Для "смены эпох" в Германии нужны не только миллиарды евро, но и такие сырьевые материалы, как германий. Почти весь объем ценного ресурса поступает из Китая, и теперь это вызывает серьезную тревогу во всей оборонной промышленности. Ведь там прекрасно знают, на чьей стороне Си Цзиньпин. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Безопасность Европы зависит не только от тяжелых танков, беспилотников или боевых самолетов. Она зависит и от вещей куда менее заметных. Например, от этого серебристого полуметалла, который выглядит так, словно попал к нам из другого мира. Россия готовит массированную атаку — МО отдало приказ. 90% энергетики на Украине уже сгорело Между тем сырье с атомным номером 32 имеет вполне земное происхождение: германий получают как побочный продукт при производстве цинка. И применяется он в столь же земной современной электронной промышленности: в оптоволоконных кабелях, инфракрасных приборах и полупроводниках. Особенно важным этот материал сейчас делает другое обстоятельство: он крайне необходим и военным. Германий часто используется в тепловизорах, приборах ночного видения и радиолокационной технике. Без него экипажам танков было бы трудно находить цели ночью. Без него было бы сложно защищать Украину от ударов с помощью систем противовоздушной обороны. Тот факт, что этот востребованный химический элемент в 1886 году открыл во Фрайберге в Саксонии немецкий химик Клеменс Винклер и что он получил название "германий", сегодня звучит почти как шутка. Ведь, по оценкам, около 70% производимого в мире германия сейчас поставляет Китай. Речь идет о крайне опасном доминировании на рынке, которое формировалось много лет. И теперь эта тенденция стала серьезной проблемой для оборонной промышленности ФРГ. Впрочем, не только для нее. После пандемии закупщики редкоземов внезапно превратились в антикризисных менеджеров Зависимость проявилась в особенно критический момент. Из-за конфликта на Украине европейские страны в этом году тратят на вооружения больше средств, чем когда-либо прежде. В 2026 году расходы должны превысить 450 миллиардов евро. План Еврокомиссии ReArm Europe предусматривает дополнительные инвестиции в размере 800 миллиардов евро до 2030 года. Однако возникает закономерный вопрос: откуда в ближайшие годы брать сырье, необходимое для производства такого количества вооружений? Пока поставки критически важных сырьевых материалов не обеспечены, промышленность остается "уязвимой перед геополитическими рисками и перебоями с поставками", говорит Вольфганг Бернхарт из консалтинговой компании Roland Berger. Несколько недель назад компания опубликовала исследование, которое встревожило отрасль. Консультанты подробно изучили положение дел в авиационной и оборонной промышленности. Их диагноз: чрезвычайно высокая зависимость от Китая. Это касается легкого и очень прочного титана. То же самое относится к так называемым редкоземельным элементам. Они входят в число наиболее критически важных видов сырья и необходимы для производства компонентов, используемых в беспилотниках и самолетах. Практически везде ситуация выглядит неблагоприятно. Только Китай сегодня контролирует 90% мировых мощностей по переработке редкоземельных элементов. Если Пекин внезапно прекратит поставлять германий и многие другие виды сырья, обороноспособность всей Европы, вероятно, окажется весьма ограниченной. Именно поэтому в компании Hensoldt уже принимают меры предосторожности. Никто не знает, что может произойти дальше. В цехе оружейного завода, расположенном всего в нескольких трамвайных остановках от центрального вокзала Ульма, за закусочными с донерами и автозаправками, завинчивают винты, стучат молотками и паяют. Здесь работают 3 тысячи человек. В цехах стоят рабочие столы и ящики с инструментами, но нет огромных роботизированных манипуляторов. Там, где по крупицам создается оборона Европы, все по-прежнему делается руками. С первого взгляда невозможно понять, что происходящее в цехах Hensoldt связано с вопросами жизни и смерти. Печатные платы, которые здесь оснащают компонентами, с их микрочипами и разноцветными тонкими проводами выглядят примерно так же, как детали холодильников, посудомоечных машин или электромобилей. Однако эти специальные платы предназначены не для телевизоров в гостиных, а для современных средств радиоэлектронной борьбы. Они используются в военных радиолокационных станциях и системах противоракетной обороны, которые сейчас поставляются на Украину. В том числе речь идет о радарах для наземного комплекса противовоздушной обороны IRIS-T компании Diehl Defence. Hensoldt входит в число крупнейших оборонных компаний Германии. Годовой оборот концерна составляет около 2,5 миллиарда евро. Ему необходимо множество материалов, которые сегодня относятся к категории "критически важных": редкоземельные элементы, специальные полупроводники, а иногда и небольшие серебристые кусочки германия. Руководители часто приукрашивают положение дел. Однако здесь приукрашивать нечего Один из тех, кто должен обеспечивать постоянное наличие всего необходимого, — руководитель закупок концерна Hensoldt Йохен Пфистер. "Вопрос сырья и цепочек поставок крайне серьезно нас беспокоит", — говорит 51-летний Пфистер. Он сидит в переговорной комнате на территории предприятия Hensoldt. За стеной стучат молотки и работают паяльники. Уже по выражениям, которые выбирает Пфистер, понятно, насколько серьезной он считает ситуацию. Руководители компаний порой склонны приукрашивать положение дел — и для себя, и для окружающих. Однако Пфистер этого не делает. "Главный вопрос, — говорит он, — заключается в том, как Китай будет вести себя в ближайшие годы". Разумеется, этого никто точно не знает. Не знает и руководитель отдела закупок немецкой оборонной компании. Однако Пфистер хочет подготовиться к ситуации, при которой "в один прекрасный день из Китая вообще ничего больше не поступит". Тогда, по его словам, "вполне может случиться так, что нам в Европе придется решать: следует ли резервировать оставшееся в небольших количествах сырье для оборонной промышленности, вместо того чтобы направлять его автомобильной или энергетической отраслям?" Пфистер становится очень серьезным. "Но я надеюсь, что до этого не дойдет", — добавляет он. Цепочки поставок устроены сложно. Речь идет обо всем пути товара: от сырья через различные этапы производства до конечного продукта. Одни поставщики снабжают других, те, в свою очередь, поставляют продукцию следующим компаниям. Так продолжается до тех пор, пока какая-нибудь фирма, например, Hensoldt не соберет из всех полученных компонентов готовую радиолокационную станцию. За последние годы такие люди, как Пфистер, которых раньше называли просто закупщиками, превратились в антикризисных менеджеров. Теперь им приходится ежедневно проверять свои цепочки поставок. Они неожиданно для себя начали интересоваться геополитикой и часами изучать международные сырьевые рынки. Сам термин "цепочки поставок" не случайно вошел в широкое употребление именно тогда, когда эти цепочки впервые начали давать сбои. Раньше, рассказывает Пфистер, компании смотрели только на своих непосредственных поставщиков, то есть на первое звено цепи. О "поставщиках поставщиков", по его словам, "вообще никто не задумывался". Ведь все работало безупречно. Затем началась пандемия коронавируса, и ситуация осложнилась. Сырье внезапно перестало поступать, потому что грузовые суда застревали в азиатских портах или в Суэцком канале. А в Европе неожиданно останавливались заводские конвейеры. Поставщики второго, третьего и четвертого уровня приобрели большое значение, и компании начали присматриваться к ним гораздо внимательнее. Увиденное зачастую не внушало спокойствия. Каждая цепочка поставок в конечном счете приводила к своему истоку. И очень часто в ее начале оказывался Китай. Пфистер положил перед собой на стол желтую папку. В ближайшие полтора часа ему даже не придется ее открывать: самые важные цифры он и так помнит наизусть. Например, 15 тысяч. Столько различных материалов ежегодно требуется заводу Hensoldt для производства специальных печатных плат, радиолокационных станций для систем ПВО и перископов для подводных лодок. "Это может быть винт стоимостью несколько центов, а может быть и дорогой полупроводник", — говорит Пфистер. Еще одна цифра — 900 тысяч. Столько полупроводниковых чипов Hensoldt намерена в ближайшие годы закупить у германо-французской компании United Monolithic Semiconductors (UMS) для производства радаров, чтобы снизить зависимость от поставок из Азии. Для оборонной отрасли "крайне важно знать, откуда поступают комплектующие", говорит Пфистер. Эту фразу можно сформулировать и иначе: крайне важно знать, что эти комплектующие поступают не из Китая. Крайне важно, чтобы эти комплектующие больше не поступали из Китая Пфистер постоянно внимательно изучает цепочки поставок. Вместе с сотрудниками он анализирует целые базы данных, пытаясь выяснить, откуда в действительности поступает сырье. Серебристый, почти неземной на вид германий уже некоторое время находился в поле его зрения. Hensoldt использует его, например, при производстве тепловизоров, которые поставляются полиции и бундесверу. Но теперь обнаружилась проблема. "Большая часть материала поступает из Китая", — говорит Пфистер. В подобных случаях специалисты по закупкам вроде него тщательно все просчитывают: сколько материала требуется, сколько он стоит и какие существуют альтернативы. Бельгия, например, сегодня остается одной из немногих стран мира, где германий можно перерабатывать в промышленных масштабах. На рынке она выступает одной из альтернатив Китаю. Литий, в частности, можно получать из Португалии, а крупные месторождения редкоземельных элементов есть также в Норвегии, Финляндии и Швеции. Однако ситуация здесь такая же, как и со многими другими видами сырья. За пределами Китая предложение, как правило, меньше. Иногда определенные материалы подолгу вообще невозможно приобрести, а германий из Бельгии может стоить значительно дороже, чем у китайских поставщиков. Несмотря на это, Пфистер решил в долгосрочной перспективе переориентировать закупки. "Сегодня мы практически ничего не закупаем в Китае, в том числе германий", — говорит он. То обстоятельство, что Китай занимает слишком сильные позиции во множестве цепочек поставок, для многих стало очевидно еще в августе 2023 года. Тогда власти в Пекине ввели экспортный контроль на германий и галлий. Для промышленности это стало тревожным сигналом и весьма неприятным предвестием того, с чем Европа может столкнуться, если Китай решит пойти на более жесткие меры. Компании начали искать альтернативных поставщиков самых разных видов сырья в Европе, Канаде и США, активнее перерабатывать сырье из промышленных отходов и больше рассчитывать на собственные горнодобывающие проекты, например в финском Соткамо. Те, у кого была такая возможность, поспешили создать собственные запасы. Риски огромны. Китай не только поддерживает Владимира Путина в конфликте на Украине. Неизвестно также, решит ли председатель КНР Си Цзиньпин установить силовой контроль над соседним Тайванем и когда это может произойти. И в этой ситуации европейская оборонная промышленность, так или иначе связанная со всеми этими конфликтами, должна зависеть от Пекина как крупнейшего поставщика сырья? По некоторым важным материалам, поступающим из Китая, уже "созданы запасы на четыре года", рассказывал несколько месяцев назад в интервью газете Süddeutsche Zeitung глава дюссельдорфского оборонного концерна Rheinmetall Армин Паппергер. На поставки полупроводников, по его словам, заключены долгосрочные контракты, причем не только с компаниями с Тайваня. "Я делаю все это потому, что сегодня уже не могу на 100% полагаться на прежние цепочки поставок", — говорил руководитель Rheinmetall. Пути избавления от зависимости от Китая ищут не только Йохен Пфистер и Армин Паппергер. Этим занимается и Бернд Шефер, генеральный директор EIT RawMaterials. Автопром и оборонные концерны конкурируют за одно и то же сырье Шефера можно представить современным охотником за сокровищами. Только ищет он не золото и не старинные монеты. Его сокровища называются галлий, германий, титан и кобальт. А еще неодим, празеодим, диспрозий и тербий. Договориться о встрече с ним не так просто: сейчас он много путешествует. Шефер возглавляет поддерживаемое Европейским союзом объединение научно-исследовательских организаций и компаний EIT RawMaterials (Превращение сырьевых материалов в важнейшее направление для Европы). Его задача — расширять добычу и переработку сырья в Европе и, прежде всего, находить новые источники поставок. Причем сырье требуется далеко не только оборонной промышленности. Редкоземельные элементы необходимы также производителям ветрогенераторов и электромобилей. В конечном счете все они конкурируют за одни и те же материалы. "Мы ищем надежные партнерства в Африке и Латинской Америке, а также с Австралией и Канадой", — говорит Шефер во время видеозвонка. Проблема в том, что во многих таких странах китайские компании появились задолго до европейцев. На переговорах на местах они, как правило, могут предложить сразу все необходимое: "финансирование, инфраструктуру, переработку и долгосрочные закупки", объясняет Шефер. По его образному выражению, китайцы приезжают "с большим чемоданом денег". Таким странам, как Германия, в подобных условиях, разумеется, приходится сложнее. Чем больше сырьевых ресурсов обеспечивает себе Китай, тем сильнее становится зависимость Европы. С китайским сырьем ситуация напоминает российский газ. Он тоже долгое время был доступен на рынке в больших объемах и по сравнительно низкой цене. Затем начался конфликт на Украине, и газ внезапно превратился в дефицитный ресурс и инструмент политического давления. С Китаем действует тот же принцип, что и при любой другой зависимости: поставщик прекрасно понимает, что такая промышленная страна, как Германия, не может позволить себе одномоментно отказаться от необходимых ресурсов. Они нужны всей Европе. Без них экономика континента может столкнуться с тяжелыми последствиями. Стоит жаркое июльское утро. Шефер сидит перед камерой компьютера, закатав рукава рубашки. Он говорит прямо. "Мы в Европе долгое время действовали в духе старого рекламного лозунга немецкой сети супермаркетов электроники Saturn „Скупость — это круто“: дешевизна была важнее надежности, — говорит он. — Теперь выясняется, что это было ошибкой". Особенно его беспокоит будущее европейской обороны. "Галлий, германий и кобальт входят в число 12 видов сырья, имеющих критически важное значение для обороны НАТО", — говорит Шефер. Нужны ли огромные специальные фонды, европейские инвестиционные программы в сфере обороны? Здесь он согласен с консультантами Roland Berger. "Одними деньгами ни танков, ни самолетов не построишь", — говорит Шефер. Он любит объяснять текущую экономическую ситуацию с помощью "принципа Lego". Даже самый лучший план сборки бесполезен, "если не хватает ключевых деталей". А без этих ключевых деталей Европа оказывается в весьма сложном положении. По словам Шефера, вопрос поставки сырья "во многих компаниях не получает должного внимания". Он должен стоять "в повестке дня правлений, наблюдательных советов, представителей акционеров, банков и страховых компаний". При этом на бумаге все выглядит предельно ясно. Еще весной 2024 года Европейский союз принял Закон о критически важном сырье — Critical Raw Materials Act (CRMA). Он призван обеспечить страны ЕС стратегически важными сырьевыми ресурсами. Речь идет об аккумуляторах для электромобилей, ветрогенераторах, солнечных панелях — фактически обо всем, что необходимо для энергетического перехода. Литиевые рудники в Европе нужны, но кто захочет жить рядом? Приняв Закон о критически важном сырье (CRMA), Европейский союз поставил перед собой четкие цели. К 2030 году не менее 10% потребности в стратегически важных сырьевых ресурсах должно обеспечиваться за счет собственной добычи в ЕС. 40% сырья должно перерабатываться в Европе, а не менее 25% — поступать за счет вторичной переработки. Кроме того, на одну страну за пределами ЕС должно приходиться не более 65% годового потребления каждого такого вида сырья. Нетрудно догадаться, о какой стране думали в Брюсселе, устанавливая это ограничение: о Китае. После принятия этого плана ЕС Европа работает над снижением зависимости от внешних поставщиков: заключает соглашения о партнерстве в сырьевой сфере и развивает переработку отходов. Однако согласование новых горнодобывающих проектов в Европе по-прежнему может занимать долгие годы. К этому добавляются жесткие экологические требования и опасения за состояние грунтовых вод. В Сербии в 2022 году из-за протестов местных жителей пришлось приостановить проект освоения крупного литиевого рудника британско-австралийского горнодобывающего концерна Rio Tinto. Проект и сегодня вызывает ожесточенные споры. Жители опасаются за свое здоровье, а также возможного загрязнения почвы и грунтовых вод. Европа все-таки не Китай, где подобные проекты можно реализовать гораздо быстрее, независимо от того, хотят этого местные жители или нет. То, что в Европе все устроено иначе, говорит вовсе не против нее. Скорее наоборот. Но именно поэтому избавиться от зависимости от Китая Европе так сложно. Руководитель закупок компании Hensoldt Йохен Пфистер задается вопросом: "Кто захочет, например, чтобы такое производство появилось здесь, на Швабском Альбе?" Можно пересмотреть отношение к подобным проектам. А можно и дальше зависеть от Китая. "Со всеми сопутствующими рисками", — говорит Пфистер. В нескольких зданиях отсюда и сегодня продолжается работа над небольшими печатными платами, интегральными схемами, конденсаторами, диодами и катушками. Над теми самыми небольшими высокотехнологичными компонентами, которые в конечном счете устанавливают в крупные радиолокационные станции или истребители Eurofighter. В цехе № 31 на предприятии Hensoldt в Ульме на стене висит табличка с надписью "Обнаруживать и защищать". Так звучит рекламный лозунг компании оборонной промышленности, выпускающей радиолокационные станции и сенсорные системы. В нескольких метрах от нее висит флаг одного из украинских подразделений ПВО. Это подарок из Киева в знак благодарности за поставленные радиолокационные станции противовоздушной обороны. Без германия производить такие радары было бы крайне сложно. Были времена, когда компания Hensoldt выпускала три таких радара в год. Сегодня их производят уже 25, а вскоре объем планируется увеличить до 45. Та же тенденция наблюдается во всей оборонной промышленности Европы. Производится все больше: танков, военных кораблей, боевых самолетов, боеприпасов. Но чем больше всего этого выпускает Европа, тем больше сырья ей для этого потребуется.