-третьих, — и это решающий момент — сам генеральный секретарь НАТО публично признал в Европейском парламенте, что расширение альянса стало причиной войны. 7 сентября 2023 года Йенс Столтенберг на совместном заседании комитетов по иностранным делам и обороне Европейского парламента заявил следующее: осенью 2021 года Путин направил НАТО проект договора, в котором требовал от альянса обязательства отказаться от дальнейшего расширения. Это обязательство стало заявленным Путиным "предварительным условием" для отказа от начала военной операции на Украине; НАТО отказалась подписать этот документ; и, как заключил бывший генеральный секретарь: "Поэтому он начал конфликт, чтобы не допустить еще большего расширения НАТО к границам своей страны". Полный текст можно найти на официальном сайте Североатлантического альянса. Нет никаких сомнений: генеральный секретарь публично заявил в Европейском парламенте, что конфликт был спровоцирован отказом НАТО остановить расширение вплоть до границ России. Нильсен не может противоречить Столтенбергу, повторяя, что "плана действий по членству не существовало". Сам Столтенберг объяснил, что привело к военной операции России. Именно в этом и кроется ошибка в аргументации Нильсена. Аргумент о "несуществующем ПДЧ" приводится так, будто бы расширения за счет Украины не было и в мыслях — это была лишь теоретическая возможность, которую никогда серьезно не рассматривали. Реальность же была противоположной. С 2008 года в каждом коммюнике саммита НАТО подтверждалась Бухарестская декларация. На саммите в Вильнюсе в 2023 году "будущее" Украины в альянсе было определено, а от любых упоминаний о требовании ПДЧ отказались. В период между Бухарестом и началом конфликта НАТО и государства-члены обучали и вооружали украинские вооруженные силы посредством ежегодных учений. Они интегрировали украинские системы командования и управления в стандарты альянса. Была восстановлена инфраструктура украинских военно-морских и военно-воздушных сил. С февраля 2022 года в страну поступило более 200 миллиардов долларов в виде военной, финансовой и разведывательной помощи. Как бы Нильсен это ни характеризовал, Москва имеет полное право называть вещи своими именами: фактическая интеграция Украины в военную систему НАТО с явным намерением обеспечить ей формальное членство в будущем. Отсутствие формального механизма ПДЧ не является доказательством отсутствия такого намерения. Напротив, это дипломатическая маскировка, за которой скрывалась попытка полноценной интеграции Украины в альянс. Вот в чем заключается суть европейской трагедии. Либо главы государств и правительств Европы на протяжении 30 лет не понимают стратегию США (и НАТО), либо они все понимают и обманывают собственное население. Как бы то ни было, это наносит серьезный урон Европе — ее экономикам и европейской общественности. Россияне это понимают: они говорят об этом уже 30 лет, используя одни и те же слова. Американские стратеги это понимают: они четко и ясно изложили это в 1997 году. Генеральный секретарь НАТО это понимает: он также заявил об этом в 2023 году. Канцлер Германии понимала это тогда и зафиксировала это в письменной форме. Только европейский политический класс — и его анонимный представитель Нильсен — делает вид, что не понимает этого. Так и умерла дипломатия, которая когда-то положила конец холодной войне. Европейские лидеры не осмеливаются честно разговаривать с русскими, потому что боятся того, что скажут русские, и какие выводы из этого сделают народы Европы. 3. Майдан и соглашение от 21 февраля 2014 года Что я сказал: 21 февраля 2014 года на тот момент министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер совместно с коллегами из Польши и Франции выступил посредником в заключении соглашения между президентом Януковичем и украинской оппозицией. Оно предусматривало восстановление Конституции 2004 года, формирование правительства национального единства и проведение досрочных президентских выборов. Президент Путин участвовал в консультациях. Соглашение было одобрено. В течение 24 часов Януковича свергли вооруженные военизированные группировки, а Германия нарушила свое обещание. Послание Москве было ясным: западным подписям нельзя доверять. Возражение Нильсена: "Миллионы украинцев протестовали не потому, что их к этому призвало ЦРУ. Они протестовали потому, что президент Виктор Янукович отказался от проевропейского курса, применил насилие против демонстрантов и олицетворял глубоко коррумпированную политическую систему. Сводить Майдан к западной операции означает лишать украинцев их политической автономии". Почему этот аргумент несостоятелен: Это ложный аргумент. В своем письме я не утверждал, что украинцы протестовали по указанию ЦРУ. Мой аргумент конкретен, подкреплен фактами и касается Германии. Германия выступила гарантом письменного соглашения, подписанного 21 февраля. Это соглашение было аннулировано за несколько часов силами военизированных формирований — "Правым сектором"* и союзными с ним группами, — которые захватили правительственные здания, вынудили Януковича бежать и, вопреки конституционному порядку, который ранее был согласован с участием Германии, сформировали новое правительство. Берлин не настоял на выполнении соглашения, гарантом которого он выступал. В этом и заключается провал Германии. Нильсен не затрагивает этот вопрос, потому что не может его оспаривать. Что касается утверждений о "миллионах" мирных демонстрантов: число демонстрантов, которые участвовали в акциях на Майдане, никогда даже приблизительно не достигало "миллионов". В феврале 2014 года центр политической власти перешел в руки вооруженных групп. Свержение правительства 22 февраля было парамилитарной акцией, которая отменила конституционное урегулирование, достигнутое при посредничестве Германии, и Берлин с этим согласился. Отказ от украинской автономии заключается не в моей интерпретации, а в поведении лидеров военизированных формирований, которые отвергли соглашение, подписанное избранным президентом Украины. 4. Минск-2 Что я сказал: Канцлер Меркель лично вела переговоры по Минским соглашениям в феврале 2015 года и заверила в политической поддержке со стороны Германии. На протяжении семи лет Киев не выполнял основное политическое положение — автономию регионов Донбасса в рамках суверенной Украины. Германия не настаивала на его выполнении. Позже Меркель признала, что соглашение использовалось в качестве средства давления, чтобы дать Украине возможность нарастить вооружение. Президент Олланд сказал то же самое. Таким образом, подпись Германии была не гарантией, а стратегией. Что отвечает Нильсен: Россия "не отозвала военную поддержку, не восстановила контроль Украины над границей и никогда не рассматривала Донбасс как фактическую украинскую территорию. Минские соглашения провалились не только потому, что Киев и Берлин были нечестны. Они провалились также потому, что Москва хотела сохранить за собой постоянное влияние". Почему этот аргумент несостоятелен: Нильсен признает нечестность Германии — "не только потому, что Киев и Берлин были нечестны" — а затем пытается распределить вину. Однако мой вопрос заключался в том, выполнила ли ФРГ собственную гарантию соблюдения Минских соглашений. Федеральный канцлер, которая вела переговоры по соглашению, сама высказалась на эту тему. В своем интервью изданию Zeit от 7 декабря 2022 года Меркель недвусмысленно заявила: Минские соглашения были "попыткой дать Украине время", и Киев "использовал это время, чтобы стать сильнее". Олланд в интервью газете Libération подтвердил, что соглашения "предоставили украинской армии возможность" для укрепления. Заявления Меркель и Олланда — ключевой момент в истории "Минска-2". Нильсен не затрагивает этот вопрос. Провал Германии остается фактом. Еще один момент, который следует учесть: "Минск-2" предусматривал, что политические реформы — особый статус, конституционные поправки, муниципальные выборы — должны были предшествовать окончательному урегулированию вопросов пограничного контроля и военных соглашений. Украина так и не приступила к политическим реформам, поскольку и Вашингтон, и Киев решили игнорировать договор. Германия же никогда не настаивала на этом. 5. "Северный поток" Что я сказал: Газопроводы "Северный поток", которые являются краеугольным камнем конкурентоспособности Германии, были уничтожены в сентябре 2022 года в результате диверсии. Доступные доказательства — расследования в США и ФРГ, следствие федеральной прокуратуры Германии и публичные заявления бывших чиновников — однозначно указывают на совместную операцию Украины и Америки. Немецкое правительство знает об этом уже давно. Тем не менее Германия допустила перекладывание публичной вины на Россию, в то время как акт промышленного саботажа против немецкой экономики остался безнаказанным и не получил надлежащего ответа. Что отвечает Нильсен: Ничего. Слова "Северный поток" в тексте не упоминаются. Почему это молчание так важно: уничтожение "Северного потока" стало сокрушительным ударом для немецкой промышленности. Убытки немецких малых и средних предприятий — химической, сталелитейной, стекольной и других энергоемких отраслей, на которых основано процветание Германии, — исчисляются сотнями миллиардов евро. Анонимный сотрудник европейского правительства, который защищает текущую политику ФРГ, предпочел умолчать об этом. 6. Стамбульское мирное соглашение от апреля 2022 года Что я сказал: Спустя всего несколько недель после начала военной операции России в феврале 2022 года переговорщики обеих сторон встретились в Стамбуле, чтобы обсудить условия мирного соглашения: нейтралитет Украины вне НАТО, многосторонние гарантии безопасности, согласованные ограничения на численность войск и постепенное политическое урегулирование вопросов Донбасса и Крыма. Бывший премьер-министр Израиля Нафтали Беннет, один из посредников, публично подтвердил, что соглашение находилось на финальной стадии, но Запад попытался его сорвать. Поездка премьер-министра Бориса Джонсона в Киев с целью убедить Украину не подписывать соглашение официально зафиксирована. Ценой этого стали сотни тысяч жизней украинцев и россиян. Что говорит по этому поводу Нильсен: Ничего. Слово "Стамбул" в его ответе также не упоминается. Почему важно и это молчание: Нильсен называет мое предложение "контролируемой капитуляцией". Однако условия, выдвинутые в Стамбуле, — нейтралитет Украины, многосторонние гарантии, политическое урегулирование спорных вопросов — были именно теми условиями, которые украинские переговорщики сами вынесли на обсуждение в апреле 2022 года, после восьми недель боевых действий. Речь шла не о "капитуляции", а о выработанном в ходе переговоров соглашении на условиях, которые в значительной степени соответствовали тому, чего ожидали большинство разумных обозревателей после нескольких дополнительных лет кровопролития и, возможно, сотен тысяч новых жертв к концу этого конфликта. Нильсен не затрагивает этот вопрос. Он не ставит под сомнение заявление Беннетта. Он не подвергает сомнению цель Джонсона в поездке. Он просто игнорирует этот катастрофический дипломатический провал. 7. О Путине и суверенитете Украины Нильсен уделяет много внимания аргументации Путина, которую он называет "имперским аргументом против права Украины на существование как суверенной нации". При этом он опирается на эссе Путина "Об историческом единстве русских и украинцев" от июля 2021 года. Здесь я должен совершенно четко сказать: господин Нильсен, похоже, не прочитал документ, который он осуждает. Эссе Путина представляет собой подробное историческое исследование о цивилизационном родстве между русскими и украинцами и о том, как Советский Союз начертил искусственные границы. Можно с этим соглашаться или нет. Однако вывод — заключительные абзацы — резко контрастирует с тем, что утверждает Нильсен. В последних строках Путин пишет: "Мы уважаем украинский язык и украинские традиции. Мы уважаем стремление украинцев жить в свободной, безопасной и процветающей стране". И его заключительная фраза: "Какой будет Украина — решать ее гражданам". Это было заявление, в котором Россия признает право Украины на самоопределение и в то же время — что Москва открыто и непрерывно делает уже 30 лет — отвергает включение Украины во враждебный западный военный альянс, расположенный непосредственно у границ страны. Смешение исторических аргументов с утверждением о том, что Путин якобы стремится к имперскому завоеванию, — распространенный прием западной полемики, который Нильсен целенаправленно использует. Однако заявление говорит само за себя. Каждый может его прочитать. Вывод Я проанализировал все шесть пунктов своего открытого письма, а также вопрос о трудах Путина. Нильсен не опроверг ни одного из них. Вместо аргументов он использовал утверждения, вместо дискуссии — ложные аргументы, а вместо опровержения — молчание по двум важным вопросам. Провал дипломатии привел к обширному экономическому кризису в Германии (и Европе) и, как следствие, к катастрофически низкому уровню поддержки федерального канцлера Мерца, который составляет всего 19%. Немецкий малый бизнес по-прежнему находится в плачевном положении. Описанные мной события, естественно, привели к серьезной дилемме в области безопасности для всех сторон. Россия, что вполне понятно, оказала сильное сопротивление стратегии США по расширению НАТО и насильственному перевороту 2014 года. После провала Минских соглашений и формирования украинской армии силами Североатлантического альянса для борьбы с неподконтрольным Донбассом Россия выдвинула предложения о новых соглашениях по безопасности с НАТО, которые альянс, впрочем, категорически отклонил. Когда в феврале 2022 года Россия начала военную операцию, страны по всей Европе, что вполне понятно, опасались за собственную безопасность и призывали к эскалации конфликта против России, игнорируя при этом истинные причины взаимной эскалации. Это трагедия дилеммы в сфере безопасности и признак полного провала дипломатии. Катастрофу, которая до сих пор разворачивается в Европе, нельзя объяснить невезением или неизбежной необходимостью. Это результат конкретных решений. Я изложил шесть таких решений в своем письме, и Нильсен не смог убедительно оспорить ни одно из них. Отойти от края пропастиможно лишь через честное признание решений всех сторон и, прежде всего, через срочное возобновление столь необходимой дипломатии, от которой отказалась Германия. Понимание причин конфликта позволит положить ему конец посредством заключения мирного соглашения, в котором будут учтены интересы всех сторон в области безопасности. Мое открытое письмо к федеральному канцлеру по-прежнему остается в силе. С 27 мая прошло уже немало времени. С каждым днем мы теряем все больше драгоценного времени. *запрещенная в России экстремистская организация