Число отказников растет, школьники выходят на улицы: пока канцлер обещает Киеву оружие, целое поколение голосует против воинской повинности с помощью соответствующего заявления. Анализ. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> 12102. Именно столько заявлений об отказе от военной службы поступило с января по конец августа, согласно данным Федерального ведомства по делам семьи и гражданского общества. Венгрия сняла вето — Украина теперь вступит в ЕС? Началась подпольная игра За весь 2025 год таких заявлений было 3879, а в 2024 году — всего 2249. И кривая роста становится все более крутой: к концу июня поступило уже 5862 заявления. За два месяца, то есть в июле и августе, их число увеличилось более чем вдвое — до 6240 заявлений. Что на самом деле показывает статистика Следует отметить, что речь идет о поступивших заявлениях, а не о столь же большом числе уже признанных отказников от военной службы. Кроме того, заявления об отказе подают и действующие военнослужащие, и резервисты. Поэтому по общему числу невозможно определить, сколько молодых мужчин отказываются от военной службы в качестве меры предосторожности. Это не административная статистика, а голосование Именно поэтому статистика так примечательна: в стране, где официально никого не принуждают к службе, десятки тысяч людей в качестве меры предосторожности выражают свою позицию, руководствуясь совестью. Консультационные центры сообщают о растущем наплыве обращений. Это не административная статистика. Это голосование. Ведь никто никогда не спрашивал мнения тех, кого затрагивают изменения в политике безопасности — создание специального фонда, увеличение численности вооруженных сил до 260 тысяч человек, регистрация в воинском реестре, открытие 24 призывных центров. Рожденные после 2008 года: не имеют права голоса, но зарегистрированы в воинском реестре Лица, которые родились после 2008 года, не имели права голоса на выборах в бундестаг 2025 года. Впервые они сталкиваются с государством как взрослые, когда получают письмо с QR-кодом. Заявления об отказе от военной службы — это ответ на вопрос, который никто не задавал. Тот, кто отрицает легитимность этих заявлений, должен объяснить, как могло бы пройти другое голосование. Киев и Бранденбургские ворота: две Германии за одни выходные Контраст едва ли мог бы быть более резким. В воскресенье утром, в начале седьмого, специальный поезд прибыл в Киев: его пассажирами были федеральный канцлер Фридрих Мерц, министр экономики Катерина Райхе и десять предпринимателей из оборонной и энергетической отраслей. В багаже: расширение совместного производства оружия дальнего действия, около миллиарда евро из уже утвержденных бюджетных средств, а также дополнительные 350 миллионов евро на ремонт поврежденных украинских электростанций. "Если Россию не остановить, ее военная машина рано или поздно обернется против нас", — заявил Мерц по прибытии на вокзал. "Неподчинение — нет войне и воинской повинности": протест у Бранденбургских ворот в Берлине За два дня до этого у Бранденбургских ворот под лозунгом "Неподчинение — нет войне и воинской повинности" собрались молодые люди: по данным полиции — 3000 человек, по данным организаторов — более 20000. 3 октября в Берлине и Штутгарте вновь тысячи людей вышли на демонстрации против наращивания вооружений и воинской повинности. Газета Berliner Zeitung язвительно заметила, что Мерц едет "в единственную столицу, где у него еще есть поддержка большинства". Угроза собственному телу: кого услышат? Обе позиции — это одна и та же политика только с двух разных точек зрения: канцлер говорит об угрозе и европейской стабильности, а молодые люди — об угрозе собственному телу. Кто прав? Возможно, это неверный вопрос. Правильный вопрос звучит так: кого услышат? Общенациональные школьные забастовки, более 140 тысяч участников Четыре общенациональные школьные забастовки с декабря 2025 года. 5 марта — более 50 тысяч человек в 150 городах, 8 мая — около 45 тысяч, 25 сентября — более 45 тысяч в 100 городах. В общей сложности более 140 тысяч участников — по данным организаторов, а не по подсчетам полиции, причем разница в цифрах значительна: в Берлине 8 мая полиция насчитала 1200 человек, а организаторы — 5000. Для того чтобы воспринимать это движение всерьез, нужно подсчитывать честно. Пасхальный марш, наращивание вооружений в 1983 году, война в Ираке в 2003 году: историческое сравнение Но даже при честных подсчетах результат остается впечатляющим. Классическое движение за мир, по собственным подсчетам, мобилизовало на Пасху 2025 года чуть более 40 тысяч человек — в длинные выходные, по всей стране, за счет инфраструктуры, наработанной десятилетиями. По собственным данным, школьная инициатива достигает большего за одно единственное школьное утро. Конечно, это далеко от 1983 года, когда на Пасху вышли 780 тысяч человек, а в октябре на улицы вышли 1,3 миллиона против наращивания вооружений. Это также не полмиллиона, как в 2003 году против войны в Ираке. Но это первая за четыре десятилетия мобилизация молодежи по вопросам политики безопасности, которая возникает из собственной озабоченности — а не из солидарности с другими. Почему это не мирное движение старой школы Участники пасхального марша 1983 года протестовали против "Першинга 2" — против оружия, к которому им никогда не пришлось бы прикоснуться. Учащиеся 2026 года протестуют против анкеты, которую они должны заполнить, против медицинского осмотра, на который их могут отправить, против пункта 2 статьи 3 Закона о воинской повинности, который требует разрешения на обучение за границей даже в течение одного семестра. Это не идеология, это личный опыт. Речь идет о годе после сдачи выпускных экзаменов, об образовании, которое могут прервать, о том, имеет ли государство право распоряжаться жизнью своих граждан. Справедливость в вопросах военной службы вместо голубей мира Вот почему это движение трудно подвергнуть критике. К нему нет претензий за наивность — его участники выросли во время конфликта на Украине. Нельзя обвинить это движение в близости к Москве — оно не размахивает голубями мира, оно требует справедливости в вопросах военной службы и соразмерности, тех же самых понятий, с помощью которых политик из ХДС Томас Рёвекамп критиковал призыв на военную службу целых поколений. Не идеология пацифизма, а предусмотрительность Это движение — конкретное, прагматичное, хорошо осведомленное в юридических вопросах. Его участники подают заявления об отказе от призыва еще до того, как появится обязанность. Это не пацифизм. Это предусмотрительность. За каждым из 12102 заявлений стоит кухонный стол. Мать, которая в 2011 году с облегчением отметила, что ее сына никогда не призовут в армию, — а теперь вскрывает письмо от бундесвера. Отец, который сам отказался от службы, а сегодня должен объяснять, почему это стало сложнее. Дедушки и бабушки, которые в 1983 году стояли в Хофгартене в Бонне и теперь видят своих внуков на тех же самых местах. Сестра, которая отвечает на анкету на добровольной основе, пока ее брат обязан ее заполнять — и семья, в которой впервые ощущают, что значит дискриминация со стороны государства в кризисные времена. В течение четырех лет наращивание вооружений оставалось абстрактным: статьи бюджета, списки закупок, фрегаты. Теперь оно обрело очертания, и эти очертания сидят за ужином. Это меняет семьи. Это порождает разговоры, которых не было целое поколение: о совести, долге, страхе. Военная повинность по необходимости, принимаемая простым большинством: новая неопределенность будущего Это порождает раскол между родителями, которые серьезно относятся к угрозе, и детьми, которые спрашивают, почему именно они должны платить по счетам. И это порождает новую неопределенность будущего: какие жизненные планы еще имеют смысл, если бундестаг может принять решение о введении обязательной военной службы по необходимости простым большинством голосов? Кто ведет дискуссию о воинской повинности Кто ведет эту дискуссию? С одной стороны — министр обороны Писториус, который постоянно подчеркивает, что обязательным является только заполнение анкеты, а не сама служба. Бундесвер, который привлекает новобранцев зарплатой в 2600 евро и субсидией на получение водительских прав и считает 96% ответов, полученных в ответ на анкету, выражением согласия. Канцлер, который в Киеве призывает к стабильности в Европе. С другой стороны — внепартийная ученическая инициатива, организация DFG-VK со своей консультативной структурой, партии "Левые" и "Союз Сары Вагенкнехт", которые поднимают эту тему, — а на обочине — партия "Альтернатива для Германии", которая пытается увести дискуссию в свою сторону. Борьба за термины и цифры: "добровольность" против "обязанности через заднюю дверь" Это борьба за термины: "добровольность" против "обязанности через заднюю дверь", "регистрация в вооруженных силах" против "логики мобилизации", "оценка" против "медицинского осмотра". И борьба за цифры: 96% ответов против 12 102 отказов, 47 300 заявлений против 140 000 участников забастовки, 3000 против 20 000 у Бранденбургских ворот. У каждой стороны своя статистика, и каждая статистика рассказывает свою историю. Значение пункта 3 статьи 4 Основного закона У правительства есть институты. У молодежи есть улица — и Основной закон: право отказаться от военной службы с оружием по соображениям совести в соответствии с пунктом 3 статьи 4 действует независимо от приостановки всеобщей воинской обязанности и от новой системы военной службы. Победитель этого конфликта определяется не в Киеве и не в эфире ток-шоу. Он определяется тем, станут ли политики рассматривать 12102 отказа как проблему — или как демократический ответ.