"Лицо Мар-а-Лаго" на первый взгляд выглядит как череда неудачных операций. А вдруг так и задумано? ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Должность посла США по особым поручениям — для мониторинга и противодействия торговле людьми — была титулом не видным, но почетным. Так было до прошлой недели, когда на это место взяли пожилую филантропа из Лос-Анджелеса Барбару Торнхилл, в прошлом руководителя в сфере дизайна интерьеров — и соцсети потеряли голову. Фото Торнхилл, выложенное в Xодним из бюрократов Госдепа вместе с заявлением о ее вступлении в должность, набрало более 20 миллионов просмотров. А в Instagram* Каллиста Гингрич, жена Ньюта Гингрича и посол США в Швейцарии, опубликовала завирусившееся фото себя и Торнхилл — обе в одинаковых юбочных костюмах василькового цвета. Но переполох вызвало не имя, биография или резюме Торнхилл, а ее лицо. "Изуродованное" или "инопланетное" — писали в комментариях, за которыми тут же последовали мемы, ИИ-видео и контент в духе Хэллоуина с Торнхилл, Гингрич и другими женщинами из окружения Трампа вроде Сьюзан Делл, филантропа и жены основателя Dell Technologies Майкла Делла. За неделю до этого ее вид во время визита в Белый дом вызвал похожую волну комментариев. То была очередная критика той эстетики, что в сети окрестили "лицом Мар-а-Лаго": высокие, темные, дугообразные брови; мультяшно раздутые губы; кожа, застывшая и натянутая поверх нескольких шприцов филлера; и едва приоткрытые глаза, будто оттянутые вбок и вверх. Лавров сорвал покровы: вот кто испортил переговоры с США "Республиканцам и впрямь пора выдвигать и показывать больше женщин из нашей партии, которые НЕ делали странной или неудачной пластики, отвлекающей внимание и выставленной на посмешище по всему интернету", — написала вчера в X Меган Маккейн. Со Сьюзан Делл и Каллистой Гингрич мы связаться не смогли, Барбара Торнхилл от комментариев отказалась. Но что, если это вовсе не неудачная операция? "Очень забавно, особенно когда принадлежишь разным политическим партиям, — нацелить на них критическое оружие сказать изречь: „Боже, до чего скверная пластика“, — говорит доктор Терри Дюброу, пластический хирург и телеведущий, знакомый зрителю по реалити-шоу вроде The Swan (скандальное американское реалити-шоу, которое строилось на концепции экстремального физического преображения женщин, — прим. ИноСМИ) и Botched (американская телепередача о пластической хирургии, — прим. ИноСМИ). — Но она не скверная. С технической стороны она необычайно удачная... Пластика выполнена на редкость хорошо". Дюброу — калифорнийская знаменитость с частной практикой в Беверли-Хиллз, его жена Хизер Дюброу снимается в "Настоящих домохозяйках округа Ориндж"; по его словам, такая нарочитая эстетика — наивысший знак статуса в определенных "восточнобережных" кругах. "Я весьма успешен, как и все подле меня. Мы все доводим до крайности. Мы непомерно богаты и могущественны, — говорит он, подражая умонастроению клиентов, заказывающих такой облик. — Уж если делаю подтяжку лица — дряблости мне не надо. Если делаю подтяжку бровей, то хочу именно ее; хочу, чтобы брови были подняты. Если делаю подтяжку верхнего века — забирайте хоть всю кожу". "Голливуд, — говорит он, — это скорее про сохранение и утонченность, расслабленное улучшение, освежающее настроение". Надо признать, трудно вообразить мир, в котором пластические тренды Лос-Анджелеса, где каньон Руньон переполнен девушками с приделанными искусственными грудями, омоложенной кожей, огромными губами и одинаковыми готовыми комплектами спортивной и повседневной одежды от бренда Alo, считаются более натуральными и сдержанными, чем вашингтонские. Когда я звоню Мелинде Анне Фарине, консультанту по подтяжке лица для сливок общества, более известной как "Красивый брокер", чтобы спросить о последней интернет-одержимости, энтузиазма она выказывает мало. В сущности, ей ненавистен сам посыл моей статьи. "Я вижу людей, которые выглядят идиотами, во всех без исключения политических партиях, — говорит она. — Плохая пластика встречается по всему политическому спектру". У Фарины, упорно называющей себя аполитичной (она сказала, что вообще не голосует, а Эрика Трампа знает лишь потому, что тот помог ее тяжело больному племяннику попасть в нужную больницу и к нужному врачу), не хочет видеть, как косметические процедуры превращают в кровавую партизанскую забаву. "Это глупо. И статья глупая. Так что я бы сказала: просто выбросьте ее". Фарина, работающая в Нью-Йорке, берет примерно 750 долларов за часовую консультацию, по данным The New York Times, во время которой помогает клиентам найти хирургов, лучше всего подходящих их типу лица и желаемым результатам. Ее собственная эстетическая философия максимально далека от философии мемов о "лице Мар-а-Лаго". Она хочет, чтобы ее клиенты выглядели свежими, помолодевшими и, прежде всего, узнаваемыми. "Мы консультация без филлеров, — говорит она. — Филлеры у нас под запретом". Если клиент явится с просьбой о подчеркнуто раздутом лице, она укажет ему на дверь и выставит вон. 46-летняя Фарина сейчас снимает собственную историю подтяжки лица — с тремя отдельными хирургами — шоу для Disneyи своего Substack. "Я твердо знала, кого желаю видеть в той операционной, и хотела, чтобы за делом следили три разных пары глаз", — говорит она. В прошлом она была ассистенткой стоматолога и отдала индустрии здравоохранения 30 лет жизни (впервые в операционную ее пригласили "друзья семьи" для "наблюдения за процессом", когда ей было 13). Но большинство людей, по ее словам, не имеют доступа к такого рода знаниям, прежде чем угодить под нож. Вместо этого они вслепую следуют за инфлюенсерами, которые называют себя экспертами, а на самом деле они не лучше "какого-то дурака во Флориде, который раньше писал про помаду в NewBeauty. Как глупо, — говорит Фарина, содрогаясь. — Иногда мне просто нужно отложить телефон, глубоко вздохнуть и сосредоточиться на том, что я делаю, и следить за тем, чтобы мои клиенты выглядели красиво". Риски подхода "чем больше, тем лучше" отнюдь не только эстетические. Чем яростнее хирург натягивает и подтягивает, тем выше шанс осложнений: повреждение нервов, рубцы, выпадение волос. По словам Дюброу, именно поэтому он и отказывает пациентам, приходящим ради "лица Мар-а-Лаго". "К тому же мне действительно претит эта эстетика", — говорит он. Дюброу полагает, что новейшая волна онлайн-насмешек может иметь последствия помимо пары уязвленных самолюбий. "Имеющие место социальные суждения изменят эстетику прямо на наших глазах — очень быстро, — предсказывает он. — Думаю, это явление — нарочито подчеркнутый, бросающийся в глаза вид — быстро перестанет быть таковым". В конце концов, женщины, оказавшиеся в центре этих мемов, — реальные, живые, дышащие люди, а не просто ИИ-боты. "Они читают эти статьи. Они все видят. Жизнь с соцсетях лишает защиты", — говорит Дюброу. У Фарины есть более простой совет для миллионов критиков пластической хирургии, которые подробно изучают лица женщин, которых никогда не встречали. "Все только и делают, что суют нос в чужие дела, — говорит она. — Каждому следует сосредоточиться на своем лице. Главное лицо, о котором вам следует беспокоиться и тревожиться, — ваше собственное". *принадлежит компании Meta, чья деятельность запрещена в России как экстремистская