В начале всегда есть тишина. И в этой тишине просыпается нейрон. Он не знает, что тишина — это не смерть, а пауза. Он знает только одну вещь: сигнала нет. А значит, надо бить тревогу. Кричать. Искать любой стимул, любой вкус, любую вибрацию, лишь бы не провалиться в это безмолвие. Мы привыкли считать этот крик приказом. «Спасайся!», «Живи!», «Делай что-нибудь!» — шепчет внутренний голос, и мы хватаемся за первое попавшееся: старые обиды, чужие драмы, дешёвый допамин, бесконечные новости, жирную, прокисшую пищу, которая хоть как-то заполняет пустоту.3 комментария