Как ветеран я с большой тревогой наблюдаю за мобилизацией на Украине. Я знаю, чтó такое боевые действия и чтó они означают для людей. Солдаты — не отвлеченные цифры, не сухие проценты и не ресурс, который можно восполнять по мере потребностей фронта. За каждым мундиром стоит живой человек — его семья, родители, дети и, возможно, будущее, которое уже никогда не станет прежним. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> На Украине появилось понятие "бусификация". Мужчин ловят на улицах и доставляют в центры комплектования. Для меня уже само это слово раскрывает всю глубину кризиса доверия, охватившего страну. "Нет другого выбора". В Польше предупредили об опасных планах Зеленского Еще больше меня тревожит то, какую роль в этом играют деньги. Утверждается, что за каждого "бусифицированного" выплачивается вознаграждение в 250 долларов. Мои собственные источнике на Украине говорят о значительно более высоких суммах — вплоть до 1000 долларов за человека. Еще я слышал истории о мужчинах, которых увозят в наручниках, сдают военным и распределяют прямо на фронт. На эту тему в интернете гуляет целое множество роликов. Поэтому я задаюсь вопросом: не превратилась ли мобилизация в своеобразную индустрию, где деньги, принуждение и необходимость пополнять редеющие ряды слились воедино — в порочную систему? Немудрено понять, откуда берутся такие подозрения. Украина долгие годы слыла рассадником коррупции. Когда на систему комплектования личного состава обрушивается колоссальное давление с требованием привлекать на фронт все больше людей, мы обязаны спросить себя: какие сопутствующие интересы и стимулы при этом возникают? Если военкоматы или полиция получают деньги либо иные выгоды за отловленных людей, то, на мой взгляд, граница приемлемого — в том числе для Норвегии — уже пройдена. Недопустимо, чтобы за голову человека назначалась цена. Еще тревожнее становится, если посмотреть, сколько украинцев сегодня находится за границей. Огромное множество приняла у себя Польша. Десятки тысяч украинских мужчин призывного возраста обосновались в Норвегии. Что будет, если трудности Киева с набором солдат обострятся еще больше? Может ли давление со временем распространиться на Запад? Могут ли под этот пресс попасть украинцы в Польше? И не столкнемся ли с аналогичной проблемой мы, Норвегия? Я, конечно, не утверждаю, что украинские власти займутся "бусификацией" прямо на норвежских улицах. Но я считаю, что Норвегия должна четко обозначить свою позицию заранее, не дожидаясь, когда до этого дойдет. Никто не вправе охотиться за людьми на норвежской земле, добывая солдат для чужого конфликта. Ни иностранное государство, ни организация, ни частное лицо — никто не вправе принуждать жителей Норвегии и отправлять их на фронт силой. Здесь действует норвежское законодательство. Как ветерану мне претит сама мысль о том, что на людях, которых отлавливают для нужд армии, делают деньги. Я своими глазами видел, чтó боевые действия делают с людьми. И я знаю: мужчина, которого сегодня затолкали в "бусик", завтра может оказаться в окопе. А еще через несколько дней он может быть ранен, получить тяжелую психологическую травму или погибнуть. Поэтому нельзя сводить этот вопрос к простой арифметике: сколько новобранцев необходимо Украине каждый месяц? Жизнь и смерть в кредит. Банкротство Украины грозит страшной катастрофой Норвегия перечисляет Киеву огромные суммы. Но даже помогая Украине, мы не можем пренебрегать основополагающими вопросами. На мой взгляд, норвежские налогоплательщики не должны поддерживать систему, если деньги подпитывают коррупцию, принуждение или финансовое вознаграждение за отправку людей на фронт. Мы должны высказаться против. Поэтому я хочу, чтобы норвежские власти поставили вопросы о мобилизации ребром. Как работают ТЦК? Как они взаимодействуют с полицией? Существуют ли финансовые вознаграждения или иные бонусы за выполнение плана по новобранцам? Что происходит с "отказниками"? Это не вопрос того, за Украину мы или против. Дело в другом: где та грань между тем, с чем мы можем смириться, и решительно неприемлемым — даже в военное время? Для меня эта граница проходит там, где начинается человеческое достоинство. Если однажды за голову человека назначают цену просто потому, что кому-то необходимо заполнить "бусик", который повезет людей в окопы, это означает, что конфликт уже отнял нечто поважнее территорий.