В ожидании новых событий вокруг Конституционного трибунала стоит взглянуть на генезис этого конфликта. Спор о Трибунале уже достиг уровня абсурда, при котором все труднее становится понять не только то, кто прав, но даже разобраться, какие именно законодательные нормы применяются к членам этого органа. Противоречивые толкования положений Конституции, взаимно оспариваемые постановления и процедуры — все характерно для государства, погрязшего в системном хаосе. Более того, этот хаос больше не является результатом политического конфликта. Он стал одним из инструментов участия в нем. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Нет особого смысла дискутировать о том, кто начал эту войну и кто первым перешел допустимые границы. Вряд ли кто-то будет спорить с тем, что избрание судей Конституционного суда "про запас" в конце периода правления "Гражданской платформы", в 2015 году, было серьезным злоупотреблением со стороны тогдашнего парламентского большинства. Вряд ли кто-то станет возражать, что метод формирования состава Конституционного трибунала партией "Право и справедливость" с самого начала вызывал серьезные вопросы относительно их юридической безупречности. Процедуры, используемые обеими сторонами этого спора, с самого начала были весьма нестандартными. Поэтому законность некоторых назначений сразу же стала предметом политического и правового спора. Однако ни эти обоснованные сомнения, ни спорный характер действий последующих парламентских объединений, составляющих большинство в Сейме, не означают, что сменяющие друг друга правящие коалиции могут по своему усмотрению решать, какие институты государства считать законными, а какие можно свободно игнорировать. Даже скверно управляемое государство, каковым является Польша, должно обеспечивать юридическую преемственность. Оно не может функционировать в условиях, когда персональные назначения, административные или судебные решения зависят от актуальных политических симпатий исполнительной власти. Как правильно указывает профессор Адам Веломский (Adam Wielomski), залогом стабильности системы является презумпция корректности работы государственных органов. Гражданин, получающий административное решение, не обязан каждый раз проверять, правильно ли назначено должностное лицо, подписавшее этот документ. Точно так же участник судебного разбирательства должен иметь уверенность в том, что вынесший решение суд действует в рамках правового поля. В противном случае государство перестает быть организацией, основанной на законе, становясь просто совокупностью институтов, авторитет которых зависит от чьего-то благорасположения. Политический спор между партиями не должен приводить к ситуации, когда государство перестает признавать свои же органы. Однако это произошло. Дональд Туск после прихода к власти в отношении Конституционного трибунала выбрал стратегию политического выжидания. Правительство не решилось насильственно захватить институт, как это было в случае с общественным радио или телевидением. Вместо этого он последовательно отказывался признавать часть последствий своей деятельности, рассчитывая при этом на постепенное изменение личного состава суда. С марта 2024 года публикация приговоров Трибунала в официальных государственных изданиях была приостановлена. Правительство объясняло это тем, что состав трибунала сформирован некорректно, в то время как его руководство считало практику игнорирования решений Трибунала незаконной. Хаос усугублялся. Трибунал принимал постановления, которые можно было найти на его сайте, однако в предусмотренным Конституцией порядке они не публиковались. Некоторые суды учитывали решения Трибунала, другие же оспаривали его решения. Граждане и суды начали функционировать в условиях неопределенности, без четких ориентиров в области действующего законодательства. Политический расчет Туска был прост и понятен — время работало в его пользу. Судьи Конституционного трибунала избираются сроком на девять лет. По мере истечения сроков их каденций Сейм заполняет вакансии новыми судьями. Таким образом, нынешнее парламентское большинство могло бы постепенно заполнять Трибунал своими кадрами. Однако этот, казалось бы, идеальный план столкнулся с неожиданным препятствием в виде президента Кароля Навроцкого. Президент отказался принять присягу от части лиц, избранных Сеймом на должности судей Конституционного трибунала. Остальные присягу успешно принесли. В результате возникла ситуация, когда Сейм выбрал судей, но часть из них к исполнению судейских обязанностей допущена не была. Как и правительство, президент в данном случае воспользовался несовершенством действующего польского законодательства, которое явно не предполагало обструктивных действий со стороны правительства и президента. Отказ президента принять у судей присягу привел в действие механизм системной блокады. Возникла патовая ситуация. Этот пат Дональд Туск разрешить силовыми, явно незаконными методами. Насколько эффективно? Это выяснится в ближайшие дни.