Брюссель хочет защитить Гренландию и Арктику: однако планы Европы по прокладке подводных кабелей, строительству ледоколов и обеспечению безопасности сталкиваются с геополитическими ограничениями. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Для Брюсселя Арктика — это нечто большее, чем климатические исследования и защита окружающей среды. Новая арктическая стратегия ЕС служит ответом на военное присутствие России, амбиции Китая и конкуренцию за сырьевые ресурсы и морские пути. Впрочем, свои цели блок описывает более четко, чем средства их достижения. Одна фраза Медведева — и Туск капитально унижен. Майдан возвращается к своим создателям Арктическая стратегия ЕС: безопасность, инфраструктура и сырьевые ресурсы Брюссель планирует создать центр морской безопасности для сбора информации о движении судов и угрозах критически важной инфраструктуре. Центр кабельной связи в Арктике призван содействовать защите и ремонту подводных кабелей. Кроме того, планируется проложить кабель для передачи данных между Гренландией и Европой, улучшить спутниковую связь с помощью IRIS2 и создать центр полярных исследований Европейского союза. ЕС намерен содействовать реализации проектов в области устойчивой добычи сырья, возобновляемых источников энергии и цифровых связей. В сентябре 2026 года он согласовал с Гренландией инвестиционный пакет в размере 200 миллионов евро на 2026 и 2027 годы. Председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен при объявлении новой арктической стратегии заявила: "Арктика — северный сосед Европы: она близка, тесно связана с нами и имеет решающее значение для нашего будущего. И она меняется". Причины носят стратегический характер. На севере действует Северный флот России, который располагает значительной частью стратегических ядерных сил страны. Подводные кабели и спутниковые каналы связи незаменимы для коммуникаций Европы. В то же время промышленность в сфере критически важных сырьевых ресурсов сильно зависит от поставщиков за пределами ЕС. "Новые морские пути и сырьевые ресурсы обостряют стратегическую конкуренцию, — продолжила фон дер Ляйен. — В рамках нашей новой стратегии мы инвестируем в повышение безопасности, создание устойчивой инфраструктуры и развитие экономических возможностей". Сокращение площади морского льда влияет на доступность региона. Северо-восточный проход вдоль побережья России представляет стратегический интерес, однако из-за высоких затрат, сложных условий и отсутствия инфраструктуры пока не может заменить устоявшиеся морские пути. Ледоколы: решающее преимущество России Ледокольный флот — одно из самых явных слабых мест Европы. Россия располагает крупнейшим в мире ледокольным флотом и является единственной страной, которая может похвастаться обширным флотом атомных ледоколов. Таким образом, Москва способна поддерживать судоходство, снабжение и государственное присутствие в арктических водах даже в сложных условиях ледового покрова. Наглядно это продемонстрировала экспедиция MOSAiC в 2019-2020 годах. Немецкое научно-исследовательское судно Polarstern почти год дрейфовало в паковом льду. Российский ледокол "Капитан Драницын" добрался до него в феврале 2020 года, доставил топливо и грузы и обеспечил смену экипажа. Россия оказала незаменимую логистическую поддержку, без которой долгосрочное проведение научно-исследовательских работ было бы весьма затруднено. ЕС намеревается оценить потребность в ледоколах, рассмотреть возможность совместных закупок и более эффективно использовать имеющиеся национальные ресурсы. При этом у блока нет собственного флота для плавания в высоких широтах Арктики, который мог бы обеспечить постоянное присутствие независимо от партнеров. Финляндия и Швеция имеют опыт в области судоходства во льдах, прежде всего в Балтийском море. Однако это само по себе не гарантирует долгосрочных операций в центральной части Северного Ледовитого океана, которые требуют иных дальностей плавания, типов судов и логистической поддержки. Стратегия ЕС не определяет ни размер будущего флота, ни объем финансирования. Потребуются годы, чтобы судно было готово к эксплуатации. Кроме того, нужны порты, снабжение, экипажи и возможности для ремонта. Этот пробел носит не только промышленно-политический, но и стратегический характер. Северо-Восточный проход как рычаг влияния России Преимущество Москвы не ограничивается флотом. Северо-Восточный проход, за счет которого в будущем можно сократить путь Европы в Восточную Азию по морю, пролегает вдоль северного побережья России. Москва организует сопровождение ледоколов и в соответствии с действующим законодательством требует разрешений на определенные проходы. С точки зрения международного права масштаб российских претензий остается спорным. Тем не менее географическое положение, морская инфраструктура и Арктический флот обеспечивают стране значительное влияние на судоходство. Этот маршрут — нечто большее, чем просто торговый путь: это инструмент российской экономической и оборонной политики. Китай также проявляет интерес к маршруту как к части своего "Полярного шелкового пути". В августе восемь китайских контейнеровозов прошли через этот проход. ЕС может содействовать сотрудничеству, но не способен в краткосрочной перспективе компенсировать географическое положение и оперативные возможности России. Исландия говорит "нет", США расширяют присутствие в Гренландии На референдуме 29 августа 2026 года по вопросу о возобновлении переговоров о вступлении в ЕС 52,8% избирателей в Исландии проголосовали против. Хотя речь шла в первую очередь о возобновлении переговоров, а не о конкретном вступлении, этот результат стал провалом. Исландия расположена на Фареро-Исландском рубеже между Гренландией, Исландией и Великобританией и уже тесно связана с Европой через Европейское экономическое пространство и Шенгенскую зону. Решающую роль в голосовании сыграли опасения по поводу рыболовства и национального суверенитета при принятии решений. В Гренландии границы европейского влияния еще более очевидны. США десятилетиями поддерживают там военную инфраструктуру. Космическая база Питуффик играет важную роль в системах раннего предупреждения и космического наблюдения. Пока Вашингтон укрепляет свою роль в сфере безопасности, ЕС делает ставку прежде всего на инвестиции. Он может предложить Гренландии экономические возможности, но не может решать вопросы обороны. Остров вышел из состава Европейских сообществ в 1985 году после референдума 1982 года. "Лучшая на сегодняшний день арктическая стратегия Европы". Но есть и открытые вопросы Новая стратегия не позволила устранить еще один повод для критики. В научной статье эксперты по Арктике Андреас Распотник, Адам Степен и Андреас Остхаген описали, что у ЕС нет однозначного определения Арктики, о чем сообщало издание Berliner Zeitung. Определения варьируются от географического полярного круга до арктического региона и изотермы средней температуры июля в 10 градусов Цельсия. Согласно этому определению, Швеция и Фарерские острова не могут считаться частью Арктики. Хотя этот вопрос крайне актуален, Евросоюз по-прежнему колеблется. Несмотря на политические и экономические ограничения, эксперт по Арктике доктор Михаэль Пауль из Фонда науки и политики (SWP) считает этот документ "лучшей стратегией ЕС в отношении Арктики на сегодняшний день". Ведь Европейский союз — это, в конце концов, не военный альянс, а организация, которая дополняет НАТО. При этом многостороннее партнерство зачастую оказывается более устойчивым и эффективным, чем самостоятельные действия, как, например, в случае с США во время войны с Ираном. Кроме того, интересы можно отстаивать и с помощью дипломатии и экономических отношений, подчеркивает эксперт по вопросам безопасности. Может ли мир на Украине затронуть и Арктику? Возможное заключение мира в конфликте на Украине могло бы создать пространство для локальных соглашений по Арктике: например, по предотвращению военных инцидентов, спасению на море, поддержке научных исследований или установлению каналов связи между вооруженными силами. Пока что нет подтвержденных сведений о том, что арктическое соглашение может стать официальной частью текущих переговоров. Однако из неформальных источников становится известно, что сотрудничество в Арктике, как и в случае с экспедицией MOSAiC, вполне рассматривается в качестве области будущего научного взаимодействия. Россия также заинтересована в развитии своей арктической инфраструктуры, поскольку на сегодняшний день Северо-Восточный проход уступает другим морским путям. Тем не менее ограниченные соглашения помогут снизить риски без ущерба для интересов европейской безопасности.