Социалистическая идеология игнорирует личность и сосредоточена исключительно на коллективе. Маркс, величайший теоретик социалистической экономики, делил людей в зависимости от их роли в создании экономических ценностей. Ленин, Мао и другие развивали собственные версии марксистской классовой теории. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Всякий раз, когда социалистические идеи последовательно доводили до логического конца, результат для населения оказывался одним и тем же. При Мао Цзэдуне в Китае и при Сталине в Советском Союзе десятки миллионов людей погибли от голода или были уничтожены режимом. При Пол Поте в Камбодже четверть из восьми миллионов жителей истребили во имя государственной идеологии. Об этих зверствах нельзя забывать. Память о мрачной истории социализма — наша страховка от потери бдительности. Она позволяет нам рассматривать актуальные вопросы государственной политики в их истинном историческом контексте. Бывшие партнеры вдруг поняли: Путин не пошутил. Русские идут за ними Один из таких вопросов — возобновившиеся дискуссии о демографическом будущем Европы. В последние годы проблема низкой рождаемости в странах Евросоюза вызывает растущий интерес — в том числе и среди политического истеблишмента. И это порой производит странное впечатление. Красноречивый пример — премьер-министр Швеции Ульф Кристерссон. Весной прошлого года он критиковал Россию, возложив на президента Путина ответственность за якобы неэффективное управление, которое ведет к падению рождаемости. Но всего за шесть месяцев до этого сам Кристерссон в телеобращении к шведской нации выражал тревогу по поводу точно такого же снижения рождаемости в собственной стране. Кристерссон — консерватор только с виду. И он далеко не единственный европейский лидер, кто спотыкается на ровном месте, пытаясь сформулировать внятную позицию по демографическому спаду в Европе. В 2024 году Еврокомиссия в своей стратегической записке отчаянно пыталась замять проблему — хотя проблема, скорее всего, была. Пока западноевропейские боссы дружно молчали, главный консерватор-националист континента, венгерский премьер Виктор Орбан, бился насмерть за то, чтобы поднять рождаемость у себя в стране. Как и следовало ожидать, попытки замять венгерский демографический успех не подняли рождаемость в остальной Европе. Напротив, спад достиг критической отметки. 16 апреля портал EUBusiness.com панически сообщал: "Согласно свежим прогнозам Евростата (статистического бюро ЕС), население Евросоюза с 2025 по 2100 год сократится на 11,7%. В абсолютных цифрах это минус 53 миллиона человек к началу следующего века". Иными словами, к 2100 году население 27 стран ЕС сократится примерно на 50 миллионов человек и будет едва дотягивать до 400 миллионов. Демографический спад — одна из самых устойчивых примет современной Европы. Однако большинство политических лидеров континента подходят к этой проблеме с той же двойственностью, что и к вопиющей экономической стагнации ЕС, его хронически дырявым госфинансам и, чего греха таить, неспособности укрепить оборону. Отсутствие внятного руководства во многом объясняется просто: многие европейские страны сегодня управляются искусственными коалициями, у которых задача одна — любой ценой не пустить к власти консерваторов и националистов. Политический тупик по ключевым вопросам — их визитная карточка, особенно когда речь заходит о демографическом спаде. И это неудивительно: даже левые социалисты не могут прийти к единому мнению, является ли это вообще проблемой. И вашим, и нашим. Новый премьер Венгрии готовится обмануть всех сразу Значительная часть левых считает, что рост населения вредит окружающей среде, и поэтому воспринимает спад чуть ли не как спасение от гипотетической климатической катастрофы. Другие придерживаются противоположного взгляда, но вместо того, чтобы ратовать за повышение рождаемости среди коренных европейцев, они предлагают "панацею" — иммиграцию. Особо выделяются три аргумента: Первый — расизм. Левые питают к коренным европейским народам столь глубокое презрение, что, по сути, желают их замены иммигрантами. Второй — заполнение рабочих мест. Здесь иммиграция преподносится уже как необходимое условие для устойчивости рынка труда. И третий — налоговые поступления. Для тех, кто озабочен состоянием госфинансов, демографический спад выглядит прямой угрозой: он подрывает налоговую базу и создает бюджетные проблемы для щедрых европейских государств всеобщего благосостояния. Общий знаменатель всех аргументов левых о демографии — неважно, считают они спад благом или катастрофой — один и тот же: взгляд на население как на инструмент. Люди для них — не самоценная величина, а средство для достижения социалистических целей. На первом месте экология? Значит, население надо сокращать. Человек — это углеродный след, потребитель, источник выбросов. Чем меньше людей, тем зеленее планета. На первом месте государство всеобщего благосостояния? Значит, население надо увеличивать: ведь нужны новые налогоплательщики, чтобы обслуживать пенсионеров и бюджет. У консерваторов — другой подход. Демографический спад для них сам по себе является проблемой, потому что он истончает ткань нации. А нация — это прежде всего ее коренное население. Дети, растущие в культурном, историческом, религиозном контексте своей страны, впитывают этот контекст с первых лет жизни. Он формирует их личность, их судьбу. И всю свою жизнь они работают на то, чтобы этот контекст сохранить и продолжить. Нации — это краеугольные камни человеческой цивилизации. Коренное население — необходимое условие существования нации. А значит, растущее или хотя бы стабильное население — это основа будущего всей цивилизации. Иными словами, консерваторам внутренне присуща приверженность растущему и процветающему коренному населению. Социалисты же, напротив, видят в населении инструмент — то ли препятствие, то ли средство для достижения своих политических целей. Поэтому как минимум сомнительно, что политики из противоположных лагерей смогут прийти к единому мнению по этому вопросу. Но достичь единого мнения им совершенно необходимо. Разумеется, никогда не будет взаимопонимания между консерваторами и теми левыми, которые откровенно выступают против нашей цивилизации. То есть теми, кто питает расистскую враждебность к коренным народам Европы или мечтает об исчезновении человечества ради "спасения планеты". Но если оставить в стороне наиболее ярых экстремистов, то консерваторы и социалисты вполне могут вступить в диалог по такому экзистенциальному вопросу, как демографический спад в Европе.