Европейский континент вновь зажат между двумя глобальными державами — Соединенными Штатами и Российской Федерацией. Континент растерял производительные силы, серьезно ослаб в военном отношении, отстал в передовых технологиях и во многих сферах попал в зависимость от различных мировых центров силы. Именно поэтому Европа уже некоторое время стремится укрепить стратегическую автономию в международной политике и вырваться из тупика, в котором очутилась. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Европейские страны пытаются найти баланс между США и новыми глобальными центрами силы, такими как Китай. Однако добиться этого не удалось из-за сильной зависимости от Вашингтона — особенно перед лицом серьезной угрозы со стороны таких держав, как Россия. С началом украинского кризиса главной тревогой европейских государств стала угроза, исходящая от России. Европейцы боятся, что последняя может в любой момент напасть на любого из них. Именно поэтому они направляют Украине столь масштабную помощь — в расчете отодвинуть Россию подальше от Европы. Конфликт на Украине обнажил одну из главных угроз для Европы: оказаться между США и Россией. Потеряв позиции, европейские страны обнаружили себя в кольце, беспомощными и во многом зависимыми. Особенно со вторым сроком Трампа США тоже начали становиться угрозой для Европы. Намерение президента США Дональда Трампа присоединить принадлежащую Дании Гренландию, настойчивое требование, чтобы европейцы сами оплачивали свою безопасность, и недавно высказанные сомнения в суверенитете Британии над Фолклендами — все это источники серьезной тревоги и напряжения в Европе. Особенно настораживает растущее сближение двух крупнейших военных держав — США и России — по обе стороны континента. Един ли Запад против России? С распадом западной глобальной системы и изменением динамики международной политики узы, связывавшие США и Европу, ослабли. В итоге экономические, политические и военные приоритеты и заботы Вашингтона и Европы расходятся все сильнее. Каждая сторона старается извлечь максимум выгоды и создать или подключиться к региональным и глобальным проектам. Прежде всего разошлись представления США и Европы об угрозах. Если Вашингтон видит главную угрозу в Китае, то Европа считает Китай потенциальным партнером, а угрозу усматривает прежде всего в России. США, не желая уступить Россию Китаю, пытаются наладить отношения и нормализовать связи с Москвой. Увязнув в Европе и на Ближнем Востоке из-за поддержки союзников и Израиля, США не могут вести собственную войну или противостоять угрозам нацбезопасности. США больше не намерены предоставлять европейским странам зонтик безопасности. Они ждут, что те сами будут платить за нее. Поэтому Вашингтон требует, чтобы оборонные бюджеты европейских стран достигали 5% ВВП. США не хотят больше содержать безбилетников, зависящих от американской военной мощи. Едина ли Европа против России? Европейские страны не выступают единым фронтом во многих региональных и глобальных кризисах — ни в технических, ни в экономических, ни в политических вопросах. Прежде всего у разных европейских государств разные приоритеты безопасности. Если страны Восточной и Центральной Европы живут под бременем российской угрозы, то у западноевропейских государств вроде Португалии и Испании приоритеты иные. Европу разделяет множество политических линий разлома: восток — запад, север — юг, члены и не-члены НАТО, члены и не-члены ЕС. В последнее время Украина, похоже, изменила политические приоритеты и военные цели в противостоянии с Россией. В его начале ВСУ пытались освободить подконтрольные ей территории, а недавно начали бить по крупной экономической инфраструктуре в глубине России, чтобы нанести ей максимальный ущерб. Иными словами, вместо освобождения территорий она ведет против России войну на истощение. В каком-то смысле прокси-войну. В Европе, измученной экономическим, политическим и военным кризисами на фоне ситуации с Россией и Украиной, Германия стала одной из наиболее пострадавших стран континента. Ее отношения с Россией оказались в тяжелом дипломатическом кризисе после того, как Берлин официально обвинил Москву в попытке диверсии с дроном в немецком аэропорту. В последние недели рядом с украинским транспортным самолетом в аэропорту Лейпциг-Галле нашли дрон со взрывным устройством; немецкие чиновники назвали это "гибридной атакой" и обвинили Россию. Однако та сразу отвергла причастность к инциденту и обвинила Германию в эскалации напряженности. Глава МИД России Сергей Лавров заявил, что действия Берлина знаменуют начало "настоящей войны" с Россией. Еще больше запутали ситуацию события во внутренней политике европейских стран. Единого взгляда на Россию в Европе нет: разные политические силы придерживаются разных позиций. Большинство ультраправых политических сил в Европе, включая "Альтернативу для Германии" (АдГ), настроены пророссийски. АдГ призывает к сближению с Москвой, снятию западных санкций и прекращению поддержки Украины. В последнее время правые партии в Европе заметно набирают вес и подбираются к власти. Поскольку европейская политика утратила рациональность, на континенте правит искаженное мировосприятие, подчиненное эмоциям и идеологиям. Это стало серьезной угрозой не только для самой Европы, но и для партнеров. Неверно читая региональные и глобальные процессы, Европа не способна выработать политический язык, отвечающий новым условиям. Она не знает ни чего хочет, ни чему должна противостоять. К примеру, в отношениях с Турцией Европа говорит о ценностях. Но при этом может, не задумываясь, стать соучастницей геноцида, совершаемого Израилем в Палестине. Словом, баланс в Европе нарушен и вряд ли в ближайшее время восстановится.