Анна Мачух рассказала, зачем Украине большие кинофестивали во время войны и как они помогают индустрии выходить на международный уровень Украинское кино во время войны продолжает искать партнеров, финансирование и путь к международной аудитории. И большие кинофестивали в этом процессе давно стали значительно больше, чем просто место для премьер.В интервью Wave RBC.UA Анна Мачух - директор Одесского международного кинофестиваля, соучредительница и исполнительный директор Украинской киноакадемии, а также соучредительница и директор проекта Dzyga MDB - рассказала, что фестивали реально дают украинской киноиндустрии, почему бизнесу стоит инвестировать в культуру и как украинскому кино интегрироваться в мировой рынок.– Как сегодня изменилась роль крупных кинофестивалей: это, прежде всего, культурное событие для зрителя или уже полноценный инструмент развития киноиндустрии и креативной экономики?– Я бы не стала противопоставлять эти функции. Сильный кинофестиваль сегодня работает сразу на нескольких уровнях.Для зрителя это возможность увидеть фильмы, которые часто не попадают в широкий прокат, встретиться с авторами, принять участие в дискуссии о том, чем живет современный кинематограф.Для индустрии - это площадка, где встречаются люди, идеи, деньги и возможности. А для города и страны - часть креативной экономики и культурного имиджа.Поэтому фестиваль уже давно нельзя оценивать только по количеству проданных билетов или зрителей в залах.Вокруг крупного фестиваля формируется целая инфраструктура: кинопроизводители, дистрибьюторы, кинотеатры, технические команды, специалисты по коммуникациям, отели, рестораны, транспорт, туристическая сфера.Он создает рабочие места, заказы, новые профессиональные связи. Но еще важнее - он создает среду, без которой индустрия не может развиваться. Анна Мачух (фото предоставлено директором ОМКФ)Для Украины во время войны эта функция стала еще важнее.Мы должны не просто поддерживать производство украинского кино, а сохранять всю цепь его существования: от появления идеи и поиска партнеров до встречи готового фильма со зрителем. Фестивали являются одним из ключевых звеньев этой цепи.В этом году Одесский международный кинофестиваль будет проходить в Киеве с 27 августа по 4 сентября.Сам факт того, что большой международный фестиваль продолжает проходить в Украине во время полномасштабной войны, для меня важен не только символически.Это означает, что индустрия продолжает работу, украинское кино создается, профессионалы встречаются и планируют следующие проекты.То есть, мы не ставим культурную жизнь на паузу до завершения войны.– Какую практическую ценность фестиваль создает непосредственно для кинорынка - для продюсеров, режиссеров, дистрибьюторов и будущих кинопроектов?– Самая большая практическая ценность фестиваля - это концентрация возможностей в очень короткий промежуток времени.Люди, которым в обычной жизни понадобились бы месяцы, чтобы найти друг друга, оказываются в одном профессиональном пространстве.Для режиссера фестиваль может стать первой встречей с продюсером или с международным партнером.Для продюсера – возможностью найти копродюсера, дистрибьютора, сейлз-агента, площадку для следующего проекта.Для дистрибьютора – увидеть фильм и понять его потенциал. Для молодого автора – получить профессиональный фидбек и понять, как превратить замысел в проект, который может двигаться дальше.Именно поэтому для нас важно, что ОМКФ - это не только показы.Профессиональная составляющая фестиваля всегда являлась важной частью его ДНК.Фестиваль должен создавать точки входа в индустрию и простор для горизонтальных связей.Есть еще один результат, который сложнее измерить цифрами, но он очень важен: фестивали формируют профессиональные сообщества.Кино - коллективное искусство и очень сложный бизнес. Никакой режиссер, продюсер или сценарист не существует в вакууме.Чем больше внутри индустрии контактов, обмена опытом и доверия, тем устойчивее она становится.– Можно ли говорить о конкретных соглашениях и партнерствах, которые рождаются именно на фестивальных площадках?– Безусловно. Но важно понимать специфику киноиндустрии: сделка далеко не всегда подписывается прямо за столом во время фестиваля. Кинопроекты имеют длинный цикл развития.От первого разговора до контракта, финансирования или начала производства могут пройти месяцы, а иногда и годы.Поэтому фестиваль часто создает первый контакт. Продюсер представляет проект, знакомится с потенциальным партнером, они продолжают коммуникацию после фестиваля, встречаются уже на другом международном рынке - и впоследствии это может перерасти в копродукцию, дистрибуционное соглашение или совместный проект.И в этом важна особенность креативных индустрий: их экономика в значительной степени построена на доверии и репутации.Люди инвестируют не только в сценарий или в финансовую модель. Они инвестируют в команды, с которыми готовы пройти несколько лет производства.Фестивальные площадки позволяют это доверие формировать.Поэтому когда мы оцениваем экономический эффект фестиваля, было бы ошибкой смотреть только на количество контрактов, подписанных в течение конкретных девяти дней.Часть важнейших результатов фестиваля становится видимой гораздо позже.– Что сегодня мотивирует украинский бизнес инвестировать в кинофестивале и что, напротив, сдерживает частный капитал от более системных инвестиций в культуру и кино?– Мне кажется, украинский бизнес все лучше понимает, что культура - это не декоративная сфера и не просто благотворительность.Это среда, в которой формируются ценности, репутация страны, общественные связи и, наконец, аудитории.Для бизнеса партнерство с крупным культурным проектом - это возможность говорить со своей аудиторией не только на языке рекламы.Люди гораздо лучше чувствуют бренд, когда видят, какие ценности он поддерживает, какие проекты помогает реализовать, в какую среду инвестирует.В то же время, частный капитал сдерживает нестабильность. Культурные институты нуждаются в долгосрочном планировании, а во время войны горизонт такого планирования очень короткий.Бизнес также находится под огромной нагрузкой: поддерживает армию, команды, социальные и гуманитарные инициативы.Но есть и более системная проблема. Нам до сих пор не хватает культуры долгосрочного частного инвестирования в культурные институты.Часто партнерство строится по модели "поддержать одно событие".Сильные культурные экосистемы возникают тогда, когда бизнес понимает ценность институциональности: важно не только профинансировать конкретный показ или церемонию, а помочь организации развиваться в течение лет. Анна Мачух (фото предоставлено директором ОМКФ)Мне бы хотелось, чтобы мы постепенно переходили именно к такой модели - когда культура воспринимается не как статья расходов, а как инвестиция в человеческий капитал, репутацию страны и развитие креативной экономики.Отдельное направление - международное присутствие. Насколько украинские фестивали помогают сегодня интегрировать нашу киноиндустрию в мировой рынок и создавать возможности для международной копродукции, дистрибуции и привлечения инвестиций?Сегодня международная функция украинских фестивалей, по моему мнению, одна из ключевых.Украинское кино не может развиваться изолированно, особенно сейчас. Нам нужны копродукции, международные фонды, дистрибьюторы, сейлз-агенты, фестивальные селекторы, профессиональные сети.И здесь важно, чтобы движение было двусторонним. Мы много говорим о необходимости представлять украинское кино в Каннах, Берлине, Венеции и других международных площадках - и это абсолютно правильно. Но не менее важно привозить международную индустрию в Украину.Когда иностранный продюсер или другой кинопрофессионал приезжает сюда, видит украинские проекты, знакомится с командами, понимает уровень наших специалистов, возникает совсем другое качество контакта. Украина перестает быть для него только страной, о которой читает новости. Она становится конкретной профессиональной средой с конкретными людьми и проектами.Во время войны это еще и дополнительное измерение. Нам очень важно не допустить, чтобы международное внимание к украинской культуре существовало исключительно в контексте войны.Украинские режиссеры должны быть интересны не потому, что они представляют воюющую страну, а потому, что они создают сильное кино.Украинские проекты должны получать партнеров не из чувств солидарности, а потому, что они имеют художественный и рыночный потенциал. Это и есть настоящая интеграция в мировую киноиндустрию.– Можно ли сегодня говорить о том, что в Украине сформирована полноценная фестивальная экосистема, работающая на развитие киноиндустрии в течение года, а не только в пределах нескольких фестивальных дней? Чего ей больше не хватает?– В Украине есть сильные фестивали, сильные команды и множество профессионалов, которые даже в чрезвычайно сложных условиях продолжают работать.Но сказать, что мы уже имеем полностью сложившуюся и стабильную экосистему, было бы преждевременно.Самая большая проблема - именно стабильность. Фестиваль, который видит зритель, длится неделю или десять дней. Анна Мачух (фото предоставлено директором ОМКФ)Но команда работает над ним практически весь год. Это отбор фильмов, переговоры с правообладателями, международные контакты, поиск партнеров, профессиональные программы, коммуникация с авторами, логистика, техническая подготовка.Если финансирование появляется за несколько месяцев до события, очень сложно говорить о стратегическом развитии.Институция постоянно вынуждена думать не о том, как вырасти через три-пять лет, а о том, как провести следующий фестиваль.Тем более, мы работаем в условиях великой войны, а это - постоянные риски.Поэтому нам нужны более длинные программы поддержки, более сильные частные партнерства, устоявшиеся международные связи и большее взаимодействие между фестивалями, киношколами, продюсерскими компаниями, дистрибьюторами, кинотеатрами и другими участниками рынка.Фестиваль не должен быть островом, который ежегодно появляется и исчезает.Он должен быть частью инфраструктуры индустрии - средой, которая в течение года работает с авторами, проектами, профессиональным образованием, международными партнерами и аудиторией.– Если оценивать результат большого кинофестиваля, то какие конкретные результаты спустя год после его проведения свидетельствуют, что он действительно сработал для индустрии?– Я бы смотрела на несколько уровней результата.Первый - удел проектов. Что произошло с фильмами и проектами, представленными на профессиональных площадках?Нашли ли они финансирование, партнеров, копродюсеров? Началось ли производство? Попали ли готовые фильмы на другие фестивали, в прокат или международные платформы?Второй – профессиональные связи. Превратились ли знакомства, состоявшиеся во время фестиваля, в реальное сотрудничество?Возникли международные партнерства? Возвращаются ли в Украину те профессионалы, которых мы пригласили раньше?Рекомендуют ли они украинские проекты своим коллегам? Анна Мачух (фото предоставлено директором ОМКФ)Третий - аудитория. Для меня это важно, потому что без зрителя нет полноценной киноиндустрии. Начинают ли люди больше интересоваться украинским кино?Идут ли они после фестиваля на украинские фильмы в прокат? Формируется ли привычка смотреть сложнее, разнообразнее кино?И наконец – постоянство самого института. Смог ли фестиваль сохранить команду, расширить партнерства, запустить новые проекты, усилить международное присутствие?Поэтому я не очень люблю выбор, заложенный в формуле "имидж или экономика". Для большого кинофестиваля это не альтернатива.Хороший фестиваль создает культурную ценность, экономическую активность, профессиональные возможности и международную репутацию одновременно.Особенно это важно для Украины сейчас. Мы боремся не только за территории, но и за субъектность - за право самостоятельно рассказывать миру, кто мы являемся.Кино является одним из мощнейших инструментов такого представления. Но для того, чтобы украинское кино было заметно в мире через пять или десять лет, сегодня недостаточно просто снимать хорошие фильмы.Необходимо сохранять и развивать всю инфраструктуру вокруг них. И большие кинофестивали - один из тех институций, которые эту инфраструктуру держат.