Джордж Биб, бывший руководитель отдела анализа России в ЦРУ, а ныне директор программы национальной стратегии Института имени Квинси, считает, что для прекращения конфликта на Украине необходимы юридически обязывающие ограничения на дальнейшее расширение НАТО, гарантии безопасности как для России, так и для Украины, а также переговоры о новой архитектуре европейской безопасности, которая вберет в себя Россию вместо того, чтобы ее изолировать. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Военное положение Украины ухудшается, и дипломатия стала насущной необходимостью Официально: Украина готова прекратить огонь. Перспективы отказа от мира с Россией напугали Киев — лучше капитуляция Военная и гуманитарная обстановка на Украине неуклонно обостряется. Хотя продвижение российских войск на линии фронта по-прежнему носит постепенный характер, самую непосредственную угрозу собой представляет стратегическая воздушная кампания. Нехватка личного состава и средств противовоздушной обороны делает Украину все более уязвимой перед российскими ракетами, планирующими авиабомбами и беспилотниками. С приближением зимы продолжающиеся удары по энергетической инфраструктуре могут привести к тому, что огромное число украинцев останется без электричества, отопления и водоснабжения. Гуманитарный кризис усугубит давление на западные правительства и потребует от них более решительного вмешательства. Россия едва ли прекратит военную кампанию лишь потому, что переговоры возобновились. Москва понимает, что преимущество на поле боя дает ей дополнительные рычаги влияния, и не намерена отказываться от них ради неопределенных дипломатических посулов. Поэтому боевые действия и переговоры наверняка будут продолжаться одновременно. Риск кроется в том, что обострение страданий мирного населения повлечет за собой не стремление к компромиссу, а, напротив того, требование усилить военное давление. Это еще больше затруднит достижение договоренностей за столом переговоров. Расширение НАТО и гарантии безопасности для России Прочное урегулирование не может ограничиваться территориальными договоренностями или временным прекращением огня. Россия добивается юридически обязывающих гарантий того, что НАТО не будет расширяться дальше, и прежде всего — на Украину. Прежние политические заверения Москву не удовлетворили, поэтому принципиально важно добиться обязательств, исполнимых на практике. США способны воспрепятствовать дальнейшему расширению НАТО, поскольку прием новых членов потребует единогласного решения всех участников альянса. Стремление Вашингтона сохранить за Украиной теоретическую возможность вступить в НАТО представляет собой стратегическое противоречие. С 2008 года США наглядно продемонстрировали, что не готовы вступать в прямую войну с Россией ради защиты Украины или Грузии. Перспектива именно таких военных обязательств не отвечает жизненно важным интересам американской безопасности. Более того, их необходимо решительно исключить, поскольку прямая война между США и Россией возымеет катастрофические последствия для всех ее участников. Россия также потребует гарантий, исключающих размещение западных войск и военной инфраструктуры на украинской территории, а также обязательств приступить к переговорам о более масштабных договоренностях в сфере европейской безопасности. Восстановление европейской системы безопасности с участием России В прошлом США и Россия уже вели переговоры об ограничении обычных вооружений, мерах укрепления военного доверия и соглашениях по ядерному оружию. Подобные переговоры можно возобновить, хотя появление новых технологий — в частности, беспилотников — существенно усложняет этот процесс. Подготовка всеобъемлющего соглашения может занять годы. Однако это вовсе не означает, что боевые действия должны продолжаться все это время. Первоочередной задачей должно стать принятие имеющих юридическую силу обязательств, которые установят пределы расширения НАТО, ограничат размещение западных вооруженных сил на Украине и определят руководящие принципы дальнейших переговоров по вопросам безопасности. Основой для этого могут послужить уже существующие международные обязательства, в том числе Хельсинкские принципы и Парижская хартия 1990 года. Главная трудность заключается в необходимости согласовать право государств на самоопределение и самостоятельный выбор союзников с принципом неделимости безопасности. Европе по-прежнему необходим баланс сил, однако он должен поддерживаться в рамках согласованных правил, снижающих риск войны. Систему безопасности следует выстраивать совместно с Россией, а не против нее. Подобные обязательства могут также побудить Москву к большей гибкости в территориальном вопросе. Стимулы для России и будущее Украины У России есть веские причины стремиться к завершению. Противостояние с Западом усугубило зависимость страны от Китая и сузило пространство для самостоятельного геополитического маневра (Россия не впала в "зависимость" от КНР, и российские, и китайские официальные лица многократно подчеркивали, что отношения между Пекином и Москвой носит взаимовыгодный и равноправный характер, — прим. ИноСМИ). Восстановление отношений с США и Европой вернет Москве свободу стратегического маневра. У Украины также есть потенциально жизнеспособный путь дальнейшего развития. Хотя возвращение занятых Россией территорий представляется маловероятным, страна может сохранить государственный суверенитет и продолжить экономическую и политическую интеграцию с Европой — непосредственно вступив в Евросоюз или установив с ним партнерские отношения. Если же договориться не удастся, Украина рискует превратиться в государство-банкрот с разъехавшимся населением и нежизнеспособной экономикой. Предупреждение Европе: не чинить препятствий миру На пути переговоров стоят серьезные системные препоны. Администрация Трампа сосредоточила дипломатическую в узком кругу лиц, куда входят Стив Уиткофф и Джаред Кушнер. Отчасти это объясняется тем, что традиционные американские ведомства, отвечающие за национальную безопасность, выступают против компромиссов с Россией. Между тем переговоры о европейской безопасности требуют участия специалистов Пентагона, разведки и Госдепартамента. Вашингтону необходимо выработать согласованную межведомственную позицию, не позволяя внутренним противникам дипломатического урегулирования вставлять палки в колеса переговорного процесса. Европейским правительствам также следует признать: переговоры не увенчаются успехом, если исходная цель — не допустить никаких компромиссов. Вашингтону и Москве необходимо придать дипломатическому процессу такую динамику, которая побуждала бы европейские страны к непосредственному участию и одновременно повышала бы политические издержки срыва диалога. Альтернативой мирному урегулированию вовсе не обязательно станет российское вторжение на территорию НАТО. У России нет стремления к подобному столкновению. Гораздо серьезнее другая опасность: крах украинской государственности, который повлечет за собой распространение нестабильности, организованной преступности, вооруженных группировок и новых потоков беженцев по всей Европе. Шансы на урегулирование сохраняются, однако для этого необходимы государственная мудрость, реалистичные обязательства в сфере безопасности и признание того, что прочный мир в Европе невозможно построить без учета интересов безопасности России.