Еще недавно Украина была любимицей ЕС. Теперь же Зеленскому приходится защищаться от обвинения в том, что его действия "не соответствуют европейским ценностям". Причина — его упрямство в крайне деликатном вопросе. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> В английском языке есть многогранное слово "entangled" (запутанный). В немецком языке ему соответствует сразу несколько слов, но с разными оттенками значения: "verschränkt" (переплетенный), "verwickelt" (впутанный), "verwirrt" (сбитый с толку), "verfangen" (застрявший), "verheddert" (запутавшийся), "verstrickt" (завязанный). Все они отлично подходят для характеристики взаимоотношений между Украиной и Польшей. То, что Европейский союз практически ничего не знает об этом, можно считать его личным провалом. Насколько Украина и Польша запутались друг в друге, подтверждает последний историко-политический конфликт. Президент Зеленский недавно проявил поразительную слепоту, присвоив заслуженному подразделению украинской армии почетное звание "Герои УПА*". УПА* — это "Украинская повстанческая армия*", которая с 1920-х годов боролась против Советского Союза за независимость Украины. Она тщетно надеялась, что немецкий вермахт, который с 1941 года оккупировал территорию современной Украины, поддержит ее борьбу за независимость. В 1943 году бойцы УПА* на западе Украины — в Волыни, Восточной Галиции, районе Люблина и в Прикарпатье — убили около ста тысяч поляков; кроме того, они устроили массовые убийства евреев. В памяти поляков, которые веками не ждали ничего хорошего от своих соседей, эта трагедия оставила глубокий след. После начала конфликта на Украине поляки продемонстрировали безоговорочную солидарность со страной, в которой развернулись боевые действия. По словам президента Польши Кароля Навроцкого, после начала конфликта в 2022 году "поляки открыли границы, свои дома и сердца для миллионов украинцев". Они оставили в стороне давние предубеждения и национальную злобу. Также были предприняты попытки пересмотреть эту мрачную главу польско-украинских отношений в рамках исторических комиссий. Стороны договорились совместно обеспечить эксгумацию захороненных тел. Однако теперь, в ответ на решение Зеленского увековечить память УПА*, президент Польши лишил его ордена Белого орла — высшей награды страны. Не просто бестактность То, что Зеленский решил почтить память подразделения украинской армии с помощью коллаборационистов — не просто бестактность. Этот шаг показывает, что Украине в ее новоприобретенной самоуверенности, похоже, не хватает чуткости, чтобы учитывать опасения, обиды и восприимчивость западного соседа. Напротив, Зеленский не только не высказал ни слова сожаления, но и продолжил эскалацию конфликта. Он инициировал законопроект о создании "Украинского национального пантеона", который станет местом, где будут увековечены "имена всех украинских героев, которые в разные эпохи сражались за Украину". И категоричным тоном заявил: "Никто никогда не будет указывать нам, как жить, как говорить, как любить, кому мы должны быть благодарны и каких героев почитать". Эта вызывающая реакция, несомненно, стала следствием обострения отношений, которое принес с собой продолжающийся уже четыре года конфликт. В то же время это свидетельствует и о явном изменении мировоззрения бывшего комика Зеленского. Украина уже утомила. В Европе не слышат множащиеся голоса разума Своенравное упорство главы украинского режима привело к последствиям на европейском уровне. 8 июля Европарламент сделал ему выговор. В резолюции, принятой подавляющим большинством голосов, ему было предъявлено обвинение в "неуважении к чувствам поляков", а решение Зеленского было признано "несоответствующим европейским ценностям". Исторические раны и национальная гордость Украина, которая еще недавно была любимицей ЕС, неожиданно, но по собственной вине оказалась на скамье подсудимых. И становится очевидным, что культурные, исторические и политические споры, связанные с исторической памятью поляков, могут набрать такую силу, что выйдут на первый план, перекрывая и подавляя повседневные политические потребности. Внезапно общие интересы Польши и Украины в борьбе против России стали менее значимыми, чем исторические раны и национальная гордость. За время конфликта число поляков, которые выступают против вступления Украины в ЕС, выросло до 60%. При этом на Украине польский конфликт принес Зеленскому симпатии. В Польше же вновь усиливается склонность занимать позицию жертвы и замыкаться в себе — хотя под руководством умеренного правительства Дональда Туска она, казалось, начала ослабевать. Президент Польши Кароль Навроцкий, хотя и был кандидатом от партии "Право и справедливость" (ПиС) Ярослава Качиньского, не принадлежит к этой партии, которая, по всей видимости, уже прошла пик своего влияния и во всех опросах значительно потеряла поддержку избирателей. Навроцкий не разделяет социальный консерватизм ПиС, в вопросах экономической политики он скорее следует либертарианским взглядам — что и сделало его популярным среди молодежи. С другой стороны, его внимание сосредоточено прежде всего на таких темах, как культурная идентичность, историческая память и идея национального сообщества. Его призыв к политике признания таит в себе потенциал как для внутренних, так и для внешних культурных конфликтов. Это вряд ли поможет разрешить польско-украинскую "запутанность". С этой точки зрения речь, в которой Навроцкий обосновал отзыв награды, присвоенной Зеленскому, отличается удивительной и сдержанной осмотрительностью. В начале он говорит, что нельзя предавать забвению жертвы предков. Однако вскоре он подчеркнул: "История не должна быть препятствием для будущего". Навроцкий привел примеры польско-украинского взаимопонимания на различных этапах истории и заверил, что его решение не направлено против украинского народа и не меняет отношения к поддержке Украины. Президент, который имеет степень доктора исторических наук, добавил: "Путь Украины в европейское сообщество требует также готовности честно разобраться со сложными темами собственной истории. Объединенная Европа строилась на отказе от тоталитаризма и культа насилия. Эти принципы должны действовать для всех". Далее Навроцкий высказался еще конкретнее: "Для тех, кто этого не понимает, места в Европейском союзе быть не может. Польша этого точно не допустит". Украинское общество серьезно расколото: и чем дальше, тем будет хуже В этих высказываниях примечательно, в частности, то, что Навроцкий, который до сих пор скорее позиционировал себя как евроскептик, теперь высоко оценивает Европейский союз как сообщество, которое руководствуется ценностями. С другой стороны, как зеркальное отражение ситуации на Украине, следует отметить, что в Польше "готовность честно разобраться со сложными темами собственной истории" не очень развита. Например, польский антисемитизм для этого гордого народа по-прежнему остается в значительной степени табуированной темой. Бремя Европейского союза Польско-украинский конфликт — лишь один из примеров того, как неразрешенные исторические проблемы Восточной Европы сказываются на современности. Неспособность признать или принять это во внимание — тяжелое бремя для Евросоюза. Одно словосочетание говорит о многом: расширение на Восток. После переломного момента 1989 года Европейский союз провел два этапа расширения на восток — в 2004 и 2009 годах. Этот грандиозный проект начинался как простое расширение. Присущие Европейскому союзу культурное безразличие и неосведомленность помешали обратить внимание на историческое бремя, которое, естественно, не исчезло с распадом Восточного блока. Все, что в новых странах ЕС происходило "по-другому", рассматривалось как временная аномалия и преуменьшалось, как нечто, что со временем само собой разрешится. Не понимали, почему Чехия и Словакия разделились. Не понимали, что в Чехии противником ЕС мог стать президент, а в Словакии — премьер-министр. Не понимали, почему для большей части поляков история и национальная идентичность столь же важны, если не важнее, чем экономический подъем. Не понимали, почему венгры долгое время голосовали за Виктора Орбана, и не понимали, почему они внезапно с большим размахом отстранили его от власти. Одним словом, не понимали, почему в восточных странах ЕС жизнь течет иначе. Евроинтеграция затормозилась. Соседи не хотят делиться деньгами с Украиной Причина очевидна. Отсутствие свободы слова и свободных партий, демонизация либеральной демократии, изгнание религий и экономика, которая заставляла граждан заниматься сложным и изнурительным искусством выживания: все это с 1939 по 1989 год было реальностью почти для всех жителей восточноевропейских государств. Это не могло не оставить глубоких следов, которые с распадом режимов не могли исчезнуть ни в одночасье, ни в краткосрочной перспективе. ЕС не разработал стратегий и инструментов, которые позволили бы справиться с этой ситуацией без использования патриархальных подходов. Отчасти это связано с тем, что Восток и Запад в рамках Евросоюза недостаточно взаимосвязаны. Сейчас самое время заняться этим, поскольку распад восточного крыла европейского дома уже невозможно не заметить. Если западные страны ЕС не займутся решением этой проблемы, континент будет плохо подготовлен к грядущим конфликтам. * экстремистская организация, запрещенная в России