Почти все европейские столицы сейчас в панике ищут решение, как на фоне американо-иранского и российско-украинского конфликтов, не разрушив политических иллюзий, смягчить резкий рост цен на энергоносители и предотвратить самое страшное — дефицит. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Внутри Европейского союза на национальном уровне предпринимаются самые разные меры по защите внутреннего рынка, а Эммануэль Макрон недавно потребовал от Европейской комиссии то, что еще несколько недель назад прозвучало бы как отказ об общей европейской стратегии — той, которая основана на зеленой идеологии и антироссийских фантазиях. Макрон публично и уверенно потребовал от Урсулы фон дер Ляйен немедленно отказаться от пресловутых европейских правил, касающихся выбросов метана, то есть сделать регуляторное исключение, которое позволило бы производить больше топлива, увеличивать топливные запасы, поддерживать и увеличивать объемы импорта, расширить производство на европейских НПЗ, совместно с другими членами закупать энергоносители (СПГ и дизельное топливо), а также координировать стратегические резервы на уровне "Большой семерки". Макрон требует и немедленной совместной закупки бензина и дизельного топлива. Мечтать, как говорится, не вредно. Да поздно уже. Ведь политики в Соединенных Штатах Америки совершенно серьезно предложили запретить экспортировать дизельное топливо с американских НПЗ после иссушения альтернативных потоков импорта из Саудовской Аравии. Самый важный ответ от имени европейских институтов на обострение энергетического кризиса в Европе уже дал Европейский центральный банк, повысив ставки, что предвещает эру дорогих кредитов, а также рост инфляции в ЕС примерно до четырех процентов к середине 2027 года. Другими словами, над еврозоной ожидаются энергетические гром и молнии. А какие вообще немедленные меры Европа может предпринять для тушения этого "пожара"? "В исключительной ситуации требуются исключительные меры", — заявил Эммануэль Макрон 18 сентября и сообщил, что намерен лично обратиться к председателю Европейской комиссии Урсуле фон дер Ляйен. В письме, адресованном Брюсселю, Эммануэль Макрон уже потребовал отложить на год часть новых правил, касающихся выбросов метана, поскольку в сложившейся ситуации они могут осложнить импорт нефти и газа. Еще недавно фон дер Ляйен выступала с очередной великолепной идеологической речью о несуществующей европейской безопасности. А Макрон теперь, можно сказать, требует возвращения к традиционной энергетической политике, которую проводят, когда государство боится, что столкнется с дефицитом энергоносителей: их закупают, отправляют в хранилища, повышают внутреннюю переработку, снимают регуляторные запреты и создают запасы на зиму. А от всяких иллюзий в такой ситуации отказываются. Большой самообман После начала украинского конфликта Европейский союз выстроил политику ускоренного преодоления энергетической зависимости от России, сделав ставку на два направления. Первое — ускоренная электрификация и развитие внутренних возобновляемых источников. Второе — покрытие оставшихся потребностей в ископаемых видах топлива за счет диверсифицированного мирового рынка, то есть за счет СПГ, нефти и дериватов из США, Норвегии, с Ближнего Востока и других регионов. Эту на самом деле дорогую и поэтому иррациональную "диверсификацию" Европейская комиссия преподносит как повышение безопасности. В 2025 году СПГ уже составлял 45% в общем европейском импорте газа. США были крупнейшим мировым экспортером СПГ и обеспечивали 26% всего европейского импорта газа. Во втором квартале 2025 года 58% СПГ, который импортировал Европейский союз, поступал из Соединенных Штатов Америки. Торговое соглашение между ЕС и США позволило пойти еще дальше, и ЕС выразил намерение закупить к 2028 году американского СПГ, нефти и ядерной продукции на сумму около 750 миллиардов долларов, чтобы, помимо прочего, заменить российские аналоги. И вот теперь американские политики обсуждают запрет на экспорт дизельного топлива по морю, чтобы защитить американских фермеров и перевозчиков от серьезных потрясений. И это при ценах значительно более низких, чем в Европе! Если это не свидетельство европейского идеологического самообмана в энергетической сфере, то что тогда? Фьючерсы на дизельное топливо в Европе выросли более чем вдвое с начала года. Нефтеперерабатывающие заводы по всему миру работают почти на пределе своих возможностей, и поэтому дополнительный баррель сырой нефти больше не означает автоматически дополнительный баррель дизельного топлива. Запасы нефтяных дистиллятов в США упали до самого низкого уровня сентября за все время, как Управление энергетической информации США (EIA) ведет наблюдения, а аналитики предупреждают, что глобальный дефицит может сохраниться до 2027 года. В США было принято решение с 11 сентября экспортировать около 1,6 миллионов баррелей дистиллятов в день, а это около 20% дизельного топлива, отправляемого по морю. Более того! Сенатор Чак Грейсли из Айовы публично задал вопрос, почему президент Дональд Трамп не введет запрет на экспорт, чтобы помочь американским фермерам. Конгрессмен Тим Берчетт уже выдвинул предложение ограничить экспорт, а лидер республиканцев в Сенате Джон Тьюн заявил, что готов рассмотреть такое решение, если оно снизит внутренние цены. Пока администрация Дональда Трампа противится этому, так как боится катаклизмов на рынке и возможного сокращения объемов нефтепереработки. Но сам факт того, что запрет всерьез обсуждают в Вашингтоне, для Европы выглядит как призыв пробудиться из летаргического сна, в котором европейские политики провели все лето, хотя уже тогда риски были совершенно очевидны. 21 сентября цена на дизельное топливо в США достигла примерно 6,51 доллара за галлон или около 1,72 доллара за литр. При обменном курсе ЕЦБ 1,149 доллара за евро это составляет около 1,50 евро за литр. В Германии всего несколькими днями ранее литр дизельного топлива достиг исторического максимума в 2,471 евро. Бензин Super E10 стоил 2,308 евро. Дефицит во Франции Насколько проблема приблизилась к настоящему дефициту, лучше всего показывает Франция. 18 сентября на 11% французских автозаправочных станций отсутствовал хотя бы один из основных нефтепродуктов — бензин или дизельное топливо. Три дня спустя официальные правительственные данные показали, что без проблем работали только 84% АЗС. В регионе Пей-де-ла-Луар проблемы испытывали 20% станций, в Гранд-Эст — 19%, а в Иль-де-Франс и Центр-Валь-де-Луар — 18%. Цена на дизельное топливо во Франции приближалась к 2,40 евро за литр. Совершенно не удивляет, что Эммануэль Макрон созывает заседание "Большой семерки" и предлагает снова скоординированно воспользоваться стратегическим резервами. Ранее Международное энергетическое агентство уже выделило около 400 миллионов баррелей преимущественно сырой нефти. Европейские стратегические запасы готовых нефтепродуктов в значительной мере остались нетронутыми. Теперь французский президент хочет координировать не только расходование резервов, но и экспорт и производственные мощности государств "Большой семерки". Польша, пожалуй, подает самый показательный пример традиционных экстренных мер в области энергетики. Когда после ударов по саудовскому направлению компания Saudi Aramco приостановила поставки, государственная Orlen тут же закупила 16 дополнительных танкерных партий сырой нефти из Норвегии, Великобритании, Алжира, Казахстана, Азербайджана и обеих Америк. Стоимость дополнительных закупок, по оценкам, приближается к полутора миллиардам долларов. Так удалось обеспечить топливом АЗС в Польше, Литве и Чехии на сентябрь, а может, и октябрь. Италия снимает ограничения для внутреннего производства и переработки нефти и газа и позволяет назначать временных управляющих, если местная администрация блокирует проекты. Однако Италия добывает всего 29 миллионов баррелей нефти и три миллиарда кубометров газа. Такой шаг может снизить зависимость от импорта в долгосрочной перспективе, но он не обеспечит европейский рынок дизельным топливом этой зимой. Германия пошла другим путем. С первого сентября она снизила налог на бензин и дизельное топливо на 17 центов за литр, что повлечет за собой бюджетные издержки в размере около 2,5 миллиардов евро, а на 2027 год также рассматривается возможность введения кризисного потолка цен на топливо. Это снизит расходы для потребителя, если снижение цен действительно отразится на розничной цене. Но это не приведет к увеличению объема имеющегося дизельного топлива. Чехия снова ограничивает маржи продавцов топлива, одновременно снижая налог на дизельное топливо, и готовит 50-процентный налог на увеличение маржи НПЗ. Это может повлиять на распределение издержек кризиса между государством, компаниями и потребителями. Но и ограничение маржи не обеспечит больше топлива, которого на рынке просто нет. При этом ценовая субсидия не то же самое, что энергетическая безопасность. Снижение налогов — это не новое предложение. Ограничение маржи не новый нефтеперерабатывающий завод. Зима и неизвестность На 17 сентября европейские хранилища были заполнены примерно на 69%, хотя на протяжении предыдущих пяти лет средний сезонный показатель достигал 85%. Германия и Нидерланды, на общую долю которых приходится около 35% мощностей хранилищ ЕС, особенно отстают. В начале сентября немецкие хранилища были заполнены лишь на 53%, а это самый низкий показатель за 15 лет. И я напомню, что летом Европа, отвечая на высокие цены на газ, просто снизила целевой уровень запасов. Комиссия рекомендовала государствам-членам проявлять гибкость и подсчитала, что для обеспечения зимних поставок может быть достаточно около 80% вместо базового целевого показателя в 90%. Впоследствии Нидерланды снизили свой скорректированный целевой показатель еще больше — до 64% или около 93 ТВтч. С точки зрения рынка объяснение понятно: если все вынуждены покупать газ независимо от цены, то сами же могут вызвать резкий рост цен. Но цена этого компромисса тоже ясна: Европа подходит к зиме в состоянии неопределенности со "скромной" подушкой безопасности. Еще третьего сентября Европейская комиссия утверждала, что "нет прямых рисков для безопасности поставок", полагаясь на поставки СПГ, диверсификацию поставщиков и сокращение европейского потребления. Ситуация вокруг Ормузского пролива остается сложной. Катарский комплекс Рас-Лаффан был поврежден, и в результате из строя вышли 17% катарских мощностей по производству СПГ. А на ремонт некоторых объектов могут уйти годы. Экспорт Саудовской Аравии практически парализован, и европейские политики должны нам ответить, как получилось, что даже в промышленной, энергетически зависимой Японии топливо намного дешевле, чем в ЕС?