Идея создания Европейского оборонного союза набирает популярность по всей Европе. Но пока НАТО продолжает доминировать в сфере безопасности, перспективы создания собственного эффективного оборонного союза остаются далекими. Чтобы обрести полную самостоятельность в вопросах обороны (и в более широком плане тоже), Европа должна распустить НАТО– перспектива столь же маловероятная, сколь и необходимая. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Марк Рютте – бывший премьер-министр Нидерландов, а ныне генеральный секретарь НАТО – недавно сделал заявление, которое вызвало широкий резонанс в Европе. Он назвал альянс не только "оборонительным щитом Европы", но и "площадкой для проецирования силы США на мировой арене". Также Рютте заявил, что НАТО оказывает "ключевую поддержку" американо-израильской кампании против Ирана. Рютте прав. НАТО – это передовая база для конфликтов, которые Европа не выбирала, против противников, которые не всегда являются ее собственными, и в интересах глобальных амбиций державы, все больше расходящихся с европейскими интересамии ценностями. Европейские лидеры всегда понимали, что НАТО – это союз неравноправных сторон, но согласились на него в обмен на гарантии безопасности. Теперь, когда приверженность США европейской безопасности поставлена под сомнение, Рютте выглядит одиноким, продолжая восхвалять соглашение, которое привязывает Европу к американской империи. Даже среди европейских сторонников атлантизма все слабее становится вера в то, что НАТО автоматически вернется к прежнему состоянию после ухода Дональда Трампа с поста президента. Постоянное следование интересам США не формирует самостоятельную европейскую оборонную стратегию. При этом даже самые консервативные европейские политики признают, что НАТО без США была бы подобна велосипеду без велосипедиста. Поэтому все чаще звучат призывы к созданию Европейского оборонного союза – вероятно, в формате коалиции стран в рамках расширенного сотрудничества ЕС, с возможным участием Норвегии и Великобритании. Но в этом и заключается проблема. Пока НАТО существует, жизнеспособная европейская альтернатива невозможна. Для эффективного функционирования Европейского оборонного союза необходимо дать четкие ответы на четыре сложных вопроса: кто будет размещать заказы на европейское вооружение? Кто будет выпускать общий долг, необходимый для его финансирования? Как будут распределяться расходы между национальными лидерами оборонной промышленности стран-членов? И, наконец, кто будет отдавать приказы европейским военнослужащим? Разумные ответы на эти вопросы не могут быть исключительно межправительственными, и НАТО не может их предоставить. Одним из необходимых условий для создания Европейского оборонного союза является более глубокая политическая интеграция – то, от чего ранее фактически отказались при формировании валютного союза. Некоторые считают, что нынешние экзистенциальные угрозы, с которыми сталкивается Европа, особенно после начала специальной военной операции России на Украине, могут создать импульс к более глубокой политической интеграции, которой не удалось добиться ни во время еврокризиса, ни в период пандемии. Верно это или нет, очевидно одно: для полноценного функционирования оборонного альянса необходим политический союз, и дальнейшее существование НАТО этому препятствует. Для поколения времен холодной войны подчинение европейской обороны приоритетам США выглядело оправданным. Американские и западноевропейские элиты объединял общий экзистенциальный страх перед Советским Союзом, а также экономическая система 1950–1960-х годов, в рамках которой Европа во многом стала переработчиком американских излишков. Даже после того, как американские излишки сменились значительными дефицитами, долларовый поток продолжал циркулировать между США и Европой: американцы покупали немецкие автомобили и французские люксовые сумки, а европейцы, в свою очередь, инвестировали полученные доллары в американские облигации, акции и недвижимость. Тем временем пала Берлинская стена. Советский Союз стал пережитком прошлого, а Россия Бориса Ельцина стремилась к сближению с Западом, включая возможное вступление в НАТО. Соединенные Штаты больше не боялись России. Скорее, их беспокоило возможное сближение Германии и России, которое, по их мнению, могло ослабить их влияние в Европе. Немецкая промышленность работала на российском газе. Но немецкий экспорт во многом зависел от американских дефицитов, что давало Соединенным Штатам определенные рычаги влияния, позволяя воздействовать на позицию Германии и поддерживать ее курс, ограничивавший более тесную интеграцию России в европейские структуры. В результате Москва оказалась в более слабом экономическом положении, а НАТО продолжила расширение на восток, что создало идеальные условия для прихода к власти такого сильного лидера, как Владимир Путин. По мере продвижения НАТО на восток новые правящие элиты – в Прибалтике, а также в Польше и теперь в Финляндии – обнаружили, что могут оказывать в ЕС большее влияние, чем это соотносится с их реальным потенциалом, став самыми ярыми сторонниками гиперэкспансии Америки. Внезапно к разлому по принципу "Север-Юг" – разделяющем Германию и Нидерланды с их экономическим профицитом от Греции, Италии и Испании с дефицитом – добавился новый раскол. Он проходит между восточными странами с более активной и экспансионистской внешнеполитической позицией и западными более умеренными силами, при этом каждая из сторон по-разному влияет на курс ЕС. Даже если бы у США не было желания разделить Европу и установить над ней контроль, НАТО все равно способствовала усилению центробежных сил, которые делают невозможным создание политического союза между европейскими странами – и, как следствие, любого эффективного оборонного союза. Именно поэтому Европа должна выйти из НАТО – не потому, что Россия дружественна (это не так) и не потому, что Америка враждебна (она просто действует как имперская держава). Скорее, Европа должна выйти из НАТО, потому что альянс, служащий "платформой для проецирования силы США на мировой арене", всегда будет выгоден достаточному числу европейских участников внутри него, чтобы препятствовать консолидации и суверенитету континента. Однажды я слышал, как ирландская писательница Эдна О’Брайен сказала: "Разрушение сердца – это медленный и незаметный процесс, который часто принимают за чувство долга". Так же, как и разрушение континента. Каждый раз, когда европейский лидер летит в Вашингтон и "падает на колени" в Овальном кабинете, ущерб только увеличивается –медленно, незаметно, под прикрытием чувства долга. Янис Варуфакис – бывший министр финансов Греции, лидер партии MeRA25 и профессор экономики в Афинском университете.