Период мирового господства подошел к концу прямо у нас на глазах. Американский век, начавшийся после Второй мировой войны, должен был когда-нибудь завершиться. Поражает то, насколько внезапно и неожиданно настал этот момент. За последние полгода всей американской военной мощи, примером которой является лучшая в мире боевая техника, хорошо подготовленный личный состав, глобальная сеть баз и систем тылового обеспечения, а также военные и дипломатические партнерства в самых разных уголках земного шара, оказалось недостаточно, чтобы разгромить репрессивный режим Ирана с его застойной экономикой, дешевыми ракетами и беспилотниками. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> В течение многих лет практически все думали, что в кризисной ситуации Вашингтон сможет воспользоваться денежными запасами, войсковыми резервами, арсеналами боеприпасов и дипломатической поддержкой, которых у него гораздо больше, чем у любой другой страны. Даже когда американские войска столкнулись с военными неудачами в таких странах как Вьетнам, Ирак и Афганистан, широко распространенное мнение о фундаментальной силе Америки успокаивало союзников и устрашало врагов. Однако такая точка зрения одновременно порождала самоуспокоенность, а это привело к тому, что американские военные сейчас видят, как даже недорогие вооружения массового производства можно наводить на цель с убийственной точностью. Президент Трамп не сам по себе ослабил американский военный потенциал. Но война Трампа с Ираном показала, как изменилась основополагающая динамика глобальной мощи — и как сильно ослабла эта самая американская мощь. "Это французская территория": Макрон жестко ответил на карту Трампа Когда Британия после Второй мировой войны ушла с Ближнего Востока, США стали самой важной военной державой в этом нестабильном регионе. В 1980 году администрация Картера заявила, что Америка гарантирует беспрепятственный поток нефти и прочих товаров из Персидского залива на внешний рынок. Чтобы доктрина Картера стала успешной, враждебные страны, среди которых в то время был Советский Союз, а также пришедшая к власти теократия в Иране, должны были поверить, что Соединенные Штаты смогут и будут предпринимать решительные военные действия против любого, кто осмелится перекрыть Ормузский пролив, через который издавна проходит значительная часть мирового объема нефти и других жизненно важных товаров. До недавнего времени сеть американских баз вокруг Ирана давала руководителям этой страны все основания опасаться, что, если они попытаются взять пролив под свой контроль, их режим будет разгромлен военными средствами. Тем не менее, режим остался в целости и сохранности, хотя США и Израиль своими ударами сумели уничтожить высшее иранское руководство. А его ракеты большой дальности и беспилотники довольно успешно преодолевают ПВО США и выводят из строя многочисленные американские объекты. В марте, менее чем через две недели после начала боевых действий, The New York Times назвала 17 американских баз, объектов ПВО и дипломатических учреждений, которые подверглись ударам. Среди них были очень важные пункты базирования американских военных: штаб 5-го флота в Бахрейне, а также авиабаза Али аль-Салем, базы Кэмп-Арифджан и Кэмп-Бюринг в Кувейте. Последствия этих потерь для военных действий США возникли незамедлительно. Одной из ключевых причин, по которой администрация Трампа не пошла на эскалацию боевых действий с Ираном летом, несмотря на все свои угрозы сделать это, стала потеря базы в Бахрейне, которой ВМС пользовались десятилетиями для снабжения кораблей на Ближнем Востоке. Вместо этого цепочки материально-технического снабжения в интересах американских военно-морских операций пришлось растянуть аж до острова Диего-Гарсия в Индийском океане, который контролирует Британия, хотя расположен он более чем в 2 000 миль от Ормузского пролива. Проблемы с пополнением запасов увеличивают затраты, снижают оперативную эффективность и увеличивают нагрузку на личный состав. Сбои в работе тыла привели к тому, что авианосец "Авраам Линкольн" очень долго находился в море, что, в свою очередь, привело к снижению морального духа. По данным журнала Stars and Stripes, семьи членов экипажа авианосца опасались, что долгие месяцы, проведенные в море, негативно отразятся на психическом состоянии их близких. На данный момент, а может, и на длительное время базы, выведенные из строя в результате иранских атак, не действуют как оперативные объекты из-за сохраняющейся угрозы для американского личного состава и боевой техники. Как сообщило издание Navy Times, на недавней встрече с командованием один военнослужащий спросил адмирала Дэрила Кодла о том, как можно забрать личные вещи с базы в Бахрейне. "Мы не вернемся туда в ближайшее время, — ответил Кодл. — Я просто хочу быть предельно честен с вами". Уязвимость американских объектов вблизи Ирана настолько велика, а будущие затраты на ремонт и восстановление настолько огромны, что, как сообщила в прошлом месяце газета The Washington Post, чиновники администрации могут вообще не захотеть их восстанавливать. Один из способов представить эту ситуацию в нужном виде — назвать ее "уникальным шансом для Пентагона пересмотреть свое присутствие" в регионе Персидского залива. Именно так написал автор статьи в The Washington Post. Но факт остается фактом: американские военные в настоящее время не в состоянии защитить свои ключевые объекты даже от более слабого в технологическом плане противника, такого как Иран. Ослабление американской мощи производит эффект домино. Чтобы продолжать военные действия против Ирана, Соединенным Штатам пришлось лишить западную часть Тихого океана жизненно важных средств ведения войны. В прошлом месяце администрация Трампа, наконец, сменила "Авраам Линкольн". Его место в Аравийском море занял авианосец "Джордж Вашингтон", который обычно базируется в Японии. В обычных обстоятельствах его задача состоит в том, чтобы сдерживать военные действия Китая. Но теперь потенциал такого сдерживания значительно ослаблен. Этот отчаянный шаг лишний раз подчеркивает, что военные ресурсы США, какими бы колоссальными они ни были по сравнению с большинством других стран, не бесконечны. Война с Ираном опустошила запасы некоторых самых важных и современных образцов вооружений Пентагона. К концу апреля появились осторожные оценки, согласно которым у США осталось очень мало ракет THAAD, перехватчиков "Пэтриот" и крылатых ракет "Томагавк". С тех пор дефицит еще больше увеличился. В течение многих лет Соединенные Штаты ориентировались на создание самых передовых систем вооружений, которые производятся в ограниченном количестве, поскольку дорого стоят. Этот подход отчасти имел целью приспособиться к условиям войны с террором после 11 сентября, в которой американские войска сосредоточились на борьбе с повстанцами и воевали с противником, не имевшим возможностей для нанесения серьезных ударов по американским тылам. В этих обстоятельствах Пентагон создал широкий ассортимент боеприпасов, но их запасы были невелики. При нынешних темпах производства США потребуется несколько лет, чтобы восстановить запасы до того уровня, который существовал, когда Трамп начал в феврале войну против Тегерана. Оглядываясь назад, можно сказать, что даже таких объемов будет недостаточно, чтобы поддерживать прежнее положение Америки в мире на фоне перехода к массовому производству высокоточных дронов. Ослабление американского производственного превосходства — это старая история. Но это ключевой элемент для понимания сути конца американского века. Америка когда-то могла обогнать другие страны, используя гражданское производство. В годы Второй мировой войны американцы перестроили автомобильную промышленность, чтобы выпускать самолеты. Сегодня, по сравнению с остальным миром, в США практически нет гражданского судостроения. Китай, для сравнения, производит около 50 процентов всех кораблей в мире и контролирует около 80 процентов мирового производства дронов. Организовав свою армию таким образом, чтобы молниеносно одерживать победу в боевых действиях высокой интенсивности, Соединенные Штаты просто не имеют боевой техники, запасов и свежих войск, чтобы воевать с Китаем в течение длительного времени. В прошлом Соединенные Штаты могли полагаться на союзников, чтобы усилить свою собственную мощь. Страны, у которых были общие ценности или, по крайней мере, общие интересы с Вашингтоном, размещали у себя базы, предоставляли дипломатическую поддержку американским инициативам, делились разведывательными данными и отправляли войска и боевую технику для поддержки военных операций, проводимых США. Сегодня у традиционных союзников есть средства и возможности, в которых остро нуждаются Соединенные Штаты. Например, Япония и Южная Корея являются второй и третьей судостроительной державой в мире. Отказываясь признавать, что сегодня союзники нужны ей больше, чем когда бы то ни было, нынешняя администрация США считает страны, которые десятилетиями следуют за Америкой как за лидером, иждивенцами, создающими неудобства и даже помехи. Недавно президент Трамп раскритиковал Южную Корею и высоко оценил свои якобы отличные отношения с диктатором Северной Кореи Ким Чен Ыном. И неважно, что Южная и Северная Корея формально все еще находятся в состоянии войны, а у Северной Кореи есть ядерное оружие, которое может уничтожить ее южного соседа, а возможно, и других союзников США, находящихся вдалеке от Пхеньяна. Между тем, правительство США все больше отдаляется от устоявшихся европейских демократий и сближается с Владимиром Путиным. Вернувшись в Белый дом, Трамп урезал американские гарантии безопасности для Европы. В этом году Пентагон объявил о своих планах вывести 5 000 военнослужащих из Германии, а администрация начала пересмотр оборонной стратегии, что предвещает дальнейшие сокращения. США не скрывают своей цели: передать европейцам большую часть ответственности за защиту Европы. Европейские руководители серьезно относятся к этим шагам и выстраивают планы по снижению своей зависимости от США. Германия рассматривает возможность оказания помощи Британии в модернизации ее ядерного оружия, чтобы у Европы был свой ядерный щит на тот случай, если США уйдут. Соединенные Штаты даже начали враждовать с Канадой. Трамп регулярно говорит о своем желании включить Канаду в состав США в качестве 51-го штата. Он также развязал с ней торговую войну, которая, по его собственным словам, будет "разрушительной" для канадской экономики. Получается, что американцы уже дважды избирали президента, который открыто стремится переформатировать традиционные альянсы и делает ставку на антагонистические отношения, в которых Соединенным Штатам надо будет делать меньше, а их бывшим партнерам — больше. Лидеры и избиратели в этих странах могут вполне резонно заключить, что американцы не знают, от чего отказываются, либо же им это безразлично. Американцы издавна извлекают выгоду из мирной интеграции с Канадой. США смогли вступить в войну с Ираном отчасти благодаря своей обширной сети баз в Европе. Ослабление давних альянсов будет иметь разрушительные последствия для международного положения Америки. Другие страны уже приспосабливаются к выявленным американским слабостям. Пакистан, Турция и Саудовская Аравия, которые издавна являются партнерами США, недавно заключили свой собственный оборонительный пакт. Сейчас, когда Иран осуществляет контроль над Ормузским проливом, Оман, расположенный на противоположном берегу этого водного пути, постепенно продвигается к более тесному сотрудничеству с Тегераном. Другие государства Персидского залива также обращаются к Ирану, стремясь наладить контакты. Даже Саудовская Аравия, которая десятилетиями выстраивала свою безопасность на масштабных закупках американского оружия и на размещении у себя американских войск, вынуждена пересматривать свои решения после того, как Трамп заявил фактическому правителю этого королевства, что США не будут помогать Эр-Рияду в войне с хуситами. Тем временем, Южная Корея улучшает отношения с Китаем, а европейские государства все больше думают о создании общеевропейского оборонного объединения. Все это подает мощный сигнал о том, что страны по всему миру теряют доверие к возможностям Америки и к ее намерениям. К несчастью для Соединенных Штатов, эта администрация, похоже, больше стремится скрывать проблемы, чем устранять их. Министерство обороны уволило ключевых работников редакции Stars and Stripes и потребовало в ходе расследования утечек информации о нехватке боеприпасов и по другим вопросам, чтобы часть сотрудников Пентагона проходила проверку на полиграфе. Даже если Соединенные Штаты попытаются вернуться к прежней системе ведения дел, последние события указывают на то, что их глобальное влияние будет снижаться. Трудно сказать, как остальной мир станет приспосабливаться к этим изменениям. Американский век может и не смениться эпохой китайского господства, потому что у этой страны есть свои собственные проблемы, а другие государства в Азии, такие как Индия, постепенно усиливаются, создавая противовес Пекину. В выигрыше могут оказаться демократические страны, которые усердно заботятся о собственной обороне, не полагаясь на американскую защиту. Мир также может вступить в очень хаотичный период войн и соперничества. Все предыдущие сверхдержавы в мировой истории со временем приходили в упадок. Превращение Восточной Азии в центр мирового экономического производства неизменно должно было ослабить американское влияние. Переход от одной глобальной эпохи к другой редко бывает явным и очевидным. Когда четыре с половиной года назад Россия начала военную операцию на Украине, возможности массового производства дронов еще не были ясны. Еще в феврале мало кто из экспертов мог предположить, что США, более 80 лет являющиеся глобальным колоссом, в итоге будут связаны Ираном по рукам и ногам. Но этот конфликт выявил нечто важное: американский век подошел к концу. Мировое господство США не может продолжаться без тех источников силы, которые его создали.