От ослабления ограничений выиграют Индия и другие клиенты Кремля. На саммите НАТО в Анкаре президент США Дональд Трамп объявил о намерении разрешить продажу истребителей F-35 Турции. Но предварительно ему пришлось разобраться с Законом о противодействии противникам Америки посредством санкций (CAATSA). Турция уже находилась под санкциями CAATSA за покупку российской системы противовоздушной обороны С-400, и Трампу пришлось бы их снять, чтобы Турция могла получить F-35. Он пошел на это, однако последствия этого решения выплеснутся далеко за пределы Турции. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Закон CAATSA был принят Конгрессом при подавляющей двухпартийной поддержке и подписан Трампом на первом президентском сроке в 2017 году, фактически создав режим вторичных санкций. Он наделяет президента полномочиями карать иностранные правительства, компании, банки и частных лиц за "значительные" сделки с российскими ВПК и разведкой. Госдепартамент США ведет список соответствующих организаций, куда входит в том числе государственная компания "Рособоронэкспорт". Хотя закон не уточняет, как понимать "значительный", логично себе представить крупные закупки российских ракетных комплексов, военных самолетов и других современных вооружений. Атомная бомба больше не нужна. Иран нашел оружие посильнее Как только администрация определит, что такая сделка имела место, CAATSA предусматривает набор из минимум пяти штрафных санкций, включая эмбарго на экспорт военной продукции США, заморозку активов и визовые ограничения для иностранных чиновников. Целью не обязательно становится целая страна — вместо этого Вашингтон может ограничиться санкциями против министерства обороны, ведомства по закупкам, участвовавших компаний или отдельных лиц, принявших соответствующие решения. CAATSA может лишить то или иное правительство доступа к американскому оружию, технологиям и финансированию. Однако применение закона происходит не автоматически, а определяется исполнительной властью. Первая проба состоялась в 2018 году, когда администрация Трампа ввела санкции против Департамента разработки оборудования Китая и его тогдашнего директора Ли Шанфу в связи с приобретением у "Рособоронэкспорта" истребителей Су-35 и зенитно-ракетных комплексов С-400. Два года спустя администрация ввела санкции против Управления оборонной промышленности Турции (ныне секретариат) в связи с приобретением Анкарой комплексов С-400. Оба этих случая продемонстрировали, что CAATSA может напрямую карать правительственные организации за закупку российского оружия. Однако недавнее решение Трампа вывести Турцию из-под действия CAATSA будет иметь далеко идущие последствия для стратегических партнеров Москвы в Индо-Тихоокеанском регионе. В первую очередь это коснется Индии, которая продолжает закупать комплексы С-400 и другое российское оружие — вопреки санкциям CAATSA. Хотя российский экспорт вооружений сократился с началом боевых действий на Украине, страна по-прежнему поставляет оружие за рубеж — в первую очередь своим давним партнерам Индии, Китаю и Белоруссии. Важно понимать, что ни первая администрация Трампа, ни администрация Байдена официально не освобождали Индию от CAATSA. Вместо этого обе лишь снизили приоритетность применения санкций в интересах прочного стратегического партнерства с Индией — в надежде, что та поможет США противостоять Китаю. Но Индию нынешнее положение не вполне устраивает. Нью-Дели ошибочно рассчитывал, что возвращение Трампа в Белый дом ознаменует собой золотую эру двусторонних отношений, особенно учитывая близость премьер-министра Нарендры Моди с Трампом на его первом президентском сроке. Однако на этот раз Трамп оказался гораздо капризнее и к тому же принялся налаживать более тесные отношения с соседом и соперником Индии Пакистаном. Однако на практике вторая администрация Трампа смотрела сквозь пальцы, когда в прошлом месяце Индия получила еще один полк С-400. Решение Трампа отменить действие CAATSA против Турции действительно обнадежило Нью-Дели. Но, имея дела с Трампом, никогда нельзя исключать новой вспышки гнева — или того, что он в очередной раз передумает. После прошлогодних боевых действий между Индией и Пакистаном Нью-Дели заказал пять новых полков С-400 и углубил переговоры о приобретении российского истребителя пятого поколения Су-57. Трампу ничего не стоит воспользоваться этими сделками, чтобы принудить Индию присоединиться к политике США по другим направлениям — будь то таким как возобновившаяся американо-иранская война или нечто иное. В конце концов, недавно он уже покарал Индию пошлинами под предлогом того, что страна завозит российскую нефть. Две страны в Юго-Восточной Азии наверняка вздохнули с облегчением после решения Трампа по Турции. Одна из них — Индонезия. При президенте Прабово Субианто Джакарта проводит масштабную военную модернизацию и специализацию, что предполагает диверсификацию импорта вооружений, в том числе из России. В 2018 году Джакарта вела переговоры о покупке 11 истребителей Су-35, но к 2020 году сделка была расторгнута. При этом стало ясно, что основной причиной стало то, что Индонезия побоялась санкций США по CAATSA. Индонезии не впервой сталкиваться с гневом правительства США. При администрации Клинтона в 1999 году индонезийские военные и проиндонезийские ополченцы учинили массовое насилие в Восточном Тиморе, после чего Белый дом пресек все военные связи и приостановил продажу оружия. Напряженность в отношениях между США и Индонезией продлилась много лет и завершилась лишь в 2010 году, когда администрация Обамы сняла санкции с Копассуса — индонезийского спецназа, причастного к насилию. Хотя решение Трампа по Турции должно вселить некоторую уверенность, Джакарте следует проявлять осторожность: даже если администрация США и выказала готовность закрыть глаза на связи с Россией, ее политика может очень скоро и весьма непредсказуемо измениться. Вьетнам тоже наверняка рад, что Трамп свернул сферу применения CAATSA. Еще со времен холодной войны вооруженные силы Ханоя сильно зависят сперва от советского, а затем и российского оружия. В последние годы он стремился создать более разнообразную систему обороны, закупая оружие в том числе у Вашингтона. Отчасти эта диверсификация и отход от России могли быть вызваны именно CAATSA. С другой стороны, Ханой пытается сохранить оборонные закупки у Кремля и даже разработал схемы обхода CAATSA: в 2025 году агентство Associated Press сообщило, что Ханой и Москва внедрили схему скрытых платежей, которая позволит задействовать прибыль от совместных нефтегазовых предприятий для погашения оборонных контрактов, фактически защитив эти сделки от западных финансовых институтов и их санкционных механизмов. Так что применение санкций явно тревожит, и недавний прецедент Трампа с Турцией должен вызвать облегчение. Воздействию CAATSA могут подвергнуться и другие страны Индо-Тихоокеанского региона, по-прежнему зависящие от российского оружия. Так, Малайзия эксплуатирует истребители Су-30 и другие системы российского производства, тогда как Бангладеш и Шри-Ланка располагают рядом российских истребителей МиГ-29, вертолетами Ми-17, бронетехникой и другим вооружением. Решение Трампа не применять CAATSA против Турции вселяет в эти страны еще больше уверенности в том, что деловые отношения с Кремлем как минимум пойдут прежним чередом — а как только Россия восстановит свои экспортные возможности, еще и расширятся. Кроме того, разумеется, есть страны, которые уже нарушают CAATSA не таясь. Пекин пренебрег санкциями, введенными в 2018 году, и впоследствии углубил стратегические и оборонные отношения с Москвой. КНДР наверняка считает, что программа не коснется ее новообретенного стратегического партнерства с Россией — просто потому, что против Пхеньяна уже действует множество иных жестких санкций. То же самое касается Мьянмы, где военная хунта продолжала закупать российское оружие на протяжении всей гражданской войны. Точно так же и вооруженные силы Лаоса по-прежнему в значительной степени зависят от платформ советского и российского производства, а Вьетнам не выказывает намерений отходить от Москвы. Предложив более либеральный подход к соблюдению CAATSA, Трамп невольно устранил одну из немногих оставшихся политических препон для будущих продаж российского оружия в Индо-Тихоокеанском регионе. Сможет ли Москва извлечь из этого выгоду — это другой вопрос. Цель программы заключалась в том, чтобы заставить страны выбирать между российским вооружением и более тесными связями в области безопасности с США. Смена позиции Трампа в отношении Турции говорит о том, что выбор уже не столь очевиден. Все больше стран Индо-Тихоокеанского региона придут к выводу, что CAATSA — это не жесткое правило, а лишь политический инструмент, который применяется избирательно в соответствии с приоритетами Вашингтона. Это может не только ослабить давление на союзников и партнеров США уже сегодня, но и рискует подорвать один из мощнейших инструментов Вашингтона по сдерживанию глобальных военных связей России.