Иран вновь перекрыл Ормузский пролив. Возможно, он уже никогда не будет таким же свободным, как до начала боевых действий. В этой связи многие страны Персидского залива создают альтернативные маршруты перевозки грузов и топлива. Потеряет ли давление аятолл вскоре свою эффективность? ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> В минувший четверг через Ормузский пролив прошли всего три грузовых судна. Это самый низкий показатель с мая этого года. Таким образом, один из важнейших морских путей мира вновь оказался практически закрыт — по воле властей в Тегеране. Отказываться от контроля над стратегическим активом они не намерены. "Возможность, сопоставимая по силе с атомной бомбой", — так недавно охарактеризовал этот экономический рычаг бывший первый вице-президент Ирана Мохаммад Мохбер. По его словам, одним решением Иран может повлиять на всю мировую экономику. Поэтому отказываться от этого "блага" страна точно не станет. Война с Ираном должна была предотвратить появление у Тегерана атомной бомбы. Вместо этого она дала иранским властям другое опасное оружие. Для большинства стран Персидского залива пролив остается единственным выходом в Мировой океан. Благосостояние государств региона, как и энергоснабжение значительной части мира, теперь находится под угрозой из-за действий Тегерана. Независимо от дальнейшего развития военного противостояния одно ясно точно: судоходство через Ормузский пролив, вероятно, никогда не вернется к прежнему состоянию. Кувейт, Бахрейн и Катар пока полностью зависят от морского экспорта нефти и газа, Ирак — в значительной степени. В общей сложности через Ормузский пролив проходит около пятой части мировой торговли нефтью и газом. Кроме того, в странах Персидского залива производят удобрения, сталь и алюминий, которые также доставляют на мировой рынок морским путем. Поэтому государства региона сегодня задаются главным вопросом: если отнять у Тегерана это средство давления невозможно, можно ли сделать его бесполезным? Как обойти Ормузский пролив с помощью новых трубопроводов, железных дорог, портов и даже морского канала? Самым важным из действующих маршрутов остается саудовский нефтепровод "Восток — Запад". Он соединяет месторождения на побережье Персидского залива с Красным морем. Его протяженность составляет около 1,2 тысячи километров, а пропускная способность достигает семи миллионов баррелей нефти в сутки. С начала кризиса вокруг Ормузского пролива Саудовская Аравия использует нефтепровод на пределе его возможностей. По данным агентства Reuters, теперь Эр-Рияд рассматривает возможность расширения маршрута, в том числе за счет строительства второго нефтепровода. Это позволит дополнительно перевозить два миллиона баррелей в сутки. Трамп завяз в иранской трясине. США решили вернуться к плану "А" Однако строительство, вероятно, потребует миллиардов долларов и займет несколько лет. Кроме того, придется расширить порт Янбу на Красном море. Проблема заключается в том, что союзное Ирану движение хуситов угрожает перекрыть вход в Красное море. В таком случае добраться до Янбу можно будет только через Суэцкий канал, а экспорт нефти в Азию станет практически нецелесообразным. Объединенные Арабские Эмираты также располагают нефтепроводом, который идет в обход Ормузского пролива. Его протяженность составляет около 400 километров. Маршрут заканчивается в порту Фуджейра, расположенном к юго-западу от пролива, и позволяет перевозить полтора миллиона баррелей нефти в сутки. В середине мая "Национальная нефтяная компания Абу-Даби" (ADNOC) объявила о строительстве еще одного нефтепровода до Фуджейры. Он должен вдвое увеличить экспортные мощности. По имеющимся данным, строительство завершено уже наполовину, а ввод в эксплуатацию намечен на следующий год. Однако речь идет не только о нефти. Порт Джебель-Али в ОАЭ входит в десятку крупнейших контейнерных портов мира и играет ключевую роль в торговле между Азией, Африкой и Европой. В США уже решили: быть войне. На Ближний Восток стягивают новые силы При этом Джебель-Али находится в Персидском заливе. Из-за кризиса вокруг Ормузского пролива объем перевалки грузов там сократился почти на 90%. Поэтому ОАЭ планируют построить в эмирате Фуджейра новый грузовой порт с контейнерным терминалом, сообщила газета Financial Times. Еще одна проблема в том, что Фуджейра находится в зоне досягаемости иранских ракет и беспилотников. Иран по-прежнему сможет угрожать как самому порту, так и заходящим в него судам. До начала боевых действий Ирак ежемесячно экспортировал через Ормузский пролив около 93 миллионов баррелей нефти. В апреле этот показатель составил лишь десять миллионов баррелей. В июне объемы также оставались значительно ниже обычного уровня. Главным проектом должен стать нефтепровод протяженностью 700 километров от Басры до города Хадита на западе страны. Его пропускная способность составит 2,5 миллиона баррелей в сутки. Решение о строительстве приняли еще в 2024 году, однако работы на первом участке в спешном порядке начались только в мае. От Хадиты планируется проложить несколько трубопроводов. Они могут вести к средиземноморским портам Банияс в Сирии и Джейхан в Турции, а также к иорданскому порту Акаба на Красном море. В рамках проекта предполагается восстановить и старый нефтепровод из северного города Киркук в Банияс. Его построили еще в 1950-х годах, но позднее закрыли из-за политических разногласий. В 2003 году нефтепровод был поврежден во время конфликта в Ираке. Вероятно, его придется полностью перестроить, что может занять несколько лет. До начала войны через Ормузский пролив проходило около пятой части производимого в мире сжиженного природного газа. Катар с большим отрывом остается крупнейшим производителем СПГ. Это природный газ, охлажденный до жидкого состояния, что позволяет перевозить его морским путем. Из-за кризиса экспорт резко сократился. После начала боевых действий Катар почти полностью остановил производство СПГ, а с мая попытался нарастить его поставки. Однако в начале июля Иран обстрелял катарский газовоз, что вновь осложнило экспорт. Еще в начале 2000-х годов обсуждалось строительство газопровода из Катара в Турцию через Саудовскую Аравию, Иорданию и Сирию. До недавнего времени реализации проекта препятствовал бывший сирийский лидер Башар Асад. Эпоха "после Ормузского пролива" уже началась. Ирану грозит пиррова победа Строительство такого газопровода потребует значительных средств и займет много времени. Неясно, намерен ли Катар теперь вернуться к этому плану. В краткосрочной и среднесрочной перспективе эмират, вероятно, по-прежнему будет зависеть от морских перевозок через Ормузский пролив. К области фантастики скорее относится идея проложить по территории ОАЭ судоходный канал от Персидского залива до Аравийского моря. Местность там гористая, поэтому строительство обошлось бы чрезвычайно дорого и было бы почти невыполнимо с технической точки зрения. Кроме того, появился бы еще один узкий участок, который Иран мог бы атаковать. Однако кризис затронул не только экспорт нефти и газа. Серьезно ограничены поставки стали и удобрений, а также ввоз продовольствия и потребительских товаров. После начала боевых действий часть грузопотока переместилась на автомобильные и железные дороги. Товары доставляют грузовиками из портов Красного моря через Саудовскую Аравию к Персидскому заливу. Другой маршрут начинается в портах ОАЭ и Омана, расположенных за пределами залива. Война, вероятно, ускорит развитие железнодорожной сети в регионе. Конгрессу придется спасать Пентагон. По-другому из кризиса не выбраться Уже строится центральная магистраль в рамках проекта "Железная дорога Персидского залива". Ее протяженность превысит две тысячи километров. Линия должна пройти от Эль-Кувейта через Саудовскую Аравию до столицы Омана Маската. Ответвления свяжут ее с Бахрейном, Катаром и ОАЭ. По имеющимся данным, проект завершен на 50%. Ввести магистраль в эксплуатацию планируется к концу 2030 года. Кроме того, предполагается построить новую железнодорожную линию из Саудовской Аравии в Турцию. Соглашение об этом две страны подписали в июне. Конфликт в регионе прямо назван одной из причин реализации проекта. Маршрут в целом повторит путь старой Хиджазской железной дороги и пройдет через Иорданию и Сирию. В дальнейшем его планируется продлить до Омана и расположенных там портов за пределами Персидского залива. Несмотря на все эти проекты, полностью отказаться от Ормузского пролива в ближайшие годы не удастся. Известные на сегодняшний день трубопроводные проекты смогут заменить не более трети объемов нефти, вывозимых через пролив. Причем это произойдет лишь через несколько лет. Война отошла для иранцев на второй план. Теперь их тревожит совсем другое В случае со сжиженным природным газом реальные обходные маршруты пока не просматриваются. Для грузовых перевозок сочетание строящихся и имеющихся портов с развивающейся железнодорожной сетью в обозримом будущем может значительно сократить зависимость от Ормузского пролива. Если конфликт продолжится, вероятно, появятся и другие альтернативы. Через десять или, возможно, двадцать лет Ормузский пролив как средство давления действительно может утратить эффективность. В лучшем случае кризис в Ормузском проливе может породить позитивную перспективу: регион теснее свяжут железные дороги и трубопроводы. Совместное использование инфраструктуры свидетельствует о заинтересованности в сотрудничестве, обмене опытом и предотвращении конфликтов. В настоящее время многие государства Персидского залива рассматривают друг друга скорее, как соперников, а конфликт между Саудовской Аравией и ОАЭ, в частности, в последнее время обострился до тревожных масштабов. Экономическую выгоду могут получить и сравнительно небогатые государства, включая Иорданию и Сирию. Они способны стать важнейшим связующим звеном между Персидским заливом и Средиземным морем. Израиль пока остается в стороне, но однажды может присоединиться к этой сети. Война, которая может сделать возможным мирный проект, — это, по крайней мере, небольшой проблеск надежды.