Решился. В этой потрясающе интересной вещи, которую я сейчас перевожу — «Дух христианства и его судьба» (которая и вообще-то не сочинение Гегеля, а конструкция, слепленная его первым издателем, но слепленная так удачно, что просуществовала в этом виде почти весь двадцатый век, вызывая восторги и споры) — в этом трехчастном тексте, между первой частью («Дух еврейства») и третьей («Дух христианства») стоит нечто, получившее название Grundkonzept zum Geist des Christentums (не решил еще, как лучше перевести). Так вот, этот «Грундконцепт» — и вовсе набор отрывочных заметок «для себя», писаных без соблюдения требований синтаксиса, с недописанными фразами, опущенными сказуемыми и т.д. и т.п. Зачем переводить? А при всем том это фантастически содержательный текст, густой донельзя. Расшифровывать его и извлекать это содержание безумно интересно.Но как переводить? И я решил, что пытаться в переводе сохранять вот эту конспективную форму — дело бессмысленное. Зачем? Кому важна аутентичность — пусть читает оригинал, благо эти заметки дотошно воспроизведены в выходящем сейчас академическом издании. А мое дело — по максимуму извлечь из них содержание, гегелевскую мысль — как в самом переводе, так и в комментарии. Так и делаю — завидуйте.