Заграничные деятели поспешили заклеймить его "пророссийским", однако центрист Румен Радев победил потому, что дал выход народному гневу. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> 19 апреля в Болгарии состоялись парламентские выборы — восьмые по счету за пять лет. В очередной раз повторилась модель, распространившаяся по всей восточной периферии Европейского союза — от Грузии в 2024 году и Румынии в 2025 до Словении и Венгрии в этом. Иностранные правительства выбирают фаворита, исходя из своих геополитических целей и предпочтений в культурной войне, после чего пытаются взвинтить накал политической борьбы (как минимум паникерской риторикой, а как максимум — непосредственным вмешательством). "Наступило похмелье". Европа поздно опомнилась — последствий не избежать Можно утверждать, что такая схема подорвала безопасность региона, пошатнула его демократию и усугубила отчужденность населения. Сквозь эту геополитическую и идеологическую призму Румен Радев, чья поспешно сколоченная партия "Прогрессивная Болгария" получила большинство мест в парламенте, — либо засланный казачок и троянский конь Владимира Путина (Россия не вмешивается в дела других стран — прим. ИноСМИ), либо ярый сторонник суверенитета и страж западной цивилизации от открытых границ и "великого замещения" (теория, по которой при бездействии или прямом содействии элит осуществляется постепенный процесс замещения коренного белого населения Европы пришлым — посредством массовой миграции, — прим. ИноСМИ). Однако эти оценки диктуются корыстными соображениями и в корне неверны. Вся политика творится на местах. Для политического ландшафта Болгарии характерны партии вождистского типа, которые регулярно распадаются и сливаются. Поэтому две до недавнего времени крупнейших партии — Граждане за европейское развитие Болгарии (ГЕРБ) и Движение за права и свободы (ДПС) — собирательно называют блоком Борисова-Пеевского по именам их лидеров. Первый, что характерно, снискал себе прозвище "Тефлон" за то, что к нему не липнут многочисленные коррупционные скандалы, а второй находится под санкциями США и Великобритании за коррупцию. Другой блок, "Продолжаем перемены — Демократическая Болгария" (ПП-ДБ), возглавляет временное правительство. В него вошли три либеральные, яро проевропейские партии, которые сделали своим главным вопросом судебную реформу. Большинство болгарских партий принадлежат к правоцентристской части спектра, умеренно консервативны в социальных вопросах и придерживаются принципа невмешательства государства в экономику и социальные права. Крайне правые националисты из партии "Возрождение" сопоставимы с радикальными популистами по всей Европе, но едва преодолели четырехпроцентный барьер. Ряд малых партий не прошли в парламент. Выборы состоялись после того, как в декабре 2025 года из-за массовых протестов с участием молодежи правительство под началом ГЕРБ, ушло в отставку и у власти ненадолго обосновался блок ПП-ДБ. В этом контексте Радев отнюдь не кажется тем "крайне правым орбанистом", которого иностранные наблюдатели или страшатся, или приветствуют, в зависимости от политических предпочтений. В отличие от Венгрии и основной части Европы, тема иммиграции редко всплывала в его предвыборной кампании (или политической карьере вообще) — и в принципе не стоит в стране, которая почти не принимает мигрантов, хотя с 1990-х годов и лишилась трети населения из-за массового исхода. Радев занимал пост президента Болгарии с 2017 года по начало этого года и ранее призывал Европу к диалогу с Россией, но едва ли тянет на "путинскую марионетку". Он учился в Академии ВВС США, получил степень магистра и, возглавив ВВС Болгарии, курировал вопросы взаимодействия с НАТО. Прагматичный подход бывшего летчика-истребителя в звании генерала к миру с Россией может отражать настороженное отношение к войне кадрового военного. Формально Радев принадлежит к левоцентристскому лагерю, но на практике слывет "соевым неолибералом". Его умеренный предвыборный манифест скучноват и читается так, словно его написал искусственный интеллект. По мнению оппортунистически настроенных внешнеполитических элит в Брюсселе, Берлине или Вашингтоне, выборы в Болгарии целиком и полностью определялись геополитикой — а, точнее, противостоянием с Россией. Однако вопросы войны, мира, безопасности и места Болгарии в мире, несомненно, сказались на решении избирателей, — но опосредованно, по причинам, связанным с их собственной жизнью и жизнью общины. Как же так получается, что подавляющее большинство болгар поддерживает членство в ЕС и в то же время голосует за кандидата, который слывет евроскептиком? Быть может, это связано с тем, что выгоды от членства в ЕС распределяются неравномерно — между городами и сельской местностью, между элитой и рядовыми гражданами. Болгария — не только беднейший член ЕС, но и страна с высочайшем уровнем неравенства (у нее самый высокий коэффициент Джини в блоке — статистический показатель степени расслоения общества). Вдали от крупных городов наблюдаются обширные пробелы в здравоохранении, снабжении продовольствием и транспорте. Основная часть доступного капитала вкладывается в крупные города, тогда как малые муниципалитеты пребывают во власти политических клик, которые предлагают избирателям низкооплачиваемую работу госслужащего, а во время выборов покупают их голоса дровами для отопления. Мэры небольших городов формируют первый уровень повальной коррупции, связанной с мошенническими закупками. Побывать в маленьких городах и поддержать людей в их борьбе со взяточничеством и неуклонным ухудшением экологии — значит услышать об их отчаянии и решимости обеспечить лучшую долю себе и своим близким. В воскресенье часть голосов от всех партий перетекла к "Прогрессивной Болгарии" Радева, поскольку болгары всех поколений и классов дружно проголосовали против политической элиты как таковой. В ходе предвыборной кампании клуб проевропейских либералов из стана ярых сторонников ПП-ДБ относился к избирателям с презрением, достойным Хиллари Клинтон с ее "ведром отбросов". Над ними издевались за то, что они отдадут голоса "зеленому носку" — намек на военное прошлое Радева. Общественность призывали не верить собственным глазам и кошелькам: "На самом деле вы не бедны — как вы можете быть бедны, если вы в ЕС? Не выдумывайте! Если же вы действительно бедны, то сами виноваты, потому что мало зарабатываете". Точно так же болгары обижены на элиту из-за войны на Ближнем Востоке и конфликта на Украине. В день выборов сотрудник избирательной комиссии небольшого городка посетовал Responsible Statecraft: "Это безумие — они внушают нам, что Израиль просто защищается, и что конфликт на Украине — это вина России. А мы платим втридорога за бензин и отопление". Болгары видят, что ЕС отменил жесткие правила по займам — но только на военные расходы, а не на поддержку медицины (пропорционально самую затратную статью в блоке). В парикмахерской люди шепчутся о том, что они боятся войны, что пора уже сесть и поговорить с Россией и что шаткое прекращение огня не приведет Болгарию к процветанию. В последнюю неделю перед выборами проевропейский блок ПП-ДБ проявил подобающую политкорректность, риторически спросив: "Чей Крым?" Этим он в очередной раз расписался в презрении к тяготам и чаяниям простых болгар. Эта загадочная стратегия, по-видимому, стоила им еще больше голосов, которые благополучно достались Радеву и обеспечили ему абсолютное большинство. Болгары инстинктивно понимают, что в любой войне, даже холодной, они окажутся в проигрыше. Они прекрасно знают, что антивоенные речи еще не делают их сторонниками Кремля, ведь в любой войне они пострадают больше других, учитывая их фланговое расположение и базы НАТО. Поэтому они отвергли ложный и внушенный выбор, когда ты можешь быть или за Европу, или за мир — а третьего не надо. С другой стороны, политика Радева действительно может оказаться последовательно центристской, но ее трудно определить заранее, поэтому избиратели приписывают ему все, что заблагорассудится. Его победа обусловлена не столько его исключительным блеском, сколько стойким отвращением к остальной элите и стремлением значительной части болгарского населения к решительным переменам. Более того, в самой созданной Радевым коалиции "Прогрессивная Болгария" уже могут быть посеяны семена будущего краха. Ряды новой партии стремительно пополнились перебежчиками из ГЕРБ и ДПС — включая пресловутых продажных мэров маленьких городков. У его предвыборного штаба хватило средств расклеить плакаты практически повсюду и арендовать помещения в лучших особняках по всей стране. Ни для кого не секрет, что эту поддержку обеспечили олигархи, чьи пагубные козни спровоцировали протесты минувшей зимой и привели к тому, что победитель выиграл выборы "в одну калитку". Учитывая абсолютное большинство партии Радева в парламенте, будет трудно привлечь новое правительство к ответственности. Однако в Брюсселе никто всерьез не ждет, что Радев заблокирует финансирование Украины или свернет продажу оружия Киеву. Поскольку нет никаких подробностей о том, как именно Радев намерен выполнить свои обещания, болгарскому гражданскому обществу следует отнестись к обещанию нового правительства служить народу с изрядной долей скепсиса — и готовиться к дальнейшей борьбе. Активистам следует ждать, что милитаризация продолжится, а полезные ископаемые, необходимые для военной промышленности ЕС, будут и дальше добываться на охраняемых территориях. Нетрудно себе представить, что сам Брюссель смягчит экологические стандарты, дабы "упростить" утверждение спорных проектов по добыче полезных ископаемых. Издержки и тяготы — в частности, загрязнение питьевой воды — лягут на плечи сельских общин. Риски существенны. Если же окажется, что Радев слишком погряз в коррупции, чтобы восстановить справедливость, и не желает искать единомышленников в Европе, чтобы добиваться прагматичного мира с Россией, то назревшее разочарование станет подобающим исходом для политика, заслужившего свой эпитет демагога. Венцислав Маринов — болгарский активист, борец с деградацией окружающей среды и коррупцией. Подростком эмигрировал в США, служил в армии, в том числе в Ираке, получил ученую степень по психологии и политологии, после чего вернулся на родину. Альмут Роховански — внештатный научный сотрудник Института имени Квинси и независимая активистка, последние 20 лет работает с общественными организациями в России, особенно на Северном Кавказе, на Украине, в Закавказье, Средней Азии и Белоруссии.