Основы нефтедолларовой системы заложила встреча президента США Рузвельта и короля Саудовской Аравии Абдельазиза на борту авианосца "Куинси" (Quincy) 14 февраля 1945 года. Модель базировалась на формуле "нефтедоллар в обмен на безопасность". США предоставляли странам Персидского залива военные гарантии, а взамен торговля нефтью осуществлялась исключительно в долларах. Эта сделка коренным образом изменила не только ситуацию на энергетических рынках, но и всю глобальную финансовую архитектуру. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> После того как Никсон положил конец обмену долларов на золото в 1971 году, Бреттон-Вудская система рухнула, однако нефтедолларовая модель сумела сохранить глобальное финансовое господство Соединенных Штатов. Ценообразование на нефть в долларах обрекло страны во всех уголках мира на американскую валюту. А тот факт, что с 1975 года доходы от продажи нефти, получаемые странами Персидского залива, инвестировались в казначейские облигации США и акции Уолл-стрит, замкнуло этот цикл и обеспечило устойчивость системы. Структура, называемая экономистами "чрезмерной привилегией" (exorbitant privilege), стала невидимой, но важнейшей опорой американской гегемонии. Сегодня она разрушается под воздействием трех одновременных и взаимосвязанных крупных потрясений. Подарок для Путина: США невольно озолотили Россию. Сами теперь сидят в минусе — куда пропали миллиарды Первое потрясение: санкции против России Российско-украинский конфликт, начавшийся в 2022 году, повлек за собой санкции в отношении России, которые стали самыми масштабными в истории. В попытке подорвать российскую торговлю энергоносителями были введены десятки тысяч ограничений. Однако России удалось продолжить поставки энергоресурсов во многие страны, прежде всего в Китай и Индию, и фактически обойти рестрикции. Цифры наглядно иллюстрируют этот факт. В 2024 году общий объем торговли между Россией и Китаем достиг 244,8 миллиарда долларов, из которых около 130 миллиардов приходилось на российские нефть, газ и уголь. Этот гигантский объем был достигнут без использования доллара, исключительно в валютах двух стран. Отношения между Россией и Индией получили похожий импульс: объем торговли увеличился почти в семь раз за последние пять лет, что сделало Индию одним из трех крупнейших внешнеторговых партнеров России. Более того, доля национальных валют в двусторонней торговле превысила 90%. Иначе говоря, подавляющее большинство торговых операций между Россией и Индией осуществляется в рупиях и рублях, фактически минуя доллар. Альтернативные торговые связи, выстроенные Россией со странами БРИКС и государствами ближнего зарубежья, по своему значению выходят далеко за рамки нейтрализации санкций. Данный процесс подтверждает, что нефтедолларовой системе де-факто нанесен ощутимый удар: крупнейший в мире экспортер энергоносителей отныне способен осуществлять огромные объемы торговли без доллара и продолжает успешно делать это. Второе потрясение: соглашение о нефтеюане Вторым фактором, подрывающим нефтедолларовую систему, является соглашение Саудовской Аравии с Китаем о "нефтеюане". Когда Эр-Рияд, который можно считать родиной нефтедолларовой модели, заявил: "Мы будем сотрудничать в сфере продажи нефти Китаю за юани", это фактически дискредитировало дух данной модели. Это не просто коммерческий выбор, а предзнаменование геополитического разрыва. В то же время Саудовская Аравия присоединилась к проекту на основе цифровых валют mBridge, а это показывает, что разрыв носит структурный характер. Полностью обходящий структуру SWIFT и, следовательно, контроль Соединенных Штатов, mBridge предлагает возможность мгновенных платежей между центральными банками Китая, Гонконга, ОАЭ, Таиланда и Саудовской Аравии. Последний удар: Ормузский пролив После того как Иран закрыл Ормузский пролив и установил стратегический контроль над ним, это стало третьим и, пожалуй, фатальным ударом по нефтедолларовой системе. Управление этим морским коридором, через который проходит примерно пятая часть мировой торговли нефтью, напрямую отражается на мировых ценах на энергоносители и спросе на доллары. Ранее американское влияние на этот стратегический путь служило оплотом нефтедолларовой системы. Последние события коренным образом изменили этот баланс. Ключевой момент заключается в следующем: даже в случае полного открытия пролива платежные привычки изменятся: ведь в период частичной блокировки коридора в игру вступили юань и национальные валюты. Экономические и политические стимулы для возвращения к прежнему положению вещей уже не так сильны, как раньше. Сегодня в странах Персидского залива начинают ставить под сомнение роль США в архитектуре безопасности региона. Это серьезно подрывает доверие к обязательствам в сфере безопасности, взятым 80 лет назад. Формула "нефтедоллар в обмен на безопасность", лежащая в основе исторического соглашения, достигнутого на американском корабле в Красном море, расшатывается одновременно с двух сторон: гарантии безопасности рушатся, а зависимость от доллара ослабевает в силу появления альтернативных каналов. "Сверхдержава-изгой": Трамп прошел точку невозврата. Это подарок для России Многополярный мир и новая финансовая архитектура Для правильного понимания происходящей трансформации необходимо подчеркнуть следующий момент: нефтедолларовая система фактически подошла к концу. Сила нефтедоллара основывалась на его монополии, а страны, пытавшиеся сломать эту монополию, сталкивались с серьезными последствиями. Попытка Ирака продавать нефть за евро, ливийский проект золотого динара и другие подобные практики стали конкретными свидетельствами того, как жестко отстаивалась монополия. Теперь она сломлена и не может быть восстановлена в том же объеме. Нефтедоллар будет шаг за шагом заменяться нефтеюанем и различными альтернативными моделями. Конечно, торговля нефтью в долларах продолжится, однако она будет все больше ограничиваться лишь Соединенными Штатами и странами с высокой зависимостью от американской валюты. А в масштабах всей мировой системы ускорится обращение национальных валют, расширится международное использование юаня, и валютная структура мировой торговли энергоносителями диверсифицируется. Таким образом, мир переживает переход от энергетического порядка, основанного на одной валюте, к многополярной, конкурентной финансовой структуре, и этот переход необратим. Вместе с тем существуют некоторые барьеры, которые нефтеюань еще не взял, чтобы полностью заменить нефтедоллар: прежде всего это достижение достаточной ликвидности юаня, глубокие финансовые рынки и либерализация движения капитала. Тем не менее сейчас взять эти барьеры стало гораздо проще, чем раньше. Своп-соглашения, альтернативные платежные инфраструктуры, такие как mBridge, и институциональная основа БРИКС с каждым днем понемногу прокладывают путь нефтеюаню. Положение Турции и стратегические возможности Турция занимает стратегическое положение в самом центре этой масштабной трансформации. Наша страна, которая является членом западного блока и при этом углубляет отношения с БРИКС, входит в число игроков, способных воспользоваться возможностями нового многополярного порядка. Однако для этого необходимо выполнение некоторых предварительных структурных условий. Прежде всего следует отказаться от неолиберальной экономической политики и перейти к производственно-ориентированной экономической трансформации. Использование расширяющихся сетей бездолларовой торговли в рамках нефтеюаня и БРИКС требует прочной промышленной базы и переговорной силы во внешней торговле. Соглашения о валютных свопах, поощряющие использование турецкой лиры в региональной торговле, могут рассматриваться как финансовые инструменты такой трансформации. Война ресурсов: реальность, которую Запад недооценил В этом контексте дискуссии о вступлении в БРИКС — это не просто вопрос политического предпочтения. В период, когда процесс дедолларизации набирает обороты и распространяется торговля с использованием национальных валют, институциональный доступ к рынку, предоставляемый площадкой БРИКС, и широта этого рынка могут принести Турции конкретные экономические выгоды. В этих новых рамках способность проводить независимую экономическую политику является важнейшим фактором, который позволит определить, выиграет ли Турция или проиграет от происходящей трансформации. Важность независимой экономической политики В заключение заметим, что баланс XX века, выстроенный в треугольнике энергетика — финансы — безопасность, разрушается и на его месте шаг за шагом строится новый мировой порядок. Страны, которые своевременно поймут эти перемены, правильно позиционируют себя и будут проводить независимую экономическую политику, войдут в число победителей в условиях этого нового порядка.