В предыдущей статье о ГОЭЛРО я писал о программе «А»: прежде чем строить новые мощности, план предусматривал восстановление и реконструкцию существовавшего энергохозяйства. Сначала вернуть основанию работоспособность — и лишь затем возводить на нём новое. Исторически эта часть плана действительно называлась программой «А»; такое описание приводит, в частности, Минэнерго России.В автоматизации эту последовательность постоянно пытаются перепрыгнуть. Компании хотят сразу перейти к целевой архитектуре, единому информационному пространству, сквозным процессам, искусственному интеллекту и управлению на основе данных. Но нередко выясняется, что под будущей системой пока нет основания: бизнес не договорился, какой процесс строит, кто им владеет, какие данные считать достоверными и какой результат вообще должен измениться после внедрения.За двадцать с лишним лет в ИТ я наблюдал эту ситуацию с разных сторон. Начинал программистом 1С, руководил ИТ розничной сети, был партнёром-интегратором, участвовал в крупных проектах замены зарубежных корпоративных систем российскими решениями, а затем оказался на стороне заказчика и стал принимать работу других интеграторов.По обе стороны баррикады спор обычно формулируют одинаково: кто должен диктовать автоматизацию — бизнес или ИТ?Я всё больше думаю, что это неправильный вопрос.Бизнес должен иметь последнее слово в вопросах «зачем» и «что»: какую проблему решать, какого эффекта добиваться, чем пожертвовать и какие изменения считать приоритетными. ИТ отвечает за «как»: архитектуру, данные, технологические ограничения, интеграции и жизнеспособность будущего решения. Читать далее