"Кризисов становится все больше, а финансовая помощь беднейшим странам — тем, кто и так пострадал больше всех — резко падает", — бьет тревогу Жюльен Буиссу. Жюльен Буиссу (Julien Bouissou) "Новый подход к развитию", который страны G7 отстаивали на встрече в Париже 29–30 апреля, можно истолковать как конец государственной помощи развивающимся странам. После того как в 2025 году страны-доноры урезали свои бюджеты помощи (США на 56%, Франция на 19%), они теперь берутся за саму основу этой политики. В итоговом коммюнике больше нет места "солидарности". Страны G7 хотят заменить "помощь развитию" на "взаимовыгодные партнерства". Бедные страны теперь рассматриваются не как получатели помощи, а как партнеры. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Главный аргумент, который выдвигает французский Минфин для оправдания нового подхода: развивающиеся страны настолько развились, что стали конкурентами богатых. Но это касается лишь немногих, таких как Индия или Бразилия. Они больше не получают грантов и пользуются кредитами по выгодным ставкам, которые приносят деньги странам-кредиторам. Реально же глобальное неравенство, которое десятилетиями сокращалось, снова растет. К концу 2025 года почти все промышленно развитые страны, по данным Всемирного банка, имели доход на душу населения выше, чем до пандемии COVID-19. Между тем более трети стран с низким уровнем дохода стали беднее, чем пять лет назад. Моди получил неожиданное сообщение: такое увидеть в Пекине он не ожидал. Все изменилось Значит, дело не в том, что потребности в солидарности уменьшаются, — уменьшаются государственные бюджеты. Страны G7 призывают "привлекать другие устойчивые источники финансирования", в частности, деньги диаспор и благотворительных фондов. Но чем больше источников финансирования, тем выше риск, что помощь расползется и станет менее эффективной. Не говоря уже об опасениях, что некоторые компании через свои фонды используют помощь как рычаг для доступа на новые рынки или получения выгодных контрактов. Или что они будут вкладываться только в самые громкие кризисы — чтобы о них больше писали. Благотворительные фонды полезны, но необходимо задаться вопросом об их интересах. Это касается и стран-доноров. Справедливый вклад Государственную помощь нельзя заменить частными пожертвованиями. Она является формой компенсации за колониальное прошлое, сделавшее целые континенты более бедными. И она же — справедливый вклад в возмещение ущерба от глобального потепления, за которое несут ответственность промышленно развитые страны. Однако в коммюнике G7 замалчиваются последствия этого потепления, первыми жертвами которого становятся беднейшие. Наконец, кредиты и инвестиции никогда не смогут заменить помощь в виде грантов. Кто станет вкладывать деньги в Дарфур или в строительство дамбы в Бангладеш — проекты, которые никогда не принесут прибыли? Такая помощь необходима — она идет самым уязвимым. Но именно от нее государства отказались как раз тогда, когда кризисы множатся, а потребности растут. Хуже того: помощь рискует стать условной. США, например, потребовали от Замбии предоставить им доступ к критически важным полезным ископаемым в обмен на пожертвования для приобретения лекарств от СПИДа. "Взаимовыгодное партнерство", которое отстаивают страны G7, может быстро превратиться в шантаж помощью. Помощь развивающимся странам, безусловно, нуждается в реформах — нужно, чтобы она приносила больше пользы и лучше отвечала потребностям на местах. Опыт и финансирование крупных благотворительных фондов необходимы, но нужно ли их полностью заменять партнерствами? Эммануэль Макрон 5 мая 2023 года с жаром защищал международную солидарность: "Оказывая гуманитарную помощь, мы воплощаем наши ценности. Проявляя солидарность со странами, которые больше всех страдают от последствий глобального потепления — наводнений, засух, — мы сражаемся за более справедливый мировой порядок. Ведь эти страны не виноваты в изменении климата". Это видение международной солидарности явно расходится с новым курсом G7, который продвигает Франция.