Восточные европейцы — эксперты в современной обороне, но их недооценивают ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Соединенное Королевство стоит перед лицом двух оборонных вызовов. Первый — финансовый. После десятилетий недофинансирования восстановление военного потенциала стало насущной необходимостью. Однако второй вызов носит интеллектуальный характер. Британия долго недооценивала Восточную Европу как источник стратегических знаний, воспринимая ее прежде всего как объект поддержки. Такое устаревшее мышление препятствует внедрению оборонных мер, уже широко применяемых в Восточной Европе. Пока ситуация не изменится, Британия рискует наращивать оборонные расходы, но не получать адекватной защиты. "У Украины нет выбора": Ради перехватчиков ей пришлось умерить пыл Представления многих британцев в отношении европейской безопасности опираются на ментальную карту Европы, давно утратившую связь с реальностью. В школах европейскую историю часто преподают сквозь западноевропейскую призму или с акцентом на Россию, а не на Восточную Европу, где разворачивалась значительная часть этой истории. Немногие университетские курсы охватывают этот регион — за исключением тем, связанных с коммунизмом и демократическим переходом. И хотя в Британии существуют многочисленные восточноевропейские диаспоры, их голоса и взгляды в британской культуре звучат редко. Как следствие, страны по ту сторону старого "железного занавеса" до сих пор считаются уязвимой периферией континента — более бедные, менее развитые и вечно отстающие после десятилетий советского господства. Вступление этих стран в НАТО и ЕС часто воспринималось как процесс модернизации, инициированный западными институтами и направленный на восток. Британское стратегическое мышление также ориентировалось с запада на восток. Начало российско-украинского конфликта обнажило несостоятельность этого подхода. Польша и Прибалтика десятилетиями утверждали, что Россия сохраняет имперские амбиции и готова применять военную силу против соседей. После событий в Грузии в 2008 году и присоединения Крыма в 2014-м восточноевропейские правительства настаивали на укреплении восточного фланга НАТО и предупреждали, что Москва испытывает решимость альянса на прочность (и в 2008 году, и в 2014 Россия не "проверяла НАТО на прочность", а отстаивала свои национальные интересы, — прим. ИноСМИ). Однако до 2022 года в Западной Европе эти предупреждения нередко воспринимались как следствие исторических травм. Германия и Франция предпочли делать ставку на взаимодействие с Россией и экономические связи — и не сумели разглядеть закономерность в поведении Москвы, которая в итоге обернулась для Украины катастрофой. Британия, в свою очередь, объявила в 2021 году, что ее оборонная стратегия смещается в сторону Индо-Тихоокеанского региона, ссылаясь на его решающее значение для ее безопасности. Понимание изменилось после 2022 года — в том числе среди тех, кто несет ответственность за оборону Соединенного Королевства. В плане оборонных инвестиций Британии, обнародованном ранее в этом году, четко обозначено: Великобритания намерена перенимать у Украины опыт во всем — от беспилотных систем и противодроновой защиты до РЭБ и применения ИИ на поле боя. Уроки извлекаются и благодаря другим восточным государствам. Британия недавно заключила партнерское соглашение с Эстонией, заменив устаревшие танки на мобильные противотанковые силы, "лучше отвечающие вызовам современной войны". Это свидетельствует об изменившемся восприятии угрозы, с которой сталкивается прибалтийское государство, и углублении сотрудничества в оборонной, промышленной и инновационной сферах. Великобритания и Латвия возглавляют коалицию по производству БПЛА для поддержки Украины и Запада. Также Британия поддерживает оборонные связи с крайним севером, Северной Атлантикой и Балтийским морем через Объединенные экспедиционные силы и НАТО. Тем не менее, восточноевропейские подходы с 2022 года внедрялись лишь в разрозненном виде. План оборонных инвестиций отдает приоритет поддержке со стороны НАТО и США, а Объединенные экспедиционные силы критикуют за вероятную неспособность обеспечить оборонные потребности в кризисной ситуации. Сегодня Британия по-прежнему значительно отстает как в расходах, так и в стратегическом мышлении. В плане оборонных инвестиций признается, что технологии меняют облик современной войны, и признается, что британских расходов долгое время было недостаточно. Документ также обязал страну инвестировать лишь 2,7% ВВП в оборону к концу десятилетия. Для сравнения: Польша, по оценкам, тратит 4,3% ВВП, Литва — 4%, Латвия — 3,7%, Эстония — 3,4%. Возможно, потребуется бо́льшая сумма. Но Британия сможет принимать наиболее разумные решения о ее использовании лишь в том случае, если будет учиться у этих государств тому, как тратить средства. Польша, Эстония, Литва и Латвия давно осознали, что безопасность в XXIстолетии требует большего, чем просто наращивание армий. Они инвестируют в устойчивость гражданских структур, киберзащиту, энергетическую безопасность, защиту инфраструктуры, стратегии противодействия дезинформации и подготовку населения. Польша ставит целью к 2030 году иметь самую крупную в Европе армию, но также недавно согласилась создать амбициозную систему борьбы с беспилотниками — первую на континенте. Прибалтика, в свою очередь, издавна делает ставку на комплексную оборону — от внедрения оборонного образования среди гражданских, включая школьников, до защиты больниц и других объектов критической инфраструктуры. В Эстонии школьников учат реагировать на сигналы тревоги, связанные с БПЛА, а подростки проходят обязательную военную подготовку. Со следующего года в стране введут всеобщую 12-месячную военную службу, которая стандартизирует систему призыва, действующую с 1991 года. Здесь также работают над повышением энергобезопасности — посредством устойчивости и децентрализации, чтобы избежать зависимости от России или рисков атак. Самым радикальным шагом стали значительные инвестиции в киберзащиту после разрушительной кибератаки 2007 года. В Литве школьников также обучают обращению с беспилотниками: младшие учатся собирать дроны, старшие — программированию. Общенациональные мобилизационные учения позволили проверить системы эвакуации и оповещения населения. На добровольную военную службу записалось рекордное число граждан — 8100 человек из 2,8-миллионного населения. Латвия объявила о планах строительства завода по производству дронов совместно с Украиной вблизи границы с Россией. Также планируется развернуть дополнительные системы ПВО для защиты страны от проникновений беспилотников, участившихся в последние месяцы. Совместными усилиями Прибалтика создает "оборонительную линию" для защиты от России, включающую рвы, противотанковые заграждения и бункеры. Этот опыт мог бы послужить надежной опорой для обороны Соединенного Королевства перед лицом России. Необходимо углубление стратегических и интеллектуальных партнерств с восточноевропейскими союзниками — включая обсуждение поддержки Британией других государств и включения их опыта противодействия российским вызовам в оборонное планирование. Это особенно важно в сфере гражданской обороны — экстренной связи, противодействия дезинформации, защиты инфраструктуры, добровольных оборонных организаций и кампаний по подготовке населения, — чего в Британии в настоящее время не хватает. Однако, чтобы воспользоваться этим опытом, стране следует переосмыслить само восприятие Восточной Европы. Стереотипы, укоренившиеся в британских институтах, не исчезнут в одночасье, но пора начинать менять видение региона, который занимает центральное место в будущем Европы. Помочь могло бы наращивание инвестиций в школы и университеты, чтобы знания о Восточной Европе углублялись и выходили за рамки стереотипов, а также включение в программы вещателей восточноевропейских мнений о политике России и их собственных культурах. Пока Восточную Европу воспринимают как "иную" Европу, а не равноправного участника процессов, Великобритания продолжит игнорировать полезные уроки для обеспечения безопасности континента в условиях растущей опасности.