Украинские СМИ в условиях конфликта: журналисты, которые пишут о коррупции и проблемах в армии, сталкиваются с запретами, угрозами убийством и травлей. Формально положение Украины выглядит неплохо. В рейтинге свободы прессы от организации "Репортеры без границ"* в 2026 году страна поднялась на семь позиций и заняла 55-е место, опередив США и некоторые государства Евросоюза. И это после почти пяти лет конфликта и действия военного положения. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Однако разговоры с украинскими журналистами рисуют совсем иную картину. В последние месяцы независимые редакции вновь стали чаще писать о коррупции во властных структурах и проблемах в армии — и давление на них усилилось. Судебные иски, спорные приговоры, открытые угрозы и кампании травли в социальных сетях стали частью повседневной работы журналистов, свидетельствует расследование издания Kyiv Independent. "Постепенно складывается такая обстановка, в которой журналистам становится все труднее выполнять свою работу, — говорит Инна Ведерникова из еженедельника „Зеркало недели“. — Пространство для свободы слова сужается". Коломойский* проговорился: всплывший факт о Киеве вызвал ярость на Западе От единства к контролю После начала конфликта почти все украинские СМИ на время отказались от критики правительства. Общество сплотилось. "Конфликт привел к беспрецедентному росту самоцензуры", — говорит Юрий Николов с портала "Наши Гроши". В ответ от властей ожидали соблюдения правил. Одновременно правительство Зеленского объединило все крупные телеканалы в контролируемый государством вещательный пул — так называемый "Телемарафон". Он существует до сих пор. Однако негласное перемирие между прессой и властью продержалось лишь несколько месяцев. Еще до конца 2022 года появились первые расследования о коррупции, а затем скандалы стали следовать один за другим. По словам Ведерниковой, довольно быстро стало ясно, что обязанность журналиста задавать прямые вопросы и указывать на проблемы никуда не исчезла, несмотря на продолжающийся конфликт. После случаев слежки и преследования со стороны силовых структур в 2023 и 2024 годах давление, по словам журналистов, переместилось в другие сферы, прежде всего, в суды и интернет. Инна Билецкая, руководитель редакции расследований общественного вещателя "Суспильне", связывает это с незавершенными демократическими реформами. По ее словам, недостаточно реформированные силовые структуры и судебная система создают для тех, кто становится объектом журналистских расследований, "благоприятную почву для ответного удара". Растет и число судебных исков, используемых для запугивания критиков, отмечает Екатерина Дьячук из Института массовой информации, который следит за свободой прессы в стране. Запрет еще до публикации Наиболее явно политическое давление проявляется в судах. В июле украинский суд запретил Центру противодействия коррупции, порталу Slidstvo.info и журналистке Алине Стрыжак публиковать свое расследование. Оно касалось брата директора государственного бюро расследований Алексея Сухачева и принадлежавшего ему значительного объема недвижимости. Украинские суды и раньше удовлетворяли иски о защите чести и достоинства. Однако запрет на публикацию материала еще до его выхода стал прецедентом. В итоге решение суда дало обратный эффект. На соавтора расследования Максима Савчука запрет не распространялся, и он передал текст коллегам. В рамках совместной акции его опубликовали 27 СМИ. "Расследование, которое суд пытался не допустить к публикации, набрало четыре миллиона просмотров", — говорит Савчук. Без судебного решения и вызванного им резонанса материал, вероятно, никогда не получил бы такого охвата. Еще одно важное решение было принято в октябре прошлого года. Верховный суд запретил "Зеркалу недели" называть по имени подозреваемого по уголовному делу. Теперь, как пишет киевское издание, адвокат и бывший прокурор Дмитрий Борзых также добивается запрета на публикацию его имени как подозреваемого — до вступления обвинительного приговора в законную силу. "Такой подход в корне противоречит европейским стандартам, — говорит Ведерникова. — Разумеется, журналист не вправе объявлять человека виновным до решения суда. Но информировать общественность о том, что власти официально присвоили определенному человеку статус подозреваемого, — это совершенно другое". Ограничить возможности журналистов может и парламент. В апреле Верховная рада одобрила в первом чтении проект нового Гражданского кодекса. Он предусматривает, что граждане смогут требовать удаления информации из поисковых систем и баз данных, если она "больше не представляет общественного интереса". Кроме того, компаниям предлагается предоставить право на "цифровой образ", использование которого потребует их согласия. В таком случае информация, которую журналисты когда-либо собрали, например при расследовании коррупционного дела, со временем должна будет полностью исчезнуть из интернета. После общественных протестов проект отправили на доработку. Дата окончательного голосования пока не назначена. О том, насколько долго могут ощущаться последствия подобных разбирательств, свидетельствует дело Андрея Портнова. Бывший соратник пророссийского президента Виктора Януковича, которому приписывали значительное влияние на судебную систему, в 2023 и 2024 годах подал иски о защите чести и достоинства против телекомпании Hromadske и главного редактора издания Kyiv Independent. Суды нижестоящих инстанций встали на его сторону. Верховный суд отклонил иски лишь в мае 2026 года. К тому моменту самого Портнова уже год не было в живых: в мае 2025 года его застрелили в Мадриде. Зеленский даже забыл английский: его ошеломил американский план по Украине Угрозы со стороны военных Те, кто пишет о проблемах в армии, сталкиваются с другим видом давления — прямыми угрозами, на которые следственные органы зачастую почти не реагируют. В феврале издание Kyiv Independent и бразильский телеканал SBT опубликовали расследование о предполагаемых издевательствах и пытках в одном из бразильских подразделений Международного легиона. Утверждалось, что они могли привести к гибели одного из новобранцев. После публикации командир подразделения обвинил журналистов в получении денег из России и заявил, что их "установят" и "найдут". В марте главное управление разведки минобороны Украины, которому подчиняется подразделение, объявило о начале проверки. В июне новостной портал "Бабель" сообщил о крупных потерях, недостаточной помощи раненым, принуждении и насилии в штурмовом полку "Скала". После этого один из военнослужащих подразделения заявил в видеообращении, что автор материала работает на российские деньги, а подобные публикации "не останутся безнаказанными". Пресс-служба "Скалы" назвала эту угрозу неприемлемой. Главный редактор портала "Бабель" Катерина Коберник утверждает, что в редакции опасаются не столько руководства полка, сколько "мести и непредсказуемого поведения отдельных людей". По ее словам, полиция и государственное бюро расследований поначалу никак не отреагировали. Лишь позднее ГБР возбудило дело. "Власти работают очень медленно и довольно непрофессионально", — заявила Коберник. В июле украинские правоохранительные органы провели обыски у производителя беспилотников Vyriy Industries, сооснователю которого — Алексею Бабенко — принадлежит 75% "Бабеля". Некоторые наблюдатели расценили это как давление на редакцию, однако Бабенко это отрицает. Коберник подчеркивает, что редакция не зависит от Бабенко. При этом она допускает, что публикации "Бабеля" могли стать поводом для обысков на предприятии Vyriy Industries. Особенно пострадала независимый военный корреспондент Анна Калюжная. По ее словам, в 2024 году она получала угрозы убийства от командира батальона 3-го штурмового корпуса после того, как обвинила руководство бригады в использовании политического влияния ради получения более выгодных условий при выполнении боевых задач. По словам Калюжной, расследование практически не продвигается. "Они не допросили ни одного из этих людей и не назначили никаких экспертиз, — говорит она. — Обвинения никому не предъявлены". После критической публикации о "Скале" и 225-м отдельном штурмовом полку в марте она получила около 150 оскорбительных сообщений и угроз от военнослужащих. В июле издание Texty опубликовало ее расследование о 225-м полке. В нем говорилось об избиениях, стрельбе по военнослужащим, незаконном лишении свободы и даже убийствах солдат. Скрытые рычаги давления У украинских властей есть и менее заметные инструменты давления. Один из них — мобилизация. Многие СМИ, в том числе независимые, имеют присваиваемый правительством статус "критически важных агентств". Благодаря ему их сотрудники могут получить отсрочку от военной службы. Пока ни одно независимое СМИ этого статуса не лишилось. Однако опасения, что такой механизм может превратиться в средство давления, сохраняются. Исполнительный директор "Украинской правды" Андрей Боборыкин рассказывает, что провластные Telegram-каналы, блогеры и боты все чаще обращают внимание на наличие у издания такого статуса. По его словам, это было "совершенно предсказуемо". Прецедент уже создан. В 2024 году сотрудники территориального центра комплектования попытались мобилизовать Евгения Шульгата, который в то время работал журналистом Slidstwo.info. В тот момент он расследовал происхождение имущества высокопоставленного сотрудника СБУ. По данным редакции, указание сотрудникам военкомата поступило от подчиненного именно этого офицера. Ситуацию усугубляет молчание на самом верху. Зеленский не дает интервью независимым украинским СМИ. Его последняя крупная пресс-конференция состоялась в феврале 2025 года. Вместо этого глава государства рассылает журналистам голосовые сообщения через группу в WhatsApp и приглашает их на закрытые брифинги. После таких встреч его команда определяет, какие цитаты можно публиковать. По словам двух опытных журналистов, опрошенных Kyiv Independent, Зеленский стремится избежать вопросов о коррупции, внутриполитических кризисах и реформах. Экс-разведчик вывел ЦРУ на чистую воду: США ведут тайную игру против России В августе журналист Даниил Мокрик попытался подать петицию с призывом к Зеленскому провести открытую пресс-конференцию. По неясным причинам ее не опубликовали. Такая же судьба постигла еще несколько аналогичных обращений. В итоге одну из последующих петиций все же зарегистрировали, и к концу сентября она набрала необходимые 25 тысяч подписей. Зеленский должен был ответить на нее в течение 10 рабочих дней, однако ответа не последовало. "Руководство страны пытается создать обстановку, в которой перед критически настроенными журналистами закрываются двери", — говорит Максим Савчук. Заместитель главного редактора "Украинской правды" Евгений Будерацкий рассказывает, что представители власти регулярно объясняют отказ от общения с изданием запретом со стороны Офиса президента. "Трудно говорить о реальном прогрессе в области свободы слова", — отмечает он. Telegram, финансовые проблемы и ясновидящая Еще одна линия противостояния проходит в Telegram, который остается одним из основных источников новостей для украинцев. Там регулярно проводятся кампании травли журналистов и активистов. Предполагается, что некоторые каналы связаны с представителями власти. "Telegram-каналы охватывают огромную аудиторию и могут говорить практически все что угодно, — говорит Екатерина Дьячук. — Они получают деньги за заказные публикации и при этом фактически ни за что не несут ответственности". Есть и финансовые проблемы. В 2025 году администрация президента США Дональда Трампа прекратила финансирование большей части проектов Агентства США по международному развитию, которое до этого было одним из основных источников средств для многих независимых украинских СМИ. К настоящему времени редакции переориентировались на европейские программы поддержки и другие источники финансирования. Рекламный рынок также сократился из-за конфликта, а рекламодатели сталкиваются с политическим давлением. Главный редактор "Украинской правды" Севгиль Мусаева в 2024 году заявляла, что Офис президента оказывает давление на рекламодателей, требуя прекратить сотрудничество с газетой. В июне 2026 года она сообщила, что давление прекратилось после отставки главы Офиса президента Андрея Ермака в ноябре 2025 года. После ухода Ермака стала известна одна из самых необычных деталей этой истории. Во время судебного заседания по вопросу об избрании меры пресечения прокуратура сообщила, что Ермак передал своей ясновидящей имена Мусаевой и еще одного сотрудника "Украинской правды". Как утверждалось, он хотел, чтобы она наложила на них проклятие. Никто не отрицает, что украинские СМИ, несмотря на все трудности, сохраняют устойчивость. Однако Мусаева видит опасную тенденцию: "Давление на СМИ усиливается, и самое страшное, что оно становится нормой. Эти угрозы уже перестают воспринимать всерьез, потому что они, по сути, присутствуют постоянно". * Внесена в реестр нежелательных организаций в России.