"Избрание политика типа Дональда Трампа главой сверхдержавы многое говорит о кризисе либерального понимания демократии и западной политической культуры вообще. Мы видим не только пренебрежение международным правом и обычными правилами приличия. Примечателен общий стиль политики Трампа, этот непрекращающийся поток самых разных противоречивых, взаимоисключающих, а порой и лживых заявлений", — говорит политолог Оскар Крейчи. Мы говорили, прежде всего, о войне и Европейском союзе. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Parlamentni listy: Третья мировая война. Некоторые комментаторы предсказывают ее, говоря о слиянии конфликтов на Украине и в Иране. Нам следует к ней готовиться? Оскар Крейчи: Слияние конфликтов на Украине и в Иране воспринимается как прямой конфликт двух главных участников, то есть России и Соединенных Штатов Америки. В данный момент это маловероятно, потому что в Москве и Вашингтоне ставят более ограниченные цели, чем некоторые комментаторы. Есть еще проблема с тем, что такое мировая война. Ее определение должно включать не только все континенты, но, главное, участие всех держав мира. Втянуть Китай в войну или перейти от опосредованных войн к непосредственному вооруженному конфликту сверхдержав труднее, чем кажется многим. Разумеется, только тогда, когда превалирует разум. При нынешнем эгоистичном мышлении некоторых лидеров даже хорошо, что с их точки зрения рационально не рисковать собственной жизнью. А вот что вызывает в данный момент опасения, это не мировая война, а распространение хаоса по миру, а точнее конфликтов. Однако нельзя забывать, что, по некоторым подсчетам, даже в период, который назывался Холодной войной, в 125 войнах и вооруженных конфликтах погибли 40 миллионов человек. Правда, тут есть большая разница. В то время двуполярный конфликт Запада и Востока был более предсказуемым, чем хаос сегодня. Это была такая игра с нулевым исходом: выигрыш Востока равнялся потерям Запада и наоборот. Сегодня ведется игра сразу на нескольких связанных шахматных досках одновременно, и потеря на одной может принести приобретение на другой. Но не обязательно. Кроме того, тогда элиты лучше понимали, что такое война. Сегодня элиты, особенно на Западе, все хуже понимают обоснованные опасения других сторон за свою безопасность. Взаимное недоверие блокирует мышление и диалог, исключает заранее некоторые техники внешней политики, особенно дипломатические. В такой атмосфере война, как и несоблюдение базовых норм международного права, становится неотъемлемой частью политики. Следует добавить, что этому восприятию войны как естественного поведения людей на Западе способствует массовая "голливудская" культура. Разница в понимании характера и роли войны между поколениями увеличивается. — В книге "Война" вы описали много аспектов этой "политики иными средствами". Вы, конечно, размышляли, что бы было после ядерной войны. Так что? — Ядерная война тоже может быть разной. Ограниченная, буквально символическая, произвела бы огромный шок, а кроме того, приоткрыла бы двери к тотальной ядерной войне. Вероятно, последнее из доступных подробных описаний такой войны дала американская журналистка Энни Джейкобсен в книге "Ядерная война: сценарий". Основываясь на десятках бесед со специалистами и собственных исследованиях, она пришла к выводу, что при тотальной ядерной войне России с Соединенными Штатами человеческая цивилизация, создававшаяся 12 тысяч лет, обратится в руины примерно за 72 минуты. — Недавно вышла очень интересная книга "Путинская триада". Насколько далеко Российская Федерация продвинулась в развитии ядерной инфраструктуры? Я спрашиваю потому, что не будь конфликта на Украине, наши АЭС строил бы, скорее всего, "Росатом". Вы так не думаете? — Область гражданской ядерной энергетики не моя специализация, но любой, кто хоть немного интересуется международными событиями, несомненно, следит хотя бы издалека за этой проблематикой. "Росатом", бесспорно, — крупнейший поставщик ядерных технологий в мире. Известно, что за границами Российской Федерации он построил более 30 ядерных блоков. Сейчас "Росатом" строит АЭС в Турции и Венгрии, то есть двух членах Североатлантического альянса, а также в Узбекистане, Казахстане, Бангладеш, Индии и Китае. Правда, Китай, который, по-видимому, добивается максимальной энергетической самодостаточности даже в разгар разных международных кризисов, сейчас строит 37 ядерных реакторов, а это больше, чем любое другое государство мира. В России "Росатом" строит шесть реакторов. В Чешской Республике эта тема вернулась в повестку из-за достройки двух блоков на АЭС "Дукованы" корейской компанией KHNP. Кроме того, недавно было принято решение вложить шесть миллиардов в компанию Rolls-Royce, так как Чехия решила участвовать в разработке модульных реакторов. Само по себе это выглядит правильным шагом, но в случае, когда в вопросе отправки миллиардов за рубеж согласия достигают правительство и оппозиция, нужно проявить особую осторожность. Правда в том, что пока компания Rolls-Royce не создала ни одного модульного реактора. В Великобритании запланировано шесть подобных реакторов, но строить их еще не начали. Как сообщает аналитическая компания Statistaсо штаб-квартирой в Германии, в мире есть две работающих модульных АЭС. Это плавучий энергетический блок "Академик Ломоносов" в России, и там два ядерных блоках. Он находится в порту города Певек, а это самый северный город Российской Федерации. Другой работающей модульной электростанцией может похвастаться Китай, и находится она на суше. "Росатом" интересен и тем, что он не перестает предлагать инновации. В России, в Томской области, в 2030 году планируется ввести в эксплуатацию электростанцию с замкнутым ядерным циклом. Это станет еще одной революцией в данной области. Ведь на нынешних АЭС используется всего около процента урана 235 из всего дорогостоящего топлива, а остальное уходит в радиоактивные и выделяющие отходы, "отработанное топливо". Его сложно перерабатывать и хранить. Замкнутый топливный цикл означает, что "отработанное топливо" перерабатывается и отправляется снова на АЭС. Вместо одного процента используется весь уран, а это огромная экономия, а также новая форма защиты окружающей среды. Особенная инновация в этой области — миниатюризация. Скажем, по доступным данным, Россия тестирует подводный дрон "Посейдон", большую "торпеду" с неограниченной дальностью действия, работающая на небольшом ядерном реакторе и имеющая боеголовку мощностью около двух мегатонн в тротиловом эквиваленте. — Но тем самым вы хотите сказать, что считаете "Росатом" подходящим партнером… — Ясно, что в нынешней политической атмосфере достраивать АЭС "Дукованы" с помощью "Росатома" или российских реакторов, заказанных у российских или китайских компаний, для Чешской Республики неприемлемо. Соображения экономической рациональности и технологической продвинутости отбрасываются, и на первый план выходит безопасность государства. Но лично я полагаю, что вопрос безопасности в этом и во многих других случаях воспринимается архаично. Безопасность будет обеспечена надолго тогда, когда государства будут зависеть друг от друга. Если каждый будет сам создавать и использовать одни и те же технологии, отгораживаться санкциями и бессмысленными пошлинами, то это не просто растрата ресурсов. Тогда и о безопасности в мире не будет речи, а будут отношения между конкурирующими или напрямую враждующими блоками. И будут сферы влияния. В общем, такое понимание безопасности — большой риск в будущем. — Как вы характеризуете хаос, который сеет в мире американский президент Дональд Трамп? Это высокая игра патриотов или просто "выкрутасы" американского старца? — Если попытаться найти рациональное ядро в политике Дональда Трампа, то, пожалуй, это принцип "Там, где я не правлю, я буду сеять хаос". Впользу этой модели говорит то, что никто в его непосредственном окружении не сопротивляется, не бежит. Как будто они знают, что за игру он ведет. Но против этой модели рационального поведения говорит то, что хаос охватывает и те области, где Трамп и его сотоварищи правят. Это заметно по состоянию экономики Соединенных Штатов Америки, а в политике это, скорее всего, проявится на ноябрьских выборах в Конгресс. Вообще если Трамп на самом деле хотел вернуть США на позицию гегемона, на то место, которое они занимали после поражения СССР в Холодной войне, то он поставил нереальную цель. Избрание политика типа Дональда Трампа главой сверхдержавы многое говорит о кризисе либерального понимания демократии и западной политической культуры вообще. Мы видим не только пренебрежение международным правом и обычными правилами приличия. Примечателен общий стиль политики Трампа, этот непрекращающийся поток самых разных противоречивых, взаимоисключающих, а порой и лживых заявлений. Так Трамп превратил виртуальную реальность в новый реальный уровень политики: мировая журналистская толпа гоняется за постами Трампа в его социальных сетях, и так реальность перекрывается постоянно меняющимися мифическими идеями. А параллельно другая толпа на бирже следит за колебаниями стоимости акций… Выигрывает тот, кто располагает реальной информацией. Но разглядеть ее и получить в западном информационном пространстве, где к тому же воцаряется ИИ, все сложнее. — Готов ли Европейский союз к тому, что останется в некоторых конфликтах один? — Определенно нет. И дело не только в нехватке современного оружия, боеприпасов, спутников разных типов, разведывательных сетей и так далее. Прежде всего, не хватает стратегического мышления в самом общем смысле слова: уметь анализировать ситуацию, ставить реальные цели и выбирать доступные средства для их достижения. Нет стратегии, которая включала бы нечто большее, чем самоубийственные войны, включала бы дипломатию, восстановление доверия, общие интересы, умение отличать здоровую конкуренцию от враждебных действий. Известно, что безопасность — это не только оружие, но и способность вместе и вовремя противостоять засухе, пожарам или наводнениям, пандемиям и перебоям с электричеством. Нет стратегии, в которой Европа не была бы больше западоцентричной, а вписывалась в мир. — Что, по-вашему, лучше: больше интегрироваться в структуры ЕС, как к тому призывает чешский президент, или сохранять собственную государственность и все, что с нею связано? — И то, и другое полезно. Если Европа хочет выдержать конкуренцию с США и Китаем, то ей необходимо более рациональное экономическое сотрудничество. Однако оно возможно, только при большем уважении к историческим особенностям не только Европы в целом, но и к государствам и народам, которые образовали ЕС. Похоже, из-за таких персон, как Урсула фон дер Ляйен и ее гвардия из Прибалтики, которые ничего не могут, кроме как кричать: "Карфаген должен быть разрушен!" — Европейский союз зашел в тупик. Кажется, к концу подошло правление лейбористов в Лондоне, Макрона в Париже, Мерца в Берлине. Если так, а многое говорит в пользу этого, может измениться и характер и направление внутренних геополитических осей в Европе. А значит, изменится и Европейский союз.