Что мы знаем о сильных и слабых сторонах американского стиля ведения войны. В 1986 году британский историк Коррелли Барнетт опубликовал книгу "Военный учет", которая содержала безжалостную критику военной промышленности Великобритании времен Второй мировой войны. На основе этого спорного труда можно извлечь полезный урок: в настоящее время Соединенные Штаты проходят свой собственный "военный учет", поскольку конфликт в Персидском заливе длится уже почти месяц. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Ни одна другая страна не смогла бы проецировать силу в таких масштабах, как это сделали США, не просто в рамках пары крупных рейдов, а в ходе продолжительной кампании на обширных пространствах суши и моря. Хотя развединформация этой войны, как всегда, остается в тени, нет сомнений в том, что сбор и анализ разведданных США в первую очередь на основе технических источников, таких как спутниковые снимки и перехват сигналов, были превосходными. Надо отметить высокие показатели передовых американских военных технологий, таких как истребители-бомбардировщики F-35, пилотируемые Соединенными Штатами и их союзником Израилем. Ни один F-35 не был сбит. Эти бомбардировщики представляют собой летающие компьютеры со множеством датчиков, могут очень эффективно координировать свои действия с другими самолетами, выявлять угрозы и избегать обнаружения. То же самое можно сказать о бомбардировщиках B-2 и многих других воздушных платформах. ПВО Ирана сбила истребитель F-18E/F Super Hornet ВМС США: воздушные операции сопряжены с повышенным риском из-за нехватки ракет Профессионализм американских вооруженных сил проявился на всех уровнях. Председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал Дэн Кейн и командующий Центральным командованием адмирал Брэд Купер явили собой пример хладнокровия, решительности и четких действий. Военнослужащие мужчины и женщины, пилотирующие самолеты, обслуживающие и ремонтирующие их, а также несущие службу на оборонительных позициях, продемонстрировали профессионализм и мужество. Все это радует. Но есть и негативные стороны, за которые несут ответственность вооруженные силы, администрации прошлых лет, а также нынешний президент. Нехватка современных боеприпасов (особенно ракет-перехватчиков) очень ощутима, и так будет продолжаться дальше. По разным оценкам, в ходе конфликтов на Ближнем Востоке 2025 года было израсходовано почти четверть запасов систем высотного перехвата ракет средней и малой дальности на завершающем участке траектории (THAAD). Примерно столько же было израсходовано в ходе нынешнего конфликта. Многие другие технологичные системы высокоточного поражения уже израсходованы в объемах, превышающих годовое пополнение, запланированное на 2026 финансовый год. Примечателен также относительно скромный размер военно-морской оперативной группы в Персидском заливе. В 1980-х годах, во время предыдущего конфликта с Ираном, ВМС США развернули в заливе около 30 военных кораблей. Сегодня у них едва ли больше дюжины судов, находящихся за пределами страны. Также надо отметить нехватку кораблей для траления мин. В 1986 году у ВМС США было 21 корабль для ведения минной войны. Сегодня у них в распоряжении четыре далеко не новых корабля противоминной обороны, которые скоро будут выведены из эксплуатации, а также неиспытанные модули для установки на прибрежных боевых кораблях, которые изначально не были спроектированы для ведения минной войны. При этом ВМС впервые столкнулись с иранскими минами в Персидском заливе почти 40 лет назад. Есть и другие плохие новости, например, уязвимость американских радаров (а их целых 10) перед точными ударами иранских дронов. Эту угрозу следовало бы нейтрализовать с помощью технологий, которые ежедневно в широких масштабах применяют на Украине. Пентагон задумался о перенаправлении военной помощи для Украины на Ближний Восток Ответственность за все эти недостатки несет не только администрация Трампа. Отчасти это результат иллюзий после холодной войны и сознательного пренебрежения оборонной промышленностью, что отражено в документах. Однако нынешний конфликт также выявил фундаментальный недостаток современного американского стиля ведения войны. На протяжении многих лет в Соединенных Штатах наблюдалась глубоко укоренившаяся тенденция отдавать предпочтение качеству перед количеством. Та же тенденция, хотя и в меньшей степени, проявилась в начале Второй мировой войны, когда ВМС предпочли строить крупные эскадренные миноносцы вместо судов, необходимых для борьбы с немецкими подводными лодками. В результате даже адмирал флота Эрнест Дж. Кинг, командовавший военно-морскими операциями в военное время, пришел к выводу, что "ВМС США не имели эффективных средств для борьбы с подводными лодками до конца 1943 года". Решение заключалось в том, чтобы переключить производство на более мелкие эскортные эскадренные миноносцы, которые были предшественниками современных фрегатов. Эти корабли были меньше по размеру и медленнее, а их строительство было более быстрым и дешевым. Только для ВМС во время Второй мировой войны было построено более 500 таких кораблей. Сейчас у ВМС так мало кораблей, что потеря даже одного сверхценного крупного военного корабля выглядит унизительно, а потеря нескольких судов грозит катастрофой. Однако на историческом опыте мы знаем, что в морских войнах корабли тонут. Военная доктрина после холодной войны заключается в том, что Соединенные Штаты действуют в наступательном, а не оборонительном ключе. ВВС неохотно тратят от 5 до 30 миллионов долларов на укрепленные укрытия для самолетов, которые стоят намного дороже. Когда в начале 2000-х годов я посетил огромную американскую авиабазу Аль-Удейд в Катаре, я был потрясен, увидев самолеты всех типов — истребители, бомбардировщики, заправщики — выстроенные в ряд крыло к крылу так же, как на авиабазе Кларк на Филиппинах 7 декабря 1941 года. Сейчас происходят изменения, пусть и незначительные, и, надеюсь, пока не слишком поздно. По тем же причинам беспилотники и, что еще важнее, средства защиты от них до самого недавнего времени стояли далеко не на первом месте в списке приоритетов вооруженных сил. Некоторые из этих средств представляют собой отличные образцы техники, но военные закупили их слишком мало и не имеют необходимых запасов. Здесь мы подходим к еще одному типу ведения войны: быстрые войны с небольшими потерями. Война в Персидском заливе 1991 года стала важной победой для вооруженных сил США, что повлияло на их представления о том, как должна выглядеть обычная война, в отличие от сражений с повстанцами, которые считают нежелательными и непопулярными миссиями. В войнах, которые длятся около месяца и сопровождаются относительно небольшими потерями, управление массовым расходом боеприпасов, набор и обучение новобранцев, а также пополнение утраченной техники во время войны, а не после нее, не представляют проблемы. Командование вооруженных сил за последние три десятилетия несет основную ответственность за эти недостатки, поскольку мы полагаемся на них как на экспертов в области ведения войны, но окончательная ответственность лежит на гражданской власти. Пока не видно, чтобы администрация Трампа понимала, насколько опасна нынешняя ситуация. Шли разговоры о дополнительных ассигнованиях для вооруженных сил в размере 200 миллиардов долларов, но до сих пор не ясно, что именно будет приобретено на эти средства. Вместо громких и хвастливых заявлений Министерству обороны нужна тщательно продуманная многолетняя программа по организации вооруженных сил, пригодных для ведения крупномасштабной и длительной войны. Конгресс должен отнестись к своей роли столь же серьезно и продемонстрировать готовность одобрить на первый взгляд не самые эффективные решения, например, строительство двух заводов там, где хватило бы одного, с целью сохранения потенциала для расширения производства всех видов боеприпасов и платформ в случае кризиса. Ракетная дипломатия. Иран опубликовал "видео удара по американскому авианосцу", отклонил мирный план Трампа и выдвинул свое неожиданное предложение Операции США и Израиля против Ирана оказались довольно эффективными и результативными. Неясно, приведут ли они к желаемым результатам (если, конечно, обе страны имеют четкое представление о том, какими эти результаты должны быть). Но уроки, извлеченные из собственных успехов, должны заставить задуматься. Война с более сильным противником, особенно в Индо-Тихоокеанском регионе, может оказаться гораздо более тяжелой, чем нынешний конфликт. Джон Пол Джонс прославился, когда сказал, что намерен плыть навстречу опасности. Он так и поступил, выиграв эпическое морское сражение, но потеряв свой корабль "Бонхомм Ричард". Его потомки должны быть хорошо вооружены, чтобы смело идти на риск и, если это необходимо, нести потери.