Когда мы связались с Петрой Гёльниц, чтобы договориться о беседе, она находилась в своем небольшом дачном доме в Хайлигендамме, одном из курортов бывшей ГДР. Петра Гёльниц родилась в Саксонии. Вот уже 40 лет она живет и работает в Гамбурге. На вопрос, где она проводит больше времени — на Балтийском море или в Гамбурге, — Гёльниц отвечает: в Гамбурге. Но это, по ее словам, никак не связано с проблемой Востока и Запада. Просто за эти годы она прочно обосновалась в Гамбурге. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> NZZ: Незадолго до перемен 1989 года вы подали заявление на выезд из ГДР. Почему? Петра Гёльниц: Тогда обстановка становилась все более тесной и гнетущей. Я руководила клубом Союза художников ГДР в восточном Берлине. Власти сказали мне, что изначально считали меня лишь политически наивной гражданкой, но теперь обнаружили у меня серьезные враждебные настроения. Я потеряла работу. У меня была довольно заметная должность, и куда бы я потом ни обращалась, повсюду вдруг слышала: "Ой, к сожалению, мы не можем предложить вам место". Тогда я поняла, что на постоянную работу меня уже никто не возьмет. Никто не мог предположить, что вскоре падет Берлинская стена. – После такого глубокого переживания: почему в вашей книге так много легких, даже веселых фотографий из ГДР? – Я немного устала от того, что Запад все время рассказывает нам, как мы жили. За последние 27 лет людям из ГДР словно не давали права на собственные воспоминания о своей жизни. Грубо говоря, нас показывали исключительно как измученный, подавленный народ, находившийся под постоянным контролем. Однако для меня было важно показать и другие стороны. Не только марши, полуразрушенные дома и лозунги, но и обычную жизнь людей, их чувство юмора. – Ваша книга сравнивает жизнь людей на востоке и западе Германии. Помните, что больше всего удивило вас на Западе, когда вы туда приехали? – Я думала, что люди на Западе живут счастливее. Почему-то мне казалось так: если бы они знали, как еще можно жить, то были бы гораздо довольнее и спокойнее. Меня очень удивляло, из-за каких мелочей люди там могли страшно возмущаться. Я все время думала: "Люди, да оглянитесь вы вокруг. Пройдите чуть дальше, на другую сторону, посмотрите, как там, а потом уже возмущайтесь". – В 1993 году вы переехали в Гамбург и стали фоторедактором журнала Stern. Как там отреагировали на женщину из бывшей Восточной Германии? – Поначалу в гамбургской редакции журнала я была единственной женщиной с Востока. Когда я туда пришла, коллеги с удовольствием обсуждали со мной, каким был Восток и что им самим довелось пережить в ГДР, когда они работали там корреспондентами. – Каким был журналистский образ ГДР в журнале Stern? – Поначалу представление о восточной Германии было довольно шаблонным: разваливающаяся экономика, транспаранты, "Трабанты" (марка восточногерманских микролитражных автомобилей), Штази. Позже к этому добавились герои — оппозиционеры из ГДР. Однако нельзя забывать и о другом. Корреспонденты, отправлявшиеся на Восток, находились под невероятно плотным надзором и не могли свободно передвигаться. Большинство из них принадлежали к поколению 1968 года, выросли свободомыслящими и либеральными. Для них это был настоящий ад. – В своей книге вы с помощью новых фотографий пытаетесь преодолеть этот односторонний взгляд. Удалось ли вам уже тогда, работая в редакции журнала, как-то изменить представление СМИ о востоке Германии? – Вот что я могла сделать и действительно делала очень настойчиво: поручала много съемок фотографам с Востока. Я всегда добивалась, чтобы редакция видела их подлинные снимки и фото серии, посвященные ГДР. Среди первых фотографов, которые очень много работали для журнала Stern по моим заказам, были Уте Малер, Томас Сандберг и Йенс Роцш, теперь известные по всей Германии. Я давала задания им и многим другим, курировала их репортажи. Так мне все же удалось сделать образ Востока в журнале немного более многогранным. – Вы рассказали о различиях во взглядах на жизнь в ГДР. А в чем были сходства? – Что интересно, особенно много общего я обнаружила именно среди фотографов. И на востоке, и на западе Германии встречался один и тот же тип фотографа. Я очень быстро это поняла. Во многих западных фотографах я узнавала восточных — по манере работы и стилю снимков. – Ваша книга называется "Вы думаете, мы были другими". Кто такие "мы", а кто — "вы"? – В этом и заключается ирония. И "мы", и "вы" могут означать как жителей Запада, так и жителей Востока. – Когда листаешь вашу книгу, бросается в глаза, что западная Германия часто представлена на черно-белых фотографиях, а восточная — на множестве цветных снимков. – Для меня было огромной радостью открыть для себя цветную фотографию Востока, особенно раннего периода. Например, работы фотографа Макса Иттенбаха или Вольфганга Г. Шрётера, который в 1950-е и 1960-е годы развивал в ГДР цветную фотографию для промышленности и рекламы. И чего мне совершенно точно хотелось избежать, так это ситуации, когда Запад изображен в цвете, а Восток — в унылых черно-белых тонах. – Не у всех фотографий в книге, на которых изображены детали жизни общества того времени, представлена соответствующая пара с Востока или Запада страны. – Да, были события и социальные процессы, которым просто не находилось прямых аналогов. Например, студенческие протесты поколения 1968 года. На Востоке ничего подобного не было, хотя, конечно, эти события повлияли и на ГДР. Или период до и во время падения Берлинской стены, время потрясений в ГДР, которое я называю "великим гулом". На Западе у этого периода, в свою очередь, не было аналога. Поэтому такие фотографии собраны в книге в отдельные законченные серии. – Для кого предназначена эта книга? – В процессе работы я поняла, что делаю книгу не для фотографов и не для знатоков фотографии. Конечно, для них тоже. Но прежде всего эта книга предназначена для таких людей, как мои друзья с Востока и Запада Германии, и для моей семьи. – В вашей книге есть фотография, на которой рабочий-строитель гордо сидит с сигарой во Дворце Республики, снесенном уже после объединения Германии. Что стоит за этим снимком? – Это замечательная фотография восточногерманского фотографа Томаса Сандберга. Я очень ценю его за великолепный ироничный взгляд. Мужчину на фотографии как раз наградили. Он принадлежал к новому поколению строителей, которые работали в восточном Берлине и приезжали туда со всей ГДР. Раньше образцовые рабочие на подобных снимках часто выглядели измученными. А этот, улыбаясь, пародирует капиталистические символы успеха. – Как вы вообще подошли к такой огромной теме — сравнению востока и запада Германии через фотографии? – Основную линию я выстроила вокруг собственного опыта и опыта моей семьи. Над книгой я работала три года. Все началось с проекта для редакции газеты Die Zeit. Меня спросили, не могла бы я подготовить специальную подборку фотографий к 75-летию Федеративной Республики Германии и ГДР. Тогда я мысленно прошлась по собственной жизни, разделила ее на периоды и стала подбирать соответствующие фотографии. Это доставляло мне невероятное удовольствие. Снимки очень удивили сотрудниц редакции Die Zeit. Тогда я поняла, что наткнулась на действительно интересную тему. Позже при работе над книгой мне помогала замечательный специалист по фотографии Маргот Клингспорн. Она выросла на Западе и потому могла лучше меня восстанавливать в памяти связанные с ним образы и воспоминания. – Как публика приняла книгу? – Около 90% отзывов, которые я получаю, положительные. Первый тираж уже распродан, сейчас в печать отправляется второй. Кроме того, я подготовила выставку по материалам книги. Она приедет и в Цюрих. Первой площадкой стал Аренсхоп на Балтийском море, неподалеку отсюда. Я много раз туда приезжала и постоянно видела, как у людей при просмотре фотографий едва не наворачивались слезы. Они узнавали в этих снимках самих себя. – Это были только восточные немцы, узнававшие в фотографиях собственную жизнь? – Нет, среди посетителей выставки были и жители Запада. И те и другие удивляются, радуются и очень растроганы. Мне кажется, они возвращаются в собственное прошлое и вдруг замечают, что, несмотря на все различия между двумя системами, прошлое у другой стороны было во многом похожим. После Второй мировой там тоже воровали картошку. И на Востоке, и на Западе были панки, буржуазные конформисты и безумные вечеринки.