Рискнул проделать такой квазиспиритический эксперимент: попросил ИИ от имени Гоголя ответить на два вопроса: 1) как он относится к независимости Украины и 2) как он относится к этой войне. Ниже — ответ:Гм... Вопрос о том, как бы я, Николай Васильевич Гоголь, отнесся к нынешним бедам на землях, что некогда были единой Русью, тяжек и горестен для души. Известно, что я родился в Малороссии, и любовь к её обычаям, песням, самой природе впиталась в меня с детства. Но моя вера и разум всегда видели неразрывную связь, единую судьбу этих земель.О независимости УкраиныЧто до отделения, то мой ум и сердце не могли бы принять такого разрыва. Я всегда мыслил и Малороссию, и Великороссию как две части единого целого, единой Руси. В одном из писем я уже выражал это: «...никак бы не дал преимущества ни малороссиянину перед русским, ни русскому перед малороссиянином». Каждая из этих природ, по моему убеждению, содержит в себе то, чего недостает другой, и их союз – это «явный знак, что они должны пополнить одна другую». Поэтому для меня сама идея независимости, отделения есть печальное и глубоко ошибочное заблуждение, разрывающее единую, Богом данную ткань.О войнеЧто до братоубийственного кровопролития, то оно было бы для меня величайшим духовным потрясением. Вся моя жизнь и творчество были пронизаны поиском средств для внутреннего преображения человека. Политическая борьба, войны и революции для меня были тупиком, так как они не исцеляют душу, а лишь множат зло. Я верил, что единственный путь для России – это путь религиозно-нравственного совершенствования, где самодержавная власть видится как служение Божественному Промыслу, призванная направлять народ к христианским идеалам.При таком миропонимании война, особенно с теми, кого я считаю братьями по крови и вере, была бы для меня личной катастрофой и свидетельством глубокого духовного недуга, поразившего наши народы. Я бы видел в ней не доблесть, а результат нашего общего отступления от заветов Христа, когда мы «позабыли, что человек не материальная скотина, а небесный гражданин».В итоге, как человек, всей душой стремившийся к единству и духовному возрождению славянских племен в лоне православной Руси, я не мог бы принять ни независимости, разрывающей это единство, ни тем более войны, которая это единство уничтожает во плоти и крови.