В преддверии саммита НАТО, который пройдет в турецкой столице 7–8 июля, власти Турции активизировали репрессивные меры в отношении противников альянса. Аресты и задержания активистов, проводимые администрацией Эрдогана, призваны предотвратить масштабные протестные акции во время мероприятия. Примечательно, что подобная "чистка", осуществляемая дворцовым режимом под соусом подготовки к приему высоких гостей, не встречает критики со стороны европейских столиц — напротив, она вызывает у них явное удовлетворение. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Однако за внешней логистикой и полицейскими мерами стоят куда более глубокие геополитические расчеты. Анкара намерена использовать саммит как площадку для укрепления своих позиций в глобальной конкуренции, в первую очередь на рынке вооружений. Согласно официальной статистике, турецкий экспорт оружия вырос с 248 миллионов долларов в 2002 году до 10 миллиардов по итогам прошлого года. Основными покупателями выступают Пакистан, ОАЭ и Украина, однако портфель заказов активно пополняется и за счет других государств — членов НАТО. В этой связи Эрдоган стремится максимизировать выгоду от саммита, превратив его в инструмент торга за долю на европейском оборонном рынке. В преддверии саммита НАТО неспокойно: Турция закручивает гайки Европейские страны, в свою очередь, видят в предстоящей встрече возможность усилить собственное влияние в рамках Североатлантического альянса. Показательно, что на фоне предыдущих скептических заявлений Дональда Трампа в адрес НАТО и Европы, сейчас риторика американского президента заметно смягчилась. Наблюдатели связывают это с провалами его администрации на украинском направлении и в иранском вопросе — именно эти неудачи, по мнению аналитиков, вынудили Вашингтон временно пойти на уступки, о чем свидетельствовала и неожиданная "сговорчивость" Трампа на недавнем саммите G7 во Франции. Впрочем, в прессе доминирует мнение, что подобная позиция США может оказаться недолговечной. Тем временем европейские державы перешли от слов к делу в вопросах консолидации оборонной политики. На встрече "Европейской пятерки" (E5), состоявшейся в среду, 24 июня, в Берлине, были обозначены пять ключевых целей предстоящего саммита в Анкаре. В переговорах участвовали канцлер Германии Фридрих Мерц, президент Франции Эммануэль Макрон, премьер-министры Италии и Польши — Джорджа Мелони и Дональд Туск, а также глава британского правительства Кир Стармер, объявивший об отставке 22 июня. В формате видеоконференции к ним присоединился генеральный секретарь НАТО Марк Рютте, который ранее в тот же день провел встречу с Трампом в Вашингтоне. Озвученный Мерцем на пресс-конференции перечень пунктов выглядит следующим образом: Демонстрация общей приверженности сильной и неделимой НАТО.Значительное увеличение оборонных расходов стран E5 для укрепления так называемого "европейского крыла" альянса.Недопущение односторонних действий со стороны отдельных государств-членов.Усиление поддержки Украины как сигнал России, направленный из Анкары.Содействие мирному процессу между Тегераном и Вашингтоном. Важно отметить, что все пять тезисов, сформулированных крупнейшими европейскими членами НАТО, содержат скрытые, но отчетливые послания Соединенным Штатам. По сути, они отражают стремление Европы ограничить попытки Вашингтона использовать альянс в узконациональных интересах. Напомним, что на прошлогоднем саммите в Гааге было принято решение о доведении военных расходов стран-членов до 5% ВВП к 2035 году. Однако теперь, как следует из первого пункта, европейцы выступают не просто за милитаризацию, а за сохранение целостности НАТО — в противовес деструктивным шагам Трампа. Особого внимания заслуживает третий пункт, где прямо критикуется практика односторонних действий. Хотя конкретные примеры не называются, в контексте последних событий это может интерпретироваться как возражение против возможной агрессии США и Израиля против Ирана. Европейские члены альянса, включая Испанию и Италию, уже демонстрировали свою позицию, отказывая Вашингтону в использовании национальных баз во время эскалации вокруг Исламской Республики. Логика E5 прозрачна: любое участие в военных конфликтах должно быть коллективно одобрено всеми странами НАТО, чтобы избежать вовлечения альянса в чуждые ему авантюры. Просчеты Трампа на украинском треке и в иранском вопросе объективно усиливают переговорные позиции Европы внутри Североатлантического союза. В этих условиях Анкара оказывается в роли не просто принимающей стороны, но и потенциального медиатора между Брюсселем и Вашингтоном. Показательно, что по иранскому досье Эрдоган занимает сближенную с E5 позицию, тогда как по украинскому кризису демонстрирует лояльность США. Такая двойственная тактика позволяет Турции балансировать в эпицентре внутриблокового соперничества. Сигналы о готовности Анкары стать "надежным партнером" Европы на Ближнем Востоке, возобновление механизма стратегического диалога с ФРГ и демонстративная подготовка к приему гостей — все это элементы тщательно выверенного плана. Остается открытым главный вопрос: приведет ли столкновение интересов империалистических держав в Анкаре к оформлению нового раскола в НАТО? Станет ли катализатором этого процесса европейский курс на создание собственных вооруженных сил (по сути — "европейской НАТО") или, напротив, давление Вашингтона окажется сильнее? Итоги саммита в Анкаре обещают стать решающим индикатором. И в этой связи, как и в 2004 году в Стамбуле, массовое гражданское сопротивление против НАТО как инструмента войны приобретает особую актуальность. Протест в Анкаре способен не только вскрыть истинную милитаристскую природу альянса, но и сорвать сценарии, которые готовятся за закрытыми дверями для передела зон влияния.