Кадры "черного дня" 17 октября показали всему миру, что государство, которое облагает своих граждан самыми высокими налогами в мире, не способно обеспечить им даже самого необходимого — безопасности на улицах. Весь мир с ужасом смотрел на кадры "черного дня" 17 октября 2026 года. Улицы крупных французских городов оказались во власти мародеров, а здание одной из мэрий — памятник истории — было умышленно подожжено. Многие иностранцы любят Францию — они бывали здесь или выросли на ее культуре, — и смотреть на эти кадры им было больно. Но помимо горечи они испытывали и изумление: как получилось, что государство, которое облагает своих граждан самыми высокими налогами в мире, не способно обеспечить им даже самого необходимого — безопасности на улицах? ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Причем государство несостоятельно не только в вопросах безопасности. Взять государственные финансы: бюджет из года в год дефицитный, и теперь Франция занимает деньги на 144 базисных пункта дороже Германии и на 96 пунктов дороже Португалии. Взять образование: по данным международного исследования PISA, уровень французских школьников стремительно падает — не только в математике и естественных науках, но и в ключевой категории "читательская грамотность". Наконец, наука и промышленность: здесь мы все больше отстаем от США и Китая, и переломить эту тенденцию никак не удается. Становится ясно, что пересматривать с нуля нужно всю систему управления страной. Я учился при первых трех президентах Пятой республики — де Голле, Помпиду и Жискар д'Эстене. Тогда во Франции было безопасно, французы много работали и изобретали, а страну уважали во всем мире. Помню свою первую поездку в США в 1979 году. Американцы относились к Франции не только по-дружески, но и с уважением: ведь Франция оказалась права, когда предостерегала их от вьетнамской авантюры, и умела создавать передовые технологии ("Конкорд", скоростные поезда TGV, атомная энергетика и т. д.). Сегодня американцы по-прежнему дружелюбны к Франции, но уважения больше нет — лишь сочувствие, какое испытывают к умирающей цивилизации. С 1981 года французское государство страдает худшим из возможных для него недугов — попустительством. Именно сорок пять лет попустительства в миграционной, школьной, судебной и финансовой политике привели страну к нынешнему положению. К счастью, пути к возрождению Франции существуют. Они опираются на три простые ценности, которые нужно вернуть нашей стране: ответственность, труд и уважение к закону. Дух ответственности — противоположность демагогии — вновь должен стать руководящим принципом и для французов, и для всех их институтов. Государство обязано вести себя ответственно, а значит, сводить доходы с расходами. Ни одна частная компания не продержалась бы и пяти лет, если бы вела себя так, как французское государство. Ответственное государство — это также государство, которое не хватается за все подряд, ничего не доводя до конца. Оно должно сосредоточиться на своих суверенных функциях, которые нельзя доверить частной инициативе в условиях конкуренции: оборона, полиция, правосудие, дипломатия, налоги, таможня, энергетика, фундаментальная наука. Но в исполнении этих функций государство должно быть непреклонным. Недопустимо, что наркоторговля и торговля людьми приобрели во Франции такой размах. "Правительство утратило контроль над всем", заявляет Марин Ле Пен Ответственное государство решилось бы также сократить число уровней власти в невероятно громоздком территориальном устройстве Франции: регионы, департаменты, межмуниципальные объединения, коммуны. Здесь уже непонятно, кто за что отвечает, а ответственность неизменно размыта. В 2017 году было решено отменить налог на проживание для основного жилья — местный налог, который поступал в бюджеты коммун. В результате коммуны лишились собственного источника доходов, а значит, и финансовой самостоятельности. Освободив мэров от ответственности, Эммануэль Макрон совершил стратегическую ошибку. Ответственность должна стать и главным принципом народного образования во Франции. Громоздкую систему образования — этого "мамонта", как ее прозвали французы, — нужно основательно децентрализовать. Директора лицеев должны иметь возможность по своему усмотрению нанимать учителей и применять к ним дисциплинарные меры. Между полностью автономными учебными заведениями следует установить здоровую конкуренцию, а финансировать их — за счет образовательных сертификатов, которые выдаются родителям. Вместе с ответственностью сам собой вернется и авторитет. Труд — ценность, которая создала Францию, от соборов до Эйфелевой башни, — должен вновь стать естественным стремлением всех граждан. Французы работают меньше всех в Европе. Тридцатипятичасовая рабочая неделя стала губительной для французской промышленности. Старение населения с арифметической неизбежностью требует, чтобы на пенсию выходили не раньше 68 лет, за исключением особенно тяжелых профессий. Иждивенчество подорвало во Франции стремление к труду, и с ним нужно покончить. Государство ежегодно тратит 43 млрд евро на жилищные субсидии. Почему государство вмешивается в наши жилищные дела? Не потребуют ли от него скоро субсидировать и нашего бакалейщика, а потом и парикмахера? Государство-нянька разрушает в гражданах дух ответственности и превращает их в иждивенцев — порой озлобленных и все более требовательных. Деньги, уровень жизни, дипломы — это не права. Их зарабатывают трудом. Наконец, соблюдение закона всеми без исключения должно вновь стать во Франции нормой. Страна не может мириться с законом улицы и с тем, что активные меньшинства терроризируют молчаливое большинство, которое работает и платит налоги. Демократия — это уважение к итогам голосования. А вовсе не попытки мелких агрессивных банд парализовать страну, ее лицеи, предприятия и институты. Именно такие отряды действовали в Веймарской Германии и в конце концов ее погубили.