Министр иностранных дел Италии: в Сеуте что-то пошло не так, и мы должны были защитить границы. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> La Stampa: Господин министр, в чем заключается причина всего этого шума? Антонио Таяни: Мы не поднимали никакого шума. Мы приостановили действие Шенгенского соглашения, как того требуют договоры, потому что в Сеуте произошли чрезвычайные события. Даже сегодня мэр Сеуты Вивас заявил, что там осталось от 8 до 11 тысяч мигрантов. Причем тысячи из них — жители стран к югу от Сахары, которых нельзя репатриировать. А вот реакция Испании непонятна и совершенно неприемлема. — Проблема в том, что Сеута не входит в Шенгенскую зону. Эта мера носит лишь символический характер. — Вовсе нет. Сеута не входит в Шенгенскую зону, но является испанским эксклавом, а Испания – это часть Шенгена. Как отмечают в том числе испанские СМИ, риск заключается в последующих перемещениях не-марокканцев. Куда они направляются после прибытия в Испанию? Италия, как пункт назначения, подвергается наибольшему риску. Мы — не Германия и не Норвегия. — Но мы не видим всех этих перемещений… — В Италии уже задержали около 15 нелегалов. Не говоря уже о том, что среди мигрантов были те, кого ранее выдворили за джихадизм. — Судя по данным Министерства внутренних дел, ни один из них не прибыл оттуда. — Они не марокканцы, но это не меняет суть дела. — То есть? — Надо внести некоторую ясность: мы не против Испании, но обязаны защищать свои границы. И нет никаких сомнений в том, что многие мигранты из стран Африки к югу от Сахары представляют угрозу как джихадисты. Испанская полиция тоже задержала подозрительных лиц. — Комиссар по вопросам иммиграции Бруннер заявил: приостановка Шенгенского соглашения должна быть обусловлена необходимостью и соответствовать реальным фактам. — Бруннер напомнил Испании об ее ответственности, ведь решение нынешнего кризиса должно включать необходимость предотвращения прибытия в Европейский союз неконтролируемого числа мигрантов. — А как насчет соответствующей реакции? — Мы приняли решение в отношении портов и аэропортов, и оно касается граждан третьих стран. По данным испанской разведки, существует риск новой волны до середины августа. Отказ от отмены этого решения — это часть мер предосторожности. Мы надеемся, что сможем отменить приостановку Шенгена в ближайшее время, как только риск исчезнет. А Санчес слишком драматизирует ситуацию. — Ведутся ли сейчас переговоры с испанским правительством? — Как видите, драматизировать все очень легко. Конечно, переговоры ведутся! Мы же не разорвали дипломатические отношения… Но нельзя отменять Шенгенский договор просто так только в качестве ответной меры, нанося ущерб туризму. Можем ли мы утверждать, что эти меры были напрасны, глядя на кадры из Сеуты, где сто тысяч беженцев прибывают из Марокко? — Испания заслуживает похвалу со стороны европейских стран за то, как она справилась с кризисом. — Она не обеспечила надлежащий контроль. А политика "приезжайте все, и вас легализуют", которую она проводила в отношении миллиона иммигрантов, негативна и ставит под угрозу безопасность остальных стран. Мне кажется, эту тревогу разделяют все в Европе. — Разве в условиях кризиса не должен работать принцип европейской солидарности? — Защищать границы не значит подвергать Европу опасности, но именно это происходит при беспорядочном приеме мигрантов. — Честно говоря, нападки Мелони на Санчеса – это сигнал Трампу, партии "Голос" и таким политикам, как Роберто Ванначчи. — В интервью газете El Mundo я предупредил об опасностях, связанных с легализацией миллиона человек, еще до событий в Сеуте. Это было в понедельник после финала чемпионата мира. Повторяю: как только пройдет опасность, мы вновь откроем границы. — Серджо Маттарелла сказал, что управление миграционными потоками подразумевает уважение к достоинству людей. Вы считаете, что эти слова относятся к вам? — Это важный призыв, с которым мы полностью согласны. Мы выступаем за содействие легальной иммиграции, полезной для нашей экономики. Но достоинство людей не соблюдается, когда мигрантов отдают в руки торговцев людьми, обрекают на гибель в море или принимают в страну без всяких перспектив их интеграции. Наша формула — это формула Берлускони: соглашения со странами происхождения, обучение на месте, легальные потоки, интеграция. — Вы не хотите выступить инициаторами заключения рамочного соглашения между ЕС, Африканским союзом и ООН? — В Африке необходимо заключать соглашения о развитии и сотрудничестве, как мы это делаем, потому что от этого зависит часть нашего будущего в стратегических секторах — от иммиграции до энергетики. В этом и заключается суть "Плана Маттеи". А стабилизация ситуации в Средиземноморье имеет решающее значение для нашей безопасности. — Вы принимали у себя переговоры между Ливаном и Израилем. Какие конкретно результаты они принесли? — Уже сами переговоры — это огромный шаг вперед. Рим стал столицей мира. Италия находится на передовой, содействуя стабилизации на Ближнем Востоке. — Нетаньяху и не думает уходить из Ливана. — Каждая война заканчивается миром. А процессы, которые в конечном итоге приводят к перемирию или соглашению, обычно незаметны. Мы потихоньку работаем над этим. — Почему вы не признаете государство Палестина? Ватикан сделал это еще до Санчеса… — Мы всегда выступали за разрешение конфликта между двумя государствами, но Палестина не может быть базой для ХАМАС — террористической организации, которая развязала войну, совершив массовые убийства 7 октября. — Вы бы приняли участие снова в работе "Совета мира"? — Мы участвовали в качестве наблюдателей, потому что все, что может способствовать миру, полезно. При этом ни у кого нет волшебной палочки, а второй этап соглашений в Шарм-эль-Шейхе сложен. Так же непроста ситуация на Украине, которую мы продолжаем защищать, тогда как левые силы проводят неоднозначную внешнюю политику по отношению к Европе и Западу. — Такая игра проще. — Удивительно, что после пророссийских и антизападных высказываний Конте Элли Шлейн так и не определилась, на чьей она стороне. Как может претендовать на управление такой страной, как Италия, человек, у которого нет четкой программы внешней политики и который колеблется из-за страха расколоть собственную партию? — Предвыборная кампания началась. Что вы будете делать в последний год вашего законодательного срока? — Мы будем работать, прежде всего, над тем, чтобы итальянцы могли жить лучше. Мы добились определенных результатов: 1,2 миллиона новых рабочих мест, снижение налогов для семей и предприятий на 33 миллиарда евро, постоянно обновляемые рекорды экспорта и низкий биржевой спред. Теперь можно работать над дальнейшим снижением налогового бремени. Мы вынесем свои предложения на обсуждение в правительстве. — Какие именно предложения? — Для начала это отмена налога на автомобили и мотороллеры, снижение налогов на тринадцатую зарплату, фиксированный налог с благоприятными ставками для тех, кто зарабатывает больше. — Откуда взять деньги на это? — Часть средств в пенсионных фондах и частных сберегательных учреждениях — более 1 триллиона 700 миллиардов евро — можно с выгодой инвестировать в инфраструктуру и крупные проекты, освободив государственные ресурсы для снижения налогов. — Вы пошли на уступки в законе о выборах? — Был найден компромисс, позволяющий соблюсти все конституционные ограничения. Преференции – это не ключевой элемент закона. Цель — обеспечить стабильность системы и страны, что имеет огромное политическое и экономическое значение для нашего роста.