Президент Трамп преподносит договоренности с Ираном как прорыв, в то же время признавая: "сделка еще даже полностью не согласована". Ядерный арсенал, обогащение и ракеты — эти темы не поднимались. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Временное соглашение с Ираном, анонсированное администрацией Трампа в эти выходные, — не мирный пакт, не ядерная сделка и не ракетный договор. Все это еще впереди — возможно, через несколько месяцев, хотя высокопоставленный представитель Штатов признал: никакого согласованного лимита времени для ядерных переговоров не существует. А может, и куда позже — если судить по всей предшествующей истории диалога с Тегераном. Но сейчас Трамп добился такой схемы, которая позволит продлить перемирие и вновь открыть Ормузский пролив, а значит — прекратить самую разрушительную энергетическую блокаду современности. Самая обнадеживающая весть из этих "переговоров на грани" между Вашингтоном и Тегераном — посредником на них выступил пакистанский генерал-ястреб — заключается в следующем: конфликт, который запросто мог выйти из-под контроля, явно идет на спад. Если и американский президент, и верховный лидер Ирана (который прячется в убежище, опасаясь покушений) одобрят окончательный текст, то узкая горловина, через которую идет четверть всей мировой нефти, должна открыться снова. Это отнюдь не пустяк — республиканцы опасались идти на ноябрьские промежуточные выборы, пока цена на бензин держится на уровне 4,50 доллара за галлон, а президент ведет войну. Согласно опросам, большинство американцев ее не одобряет. Для иранцев же открытие пролива наступает как раз в тот миг, когда их разбитая экономика, потерявшая почти все нефтяные доходы, готова рухнуть. Но для политика, который всего 11 недель назад провозгласил: "С Ираном не будет никакой сделки, кроме БЕЗОГОВОРЧНОЙ КАПИТУЛЯЦИИ", — достигнутая в эти выходные договоренность оказалась чем-то куда более скромным. И риторика его стала совсем иной. "Переговоры идут в спокойном и конструктивном ключе, и я велел своим представителям не спешить со сделкой. Время работает на нас", — написал он в соцсетях. Пока верховный лидер и другие высокопоставленные иранцы не заверят это понимание, "блокада в полной мере сохранится, — добавил Трамп. — Ошибок быть не может! Наш диалог с Ираном становится все более профессиональным и продуктивным". И все же Трамп, по сути, уступил требованию Ирана отложить наиболее острые проблемы на потом — хотя ему, как видно, удалось заставить Тегеран как минимум на время разжать удавку на одном из важнейших водных путей планеты. В конечном счете у каждой стороны просто не оставалось иного выхода, кроме как отступить. Обе выбрали наименьшее из зол — то, что казалось лучшим вариантом из возможных. Но все это лишь возвращает ситуацию к тому положению, которое существовало примерно 28 февраля. Именно тогда Трамп и премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху развязали войну — с целью наконец уничтожить ядерную и ракетную программы Ирана. До сих пор эти цели не реализованы: Иран по-прежнему владеет более чем 11 тоннами ядерного горючего, включая 440 килограммов материала, почти готового для бомбы, — правда, он погребен под обломками глубоко под землей. А ранний план — читай госпереворот (свергнуть правительство и поставить у власти бывшего иранского президента-консерватора Махмуда Ахмадинежада) — в жизнь так и не воплотили. Если пролив все же откроется, советники Трампа намерены начать вторую фазу — вернуться к полноценным переговорам с иранцами по тем проблемам, из-за которых началась война. Один высокопоставленный чиновник администрации, попросивший не называть его имени, сказал репортерам, что в принципе иранцы уже согласились передать уран с обогащением 60%. Этот запас можно за относительно короткое время превратить в десяток с лишним бомб. Однако иранцы ни слова о выдаче этого топлива не сказали, а ведь именно оно является их главным козырем — наряду со способностью заблокировать пролив. Американский чиновник также признал: точный механизм, с помощью которого Иран избавится от высокообогащенного урана, до сих пор не согласован. Как и вопрос о том, вывезут ли по окончании переговоров весь имеющийся уран сверх оговоренных лимитов, говорят в Международном агентстве по атомной энергии. "Рассмотрим варианты". США раскрыли, что ждет Иран при провале переговоров Соединенные Штаты также сообщили, что иранцы устно согласились на некое приостановление обогащения нового ядерного топлива. Но 9 дней назад сам Трамп заявил репортерам: лидеры Тегерана отступили от обязательства приостановить эту деятельность на 20 лет. И сейчас их позиция по этому вопросу неясна. А Иран до сих пор отказывается даже обсуждать лимиты на размер и дальность ракет. США ранее заявили, что будут на этих лимитах настаивать. Для Израиля это вопрос жизни и смерти, ведь многие баллистические ракеты Ирана достают до израильской земли. Несмотря на уверенность Соединенных Штатов, что все эти проблемы удастся решить, переговоры и шаткое перемирие могут рассыпаться в любой миг. Американский чиновник на брифинге в воскресенье неоднократно признавал: они не могут предугадать, на что Иран в итоге согласится, и подпишет ли верховный лидер официальное одобрение. Но чиновник заявил: открытие пролива (без иранских пошлин) снимет экономическое давление, успокоит рынки и даст пространство для ядерных переговоров. Представитель не сказал, как Соединенные Штаты поступят с претензией Ирана, заявленной за последние три месяца: будто Тегеран теперь обладает суверенитетом над проливом. Раньше он считался международными водами. Зато было прямо сказано: соглашение с администрацией Трампа — это "отступление" со стороны иранцев, потому что пошлин они взимать не будут. Трамп только подлил масла в огонь сомнений, написав в соцсетях: "Если я заключу сделку с Ираном, она будет хорошей и правильной, не такой, как сделка Обамы" 2015 года. Та сделка ограничила ядерную деятельность Ирана, но не уничтожила ее. "Наша сделка — полная противоположность, но никто ее не видел и не знает, что это такое. Она даже еще не полностью согласована, — признал он. — Так что не слушайте неудачников, которые критикуют то, о чем понятия не имеют". В числе "неудачников" оказались заметные фигуры из партии Трампа. Республиканские "ястребы" по Ирану заявили, что президент прогнулся под давлением и не закончил работу. Один из главных критиков — сенатор Роджер Уикер (Roger Wicker) от штата Миссисипи, глава комитета Сената по вооруженным силам. Он предупреждал: "все, чего удалось добиться благодаря операции „Эпическая ярость“, будет напрасно!" Не менее пренебрежительно высказался Майк Помпео, директор ЦРУ в первый срок Трампа, а затем госсекретарь. Это заставило директора по коммуникациям Белого дома Стивена Чунга (StevenCheung) объявить в соцсетях: Помпео "должен закрыть свой глупый рот и оставить настоящую работу профессионалам". У опытных переговорщиков, которые выступали против атак, сомнения тоже были. "Вот что бывает, когда плохо продуманная война по выбору превращается в крайне ущербный „мир по необходимости“", — сказал в воскресенье Аарон Дэвид Миллер (Aaron David Miller), бывший переговорщик по Ближнему Востоку, а ныне сотрудник Фонда Карнеги* за международный мир. "Первоначальные, нереализуемые цели войны отброшены, — сказал он, — и теперь почти нет рычагов, чтобы защитить то, что действительно важно: ограничить ядерные возможности Ирана и навсегда открыть пролив". Еще несколько дней назад администрация Трампа твердила, что не подпишет соглашение, которое не решит главную проблему — ядерную программу. Но чиновники сдали позиции. Отчасти потому, что нужно было любой ценой открыть пролив. Отчасти потому, что наконец осознали: переговоры по огромному ядерному хозяйству Ирана — задача чрезвычайной сложности. У администрации Обамы на это ушло почти 2 года, а итоговая бумага заняла 160 страниц. Иран одним беспилотником разжег вражду между двумя странами Европы "Невозможно разобраться с проблемой ядерной программы Ирана за 72 часа, набросав решение на салфетке, — заявил госсекретарь Марко Рубио в Нью-Дели, куда отправился с дипломатической миссией. — Проливы должны быть немедленно открыты, а затем мы вступим, на согласованных параметрах, в очень серьезные переговоры об обогащении, о высокообогащенном уране и об их обязательстве никогда не иметь ядерного оружия". Когда у чиновника спросили, почему Трамп на этот раз изменил курс, он ответил: Иран идет на серьезные уступки, но самые трудные решения все еще впереди. Остаются две загадки. Как США в итоге поступят с требованиями Ирана разморозить миллиарды замороженных иранских активов и отменить многолетние санкции, которые не давали Ирану продавать нефть, покупать товары и технологии? Американский чиновник сказал, что эти вопросы — одни из самых болезненных для иранского правительства, у которого нет денег, — даже не поднимались. Но он не исключил, что они могут стать частью торга. "Нет пыли — нет долларов", — сказал чиновник со ссылкой на постоянные слова Трампа о "ядерной пыли". Так президент называет высокообогащенный уран. По большей части он хранится на ядерном объекте в Исфахане. США бомбили его в прошлом июне. Трамп намекал, что никогда не вернет Ирану деньги, и сравнивал себя с Бараком Обамой, который вернул $1,7 млрд. Иран заплатил эту сумму за оружие в 1970-х, но так его и не получил. "Обама дал Ирану ОГРОМНЫЕ суммы ДЕНЕГ и ясный прямой путь к ЯДЕРНОЙ БОМБЕ, — написал Трамп в соцсетях. — Наша сделка — полная противоположность". Но по этим вопросам пока нет никакой сделки, как признает и сам Трамп. * Организация, выполняющая функции иноагента и признанная нежелательной в России