Объединенные Арабские Эмираты объявили о нескольких крупных инвестициях в Германию. Этой небольшой стране Персидского залива еще многое предстоит сделать, чтобы порвать с образом чисто оппортунистического экономического игрока. Но она методично стремится воплощать последовательное стратегическое видение. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Некоторые державы по-прежнему осуществляют дипломатию инструментами прошлого века. Другие же поняли, что в современном мире суверенный инвестиционный фонд, энергетическая инфраструктура или центр обработки данных могут быть такими же инструментами влияния, как посольство. Объединенные Арабские Эмираты, несомненно, принадлежат ко второй категории. Правда, многое еще предстоит сделать. Но за несколько лет это небольшое государство с населением менее десяти миллионов человек закрепилось как один из самых эффективных игроков в том, что англосаксы называют "economic statecraft" или умение поставить экономические инструменты на службу стратегии могущества. Прежде всего следует покончить с устаревшим представлением о нефтяной монархии, которая стремится лишь вложить сверхдоходы от нефти и газа в западную недвижимость. В 2024 году несырьевые отрасли уже обеспечивали 75,5% ВВП Эмиратов и выросли на 5%, тогда как экономика в целом прибавила лишь 4%. Эмираты планомерно готовятся к тому времени, когда нефть перестанет быть основой экономики, превращая временную ренту в долговечные промышленные, технологические, энергетические и финансовые активы. Тем самым они почти буквально применяют старую идею Альберта Хиршмана из книги "Национальная мощь и структура внешней торговли" ("National Power and the Structure of Foreign Trade"): экономические связи между странами никогда не бывают нейтральными. Они порождают взаимозависимости — а вместе с ними и могущество. Экономическая экспансия Эмиратов в Европе Экономическую экспансию Эмиратов в Европе следует рассматривать именно под этим углом. Визит президента Мухаммада ибн Заида в Италию в феврале 2025 года завершился объявлением об инвестициях на 40 миллиардов долларов, охватывающих, в частности, искусственный интеллект, центры обработки данных, возобновляемые источники энергии, стратегическое сырье и космос. Тогда было подписано более сорока соглашений. За несколько недель до этого визита аналогичный сигнал получила Франция. Париж и Абу-Даби заключили рамочное соглашение о строительстве во Франции гигантского кампуса, посвященного искусственному интеллекту, мощностью в один гигаватт и с потенциальными инвестициями от 30 до 50 миллиардов долларов. Проект охватывает не только центры обработки данных, но и полупроводники, облачные технологии, обучение и всю цепочку создания стоимости ИИ. Open AI приблизила революцию в ИИ. Но следующий шаг будет очень рискованным Мировой капитал идет туда, где есть активы, компетенции и возможности Но пример Германии, вероятно, наиболее показателен. Она — не только ведущая экономика Европы: но еще и страна, которая лучше всех воплощает кризис старой континентальной промышленной модели. Дорогая энергия, конкуренция со стороны Китая, нехватка инвестиций в цифровые технологии и замедление автомобильной отрасли пошатнули Modell Deutschland. Volkswagen, архетип торжествующего рейнского капитализма, переживает крупнейшую реструктуризацию в своей истории. Завод вновь одобрил десятки тысяч сокращений рабочих мест. В этом контексте инвестиции Эмиратов выглядят почти символично. Приобретение Covestro компанией XRG — международным энергетическим инвестиционным подразделением ADNOC — само по себе составляет около 14,7 миллиарда евро. Немецкое правительство назвало эту сделку мощным сигналом доверия к германской промышленной площадке. В более широком плане ADNOC, XRG и Masdar заявляли в феврале 2026 года о более чем 18 миллиардах евро энергетических и промышленных инвестиций в Германии. В течение следующего десятилетия они намерены довести эту сумму примерно до 30 миллиардов. Помимо Covestro, множатся формы сотрудничества вокруг RWE, накопления электроэнергии, СПГ, устойчивых материалов и передовых технологий. Несырьевая торговля между ОАЭ и Германией выросла в 2025 году более чем на 14%, достигнув примерно 15,5 миллиарда долларов. Около 1 200 немецких компаний представлены в Эмиратах. Западная цивилизация стоит на краю пропасти. Спасти ее может только одно Но это еще не все. В среду, 9 сентября, в Берлине в ходе официального визита президента ОАЭ Мухаммада ибн Заида, выступила Лана Нусейбе — помощник министра иностранных дел ОАЭ. Она объявила, что Эмираты и Германия готовятся сделать серию "важных объявлений" и заключить соглашения на несколько миллиардов евро в области инвестиций, бизнеса, технологий, искусственного интеллекта и энергетики. Затем она добавила: "Мы вместе создадим особый формат для укрепления сотрудничества в сфере технологий и цифровизации — чтобы эти направления стали сердцем наших двусторонних отношений. Потенциал огромен: речь о том, чтобы соединить немецкий промышленный и технический опыт с инвестиционными возможностями Эмиратов, их цифровой инфраструктурой, их связями по всему миру и их стратегией "Искусственный интеллект 2031″. Ее цель — сделать нашу страну мировым лидером в этой области к 2031 году". Дипломатия, которая думает на двадцать лет вперед Чем вызваны эти объявления? Мировой капитал идет туда, где есть активы, компетенции и возможности. Но Эмираты уже не просто пассивные поставщики капитала. Они сами выбирают сектора, с которыми хотят связать свою будущую мощь, — и делают это как раз тогда, когда Европа, еще владеющая предприятиями и технологиями, остро нуждается в терпеливом капитале, дешевой энергии и стратегической дальновидности. В этом и особая эффективность эмиратской дипломатии: она не разделяет экономику, энергетику и геополитику, а мыслит целостно. Для Ближнего Востока европейское деление на политическую дипломатию, промышленную политику и инвестиции не имеет смысла. БРИКС задает тон в космосе. Западу остается только наблюдать с Земли Наконец, у этой стратегии есть еще одно преимущество, которое часто недооценивают, — постоянство. Даже в крайне неспокойной обстановке на Ближнем Востоке Абу-Даби продолжает инвестировать, заключать партнерства и мыслить на десять-двадцать лет вперед. Это, вероятно, его главная сила. Европа часто тушит пожары — Эмираты инвестируют вдолгую. Мы противопоставляем суверенитет и открытость — они используют одно для укрепления другого. Наши правительства меняют промышленную доктрину при каждой смене власти — они два десятилетия ведут одну и ту же трансформацию нефтяной ренты в глобальную экономическую мощь. Эмираты пока не выиграли свою ставку на международной арене и по-прежнему воспринимаются скорее как финансовый, чем политический игрок. Но Европа ошиблась бы, сочтя эти инвестиции простой манной небесной. Они гораздо сложнее: это и есть проявление последовательной национальной стратегии. Подлинный урок эмиратской экономической дипломатии, возможно, не в том, что Европа нуждается в капиталах Залива. Он в том, что Эмираты точно знают, почему инвестируют в Европу. Самый неудобный вопрос — знают ли сами европейцы с той же точностью, что хотят сделать со своей экономической мощью.