На прошлой неделе Генеральная ассамблея ООН приняла резолюцию, которая поддерживает использование картографической проекции Equal Earth вместо традиционной проекции Меркатора. На первый взгляд тема весьма курьезная. ООН должна заниматься войнами, безопасностью, климатическими изменениями или развитием, а занимается тем, какой должна быть карта мира. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Тем не менее этот спор не столь маргинальный, как может показаться. Дебаты о карте — это еще и дебаты о том, каким образом мы изображаем мир, что в нем считаем важным и откуда на него смотрим. Карты являются определенного рода репрезентациями, которые определенно не соответствуют только техническим требованиям. В этом смысле у них, на удивление, много общего с современным спором об изменении мирового порядка. Карты и колониализм Проекция Меркатора была создана в 1569 году. Ее разработал фламандский картограф Герард Меркатор, и первоначально она предназначалась в первую очередь для морской навигации. Ее принципиальным преимуществом было сохранение углов и направлений, так что моряки могли на карте легко планировать курс. То есть Меркатор не создавал карту для того, чтобы намеренно оптически увеличить Европу или чтобы она служила интересам колониализма. Тем не менее учитывая, какую значительную роль морское сообщение и навигация играли для европейского колониализма, совершенно понятно, почему эта карта связывается с колониализмом. Проекция Меркатора значительно увеличивает территории в направлении полюсов. Поэтому Гренландия на карте выглядит приблизительно такой же по размерам, как Африка, хотя на самом деле Африка почти в 14 раз больше. Так же оптически увеличены Канада, Россия и другие области северного полушария, а территории близ экватора относительно уменьшены. Сама по себе такая карта, конечно, не представляет политической проблемы. Каждая проекция Земли на плоскости что-то да деформирует. Меркатор правильно сохраняет углы, а Equal Earth, напротив, старается сохранить соотношение площадей. То есть нет "правдивой карты" и "неправдивой карты". Карта Меркатора постепенно стала одним из стандартных способов изображения мира. Европейцы при этом параллельно создавали глобальную систему, основанную на колониальной экспансии. Европа служила центром этой системы не только экономически и политически, но и символически и интеллектуально. Поэтому было немаловажно, что мир, который отображался в учебниках, атласах и позднее в СМИ, выглядел так, что северные и европейские пространства занимали непропорционально большую часть карты. Колониальная модель мира Меркатор сам не создавал колониализма. Но его карту на протяжении долгого времени использовали в мире, который формировал колониализм экономически, политически и идейно. Географ Джеймс М. Блаут описал образ мыслей, связанный с колониализмом, как концепцию "колониальной модели мира". По его мнению, европейское доминирование базировалось не только на военном и экономическом превосходстве, но и на идее о том, что Европа является естественным центром истории, современности и прогресса, тогда как остальные части мира преподносились как отсталая периферия, которая должна приблизиться к европейскому образцу. При этом карты не были лишь пассивным отражением этого устройства. Они помогали его воспроизводить тем, что некоторым регионам присваивали значение, а другие — оттесняли на окраину. Именно к этим властным аспектам привлекло внимание Того, которое стало одним из главных инициаторов резолюции ООН. Для Того главное не картографическая техника. Главное, как отображается Африка и каким образом на нее смотрит остальной мир. Физические размеры Африки на общепринятых картах значительно преуменьшены, и зачастую это создает о ней впечатление как о политической и экономической периферии мира. Может показаться, что все это символические нюансы. Но в определенном смысле именно символические вещи играют в международной политике важную роль. Власть держится не только на способности отстаивать свои собственные интересы, но и на способности задавать категории, через которые мы воспринимаем мир. Поэтому инициатива Того — это часть более общего требования стран глобального Юга пересмотреть некоторые правила и представления, возникшие во времена европейского доминирования. Такое же требование читается и в спорах о реформе Совета безопасности ООН, международных финансовых институтов, системы помощи развивающимся странам и репрезентации глобального Юга в международных организациях. Это показывает, что современный мир значительно меняется. Почему Соединенные Штаты Америки голосовали против? Еще более интересен, чем собственно принятие резолюции, результат голосования. За предложение проголосовали 164 страны, а это подавляющее большинство (на удивление, резолюцию поддержала и Чешская Республика). Соединенные Штаты Америки стали единственным государством, кто проголосовал против. Еще шесть (Украина, Эстония, Молдавия, Литва, Грузия и Сербия) воздержались. Вашингтон объяснил свою позицию тем, что это идеологически мотивированная инициатива и что ООН должна сосредоточиться на реальных проблемах, а не на том, какую проекцию использовать в школах и учреждениях. Американский голос против интересен с политической точки зрения, прежде всего, на фоне структурных изменений в международном порядке, которые все яснее предвещают переход к многополярному миру. Соединенные Штаты Америки оказались почти в полной изоляции. Не потому, что остальные государства считают Equal Earthважнейшим инструментом внешней политики. А скорее потому, что большинство из них приняли аргумент о том, что то, как мы отображаем мир, может иметь отношение к историческим властным отношениям. Американская позиция хорошо вписывается в общий подход Вашингтона к части повестки деколонизации. Соединенные Штаты Америки остаются главной державой современной международной системы и по понятным причинам заинтересованы в том, чтобы споры об его изменениях не вылились во всеобщие сомнения в институтах и нормах, которые в прошлом вместе создавали именно западные государства. И прежде всего сами Соединенные Штаты Америки. Но с точки зрения глобального Юга эти аргументы могут выглядеть иначе. То, что Соединенные Штаты Америки считают техническим или символическим вопросом, для других государств может стать частью более широкой проблемы неравноправного положения в международной системе. Кто вправе решать Дело не в том, какую проекцию нам использовать — Меркатора или Equal Earth. И изменение карты, разумеется, не изменит баланса экономических и политических сил в мире. Площадь Африки останется прежней, какой бы мы ни отобразили ее на карте. Дело скорее в том, кто вправе решать, что считать нейтральным и универсальным. На протяжении нескольких столетий значительная часть мира описывалась прежде всего с европейской перспективы. Сегодня эта перспектива постепенно превращается лишь в одну из нескольких. Страны глобального Юга обладают бóльшим экономическим и политическим весом и все откровеннее сомневаются в том, что западные нормы и институты — это естественный стандарт для всего мира. Спор вокруг проекции Меркатора в этом смысле лишь небольшой, но довольно убедительный пример этого ширящегося процесса. Возможно, именно поэтому интересно, что Соединенные Штаты Америки выступили против практически в одиночку. Остальные западные страны с колониальным прошлым поддержали резолюцию, в частности, потому, что не воспринимали голосование как прямую угрозу для своих текущих интересов. Резолюция юридически не обязательна, не запрещает пользоваться проекцией Меркатора и не требует никаких серьезных изменений во внешней политике. То есть поддержать новую карту для них — относительно простой способ признать критику евроцентристского отображения мира, не возлагая на себя никаких конкретных и затратных обязательств, касающихся репараций, разделения власти в международных институтах или ответственности за колониальное прошлое. Но Соединенные Штаты Америки относятся к колониализму не так, как европейские государства. Хотя их собственная история тоже включает колониальную экспансию, порабощение коренного населения и расовую иерархию, США в данном случае не воспринимаются в Африке или Азии как бывший колониальный центр. Поэтому Вашингтон мог расценивать резолюцию в меньшей мере как символический жест примирения и в большей мере как часть идеологической повестки, критикуемого "прогрессивизма". Новая резолюция ООН не изменит карту мира. Но она может стать еще одним признаком того, что современный мир и властные отношения, которые отображает карты, медленно, но верно меняются.