Затяжная война с Ираном и последующий серьезный экономический ущерб могут неожиданно обернуться благом для глобальной экономики будущего. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> С этой мыслью трудно смириться — особенно когда перед глазами огромное число человеческих жертв. Война уродлива, жестока и причиняет страшную боль. Экономические потери от нее уже нанесли удар по миллиардам жителей планеты, причем местами сокрушительный. Однако именно благодаря разрушениям войны мир способен пройти через фундаментальные и необходимые преобразования. С большой вероятностью мир ужесточит и диверсифицирует энергетические цепочки поставок. Узкий 37-километровый пролив больше не превратится в "затор" для мировой экономики и не даст Ирану рычаг, чтобы перекрыть глобальный рынок нефти. И чем сильнее экономический спад, тем выше стимул для необходимых перемен. Ожидается также, что ОПЕК станет еще меньше или распадется совсем — с потенциальным снижением цен на нефть и газ. Цепочка энергопоставок станет крепче: появятся трубопроводы с полным обходом Ормузского пролива. А мир устремится к возобновляемой энергетике, снижая глобальную привязанность к ископаемому топливу. При этом абсолютно не понятно, какая сделка — если таковая состоится — завершит войну. Иран может не ослабнуть настолько, насколько надеются Штаты и Израиль. Режим способен и дальше финансировать терроризм, угрожать жизням и благополучию врагов. Тем не менее экономисты и военные эксперты сходятся во мнении: долгосрочное благо из глубоко непопулярной войны произрасти все же может. Укрепление энергетических цепочек поставок Война выявила глубокие структурные недостатки глобальной системы энергоснабжения — сложного и переплетенного механизма, где избыточность балансирует с эффективностью. Иран с помощью нескольких мин, самодельных дронов и скоростных катеров легко отрезал мир от пятой части всей нефти. Это потребует жесткой переоценки и необратимых изменений. Наиболее вероятный сценарий таков: Ближний Восток проложит нефтяные и газовые трубопроводы через Саудовскую Аравию и Объединенные Арабские Эмираты с полным обходом пролива. "Страны не глупы, — отмечает Джей Хэтфилд (Jay Hatfield) из Infrastructure Capital Advisors. — Они построят трубопроводы и многократно нарастят мощности. Никто больше не поставит все будущее на Ормузский пролив. Это колоссальный плюс". В долгой перспективе энергопоставки могут стать более надежными и дешевыми. Мир долгие годы оплачивал высокие страховые издержки, заложенные в транзит через спорные воды. "Без этой войны такого прогресса могло бы не произойти, — говорит Росс Мэйфилд (Ross Mayfield), инвестиционный стратег Baird. — Зачастую именно шоки и неожиданные внешние события заставляют осознать необходимость перемен". За одно это десятилетие мир уже несколько раз пережил подобные сдвиги. После пандемии глобальные производственные цепочки рухнули, а затем значительно окрепли. Конфликт России с Украиной изменил способ получения Европой природного газа. Пошлины президента Дональда Трампа вызвали масштабные сдвиги в закупках сырья. Устойчивость энергопоставок наступила в идеальный момент: мировая потребность в энергии не знает предела. Технологические компании с неистовой скоростью строят центры обработки данных для ИИ-систем — объекты с огромным энергопотреблением. Если мир сумеет отказаться от ближневосточной энергии, США окажутся в удобной роли. Природный газ остается крупнейшим источником для производства электричества, Америка буквально плавает в нем, наращивая экспортные возможности. "Это вполне может оказаться благом — несмотря на временную экономическую дезорганизацию, — рассуждает Джо Брузуэлас (JoeBrusuelas), главный экономист США в RSM. — Если по ту сторону конфликта восстановится свобода судоходства, нефть, природный газ и дистилляты пойдут свободным потоком, а картель рухнет. Такие вещи обычно замечаешь лишь через 10-20 лет; в тумане войны перспектива всегда размыта". Перемены уже здесь Некоторые экономические изменения уже становятся необратимыми. ОПЕК — главный противник Америки на рынке ископаемого топлива — начал рассыпаться. Объединенные Арабские Эмираты, второй крупнейший производитель нефти внутри ОПЕК, объявили о выходе из картеля. Это подрывает способность ОПЕК устанавливать производственные квоты, которые удерживают высокие цены. "Переориентация добычи с ОПЕК на более надежных поставщиков — особенно на Соединенные Штаты — со временем укрепит глобальную энергетическую безопасность и поможет стабилизировать цены", — заявляет Роб Туммел (RobThummel), старший управляющий инвестиционными портфелями Tortoise Capital. Переход на солнечную энергию во многих регионах мира тоже идет полным ходом благодаря нефтяному шоку. Китайский экспорт солнечных технологий, аккумуляторов и электромобилей обновил в марте исторические максимумы, сообщает энергетический аналитический центр Ember. "Экономика с меньшей зависимостью от одного-двух видов энергии — это несомненный плюс", — говорит Мэйфилд. Не все перемены во благо На оптимистичные исходы полагаться не стоит. Новый режим у власти в Иране может оказаться еще более радикальным и одержимым идеей навредить Штатам, Израилю и их союзникам. "Мы убили всех их вождей, — говорит Хэтфилд. — Не думаю, что мы теперь лучшие друзья навек". Во время войны Иран разработал модель глобального экономического рычага. И если Ормузский пролив утратит ключевую роль, Иран и его прокси в будущем смогут угрожать другим каналам и трубопроводам, отмечает Хизер Лонг (Heather Long), главный экономист Navy Federal Credit Union. Роспуск ОПЕК может показаться благом. Но в последние месяцы блок как раз наращивал добычу нефти. А его ликвидация снижает шансы мира на согласованные действия во время будущего глобального энергетического кризиса. Перемены, вызванные войной с Ираном, к одним будут милостивее, чем к другим. Например, переход на возобновляемую энергию — особенно в Азии и Европе — способен обернуться ударом по Техасскому Пермскому бассейну. Именно он благодаря сланцевой революции и технологии гидроразрыва пласта десятилетиями обеспечивал США завидное положение. Если долгосрочный спрос на нефть рухнет, цены могут упасть ниже довоенных уровней, нанеся урон всей отрасли. "Почти все зависит от того, что окажется постоянным, а что временным", — говорит Брузуэлас.