Импульсивный стиль президента еще не проходил проверку длительным военным конфликтом; размышления о Джимми Картере ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Казалось, что аппетит Дональда Трампа к риску пропал, а его страхи нарастали. В Страстную пятницу, почти в пустом Западном крыле Белого дома, вскоре после того, как президент узнал, что в иранские военные сбили американский самолет и двое летчиков пропали без вести, он несколько часов кричал на своих помощников. "Европейцы не помогают", — повторял он. Средняя цена на бензин достигла 4,09 доллара. По словам его собеседников, он постоянно вспоминал захват заложников в Иране в 1979 году, который стал одним из крупнейших провалов внешней политики США за последнее время. Ближний Восток рухнет из-за войны в Иране, но один победитель останется "Посмотрите, что случилось с Джимми Картером... вертолеты, заложники — те события стоили ему выборов, — говорил Трамп. — Это катастрофа". Трамп потребовал, чтобы военные немедленно пришли на помощь пилотам. Однако Соединенные Штаты не появлялись на территории Ирана с момента свержения правительства, что и привело к кризису с заложниками. Поэтому им предстояло решить, как проникнуть на опасную иранскую территорию и избежать столкновения с войсками Тегерана. По словам высокопоставленного представителя администрации, сотрудники администрации не позволяли президенту присутствовать на совещаниях, где обсуждались подробности операции, поскольку считали, что его нетерпение не пойдет на пользу, и информировали его только о важных моментах. Одного летчика спасли быстро, а вот о спасении второго в ходе рискованной операции американский лидер узнал только поздно вечером в субботу. Того, что могло бы стать самым мрачным моментом за оба срока президентства Трампа, удалось избежать. После 2 часов ночи президент, как и все остальные, ушел спать. Шесть часов спустя Трамп, который привык хвастаться, снова выступил с очередной дерзкой авантюрой, направленной на ослабление контроля Ирана над его самым мощным рычагом давления — Ормузским проливом. "Откройте этот чертов пролив, вы сумасшедшие ублюдки, или будете жить в аду", — написал он в социальных сетях утром в Пасху из Белого дома, сопроводив пост исламской молитвой. Президент, который обожает драму, подходит к новой для себя ситуации — ведению войны — с еще более радикальной версией своего нетрадиционного, максималистского подхода. Он метается между воинственным и примирительным стилем и за кулисами пытается понять, насколько плохо все может обернуться. При этом президент порой теряет концентрацию, отвлекаясь на свои планы по строительству бального зала в Белом доме или на сбор средств в преддверии промежуточных выборов. По словам осведомленных источников, Трамп, как и другие президенты, которые вели войны, борется со страхом отправлять солдат в опасную зону, где некоторые из них получат ранения, а другие и вовсе не вернутся домой. Президент сопротивлялся, в частности, высадке американских солдат на остров Харк, который служит отправной точкой для 90% нефтяных поставок Ирана. Несмотря на то, что ему обещали успех миссии и что захват этой территории обеспечит США доступ к проливу, он опасался неприемлемо высоких потерь среди американцев, сообщили источники. "Они будут легкой мишенью", — заявил Трамп. Тем не менее, президент делал рискованные заявления без консультаций со своей командой по национальной безопасности. В частности, он опубликовал пост о планах уничтожить иранскую цивилизацию, полагая, что подобная нестабильность может подтолкнуть исламскую республику к переговорам. В какой-то момент он даже задумался о том, чтобы выдать себе высшую военную награду страны — Медаль Почета. Трамп проводил предвыборную кампанию под лозунгом положить конец войнам за рубежом, но сделал ставку на то, что с помощью американской авиации и флота сможет решить проблему национальной безопасности, которая мучила семерых его предшественников. Теперь же перемирие под угрозой, важнейший торговый маршрут закрыт уже несколько недель, а в Иране к власти пришли более радикальные политики. Все это может привести к тому, что операция, которая, по словам Трампа, должна была длиться всего шесть недель, затянется. К слову, этот срок уже истек: война началась 28 февраля. Чиновники Белого дома заявили, что, по их мнению, прорыв в переговорах с Ираном возможен уже в ближайшие дни, и они планируют продолжить встречи в Пакистане. Импульсивный стиль президента еще никогда не проходил проверку в условиях затянувшегося военного конфликта. В отличие от успешной операции в Венесуэле, которая укрепила уверенность Трампа, в Иране он сталкивается с более непримиримым противником, который пока не готов пойти на уступки. "Мы наблюдаем поразительные военные успехи, которые все же не приводят к победе, и виноват в этом исключительно президент и то, какой подход к работе он выбрал — недостаточное внимание к деталям и отсутствие планирования", — заявила Кори Шейк, старший научный сотрудник консервативного аналитического центра American Enterprise Institute, которая работала в Совете национальной безопасности при экс-президенте Джордже Буше-младшем. Вскоре после поста Трампа в праздничный день его сотрудники начали принимать звонки от сенаторов-республиканцев и лидеров христианских общин. Они спрашивали: почему он написал "Слава Аллаху" в пасхальное утро? Почему он использовал нецензурную лексику? Трамп часто ругается при личном общении, но обычно сдерживается на публике и в социальных сетях. Когда один из советников позже спросил его об этом, президент ответил, что идея с Аллахом исходила от него самого. По словам высокопоставленных чиновников администрации, Трамп хотел произвести впечатление как можно более неуравновешенного и агрессивного человека, полагая, что это заставит иранцев сесть за стол переговоров. Он сказал, что иранцы поймут такой язык. В то же время президент беспокоился о последствиях. "Как это воспринимают?" — спросил он у советников. (Спикер парламента Ирана назвал эту угрозу безрассудной). Во вторник после Пасхи он выступил с самым радикальным ультиматумом за время своего президентства, заявив, что, если Иран не заключит сделку в течение 12 часов, погибнет целая цивилизация. Опять же, этот пост был спонтанным и не являлся частью плана национальной безопасности, заявили чиновники администрации. Люди по всей Америке и во всем мире пребывали в страхе и растерянности, не понимая, что задумал президент. За кулисами высокопоставленные должностные лица рассматривали этот шаг как способ стимулировать переговоры в войне, которую Трамп отчаянно хотел закончить. Госсекретарь Марко Рубио в частном порядке говорил коллегам, что именно такие формулировки могут заставить иранцев сесть за стол переговоров. По словам советников, Трамп на самом деле хотел напугать иранцев и положить конец конфликту. Менее чем за девяносто минут до истечения срока он объявил о хрупком двухнедельном перемирии. "Президент Трамп в ходе предвыборной кампании с гордостью обещал лишить Иран возможности разработать ядерное оружие, и именно этого мы добились в ходе этой великолепной операции", — заявила пресс-секретарь Белого дома Кэролайн Левитт. По ее словам, президент остается "твердым лидером, в котором так нуждается наша страна". Официальные лица сообщили, что Трамп внимательно следит за ходом войны и считает количество уничтоженных целей ключевым показателем успеха. "Кровь и песок" Решение Трампа начать войну удивило многих из его ближайших соратников. "Кровь и песок", — так он охарактеризовал этот регион во время своего первого срока, объясняя, почему не заинтересован в том, чтобы втягиваться в какой-либо ближневосточный конфликт. После убедительного февральского брифинга премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху в ситуационном центре и неоднократных бесед с группой сторонних союзников, в которую входил сенатор Линдси Грэм* (республиканец, Южная Каролина), он заявил, что верит в способность военных справиться с этой задачей. "Посмотрите, — сказал он советникам, — как быстро они „победили“ в Венесуэле, где за считанные часы захватили президента и поставили на его место более покладистого заместителя". В Иране война началась с ликвидации верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи и других высокопоставленных чиновников. Каждое утро Трампу показывали видеоролики с ошеломляющими взрывами по всей территории исламской республики. Советники рассказали, что он восхищался мощью военных и, казалось, был потрясен масштабом бомбардировок. Тем не менее, Трамп почти ничего не сделал, чтобы убедить американскую общественность в необходимости войны, и вскоре стал испытывать недовольство тем, что его администрация не получала такого же признания со стороны международного сообщества. Левитт объясняла его разочарование тем, что, по ее мнению, СМИ освещали деятельность администрации несправедливо. Члены его команды показали Трампу результаты опросов по промежуточным выборам в ноябре, которые свидетельствовали о том, что война подрывает позиции кандидатов от Республиканской партии. Тем не менее, сам президент не планировал переизбираться, и он считал, что победа над Ираном даст ему шанс перестроить мировой порядок так, как ему не удалось сделать это в первый срок, рассказали два высокопоставленных чиновника. По словам человека, знакомого с его высказываниями, в начале военной операции Трамп заявил: "Если мы сделаем все правильно, мы спасем мир". Закрытие пролива привело к остановке поставок примерно 20% мирового объема нефти, и руководители энергетических компаний вскоре начали нервничать. В середине марта министр энергетики Крис Райт выступил на заседании правления Американского института нефти — главной группы лоббистов в нефтяной отрасли — и заявил, что война закончится через несколько недель, как сообщили участники встречи. Лидеры энергетического сектора опасались, что война приведет к росту цен в гораздо большей степени, чем предполагали в Белом доме, если Трамп пойдет на эскалацию, которая соответствовала бы его риторике, рассказали осведомленные источники. По словам его ближайшего окружения, Трамп колебался между оценкой экономических рисков во время бесед с советниками, в том числе с Райтом и министром финансов Скоттом Бессентом, и настойчивым желанием продолжать войну. Президент говорил своему окружению, чтобы они следили за рынками, и его слова часто волновали их. Тем не менее, вскоре Трамп начал размышлять о том, что военные действия могут обернуться катастрофой. Выступая перед конгрессменами-республиканцами в Дорале, штат Флорида, чуть более чем через неделю после начала войны, Трамп упомянул президентов-демократов, которые терпели неудачу во внешней политике, например, Джо Байдена, который вывел войска из Афганистана. Затем он остановился на неудачной попытке Картера спасти американских заложников, удерживаемых тем же иранским режимом. Европейские страны и альянс НАТО отказались присоединиться к кампании Трампа против Ирана и не захотели помогать в принудительном открытии пролива, что часто вызывало гнев президента. Он возмутился тем, что премьер-министр Великобритании Кир Стармер не спешил разрешить американским войскам использовать британские базы, и презрительно высмеял президента Франции, называя его "Эммануэль" — с утрированным французским акцентом — на встречах в Белом доме после того, как между ними случилась перепалка по поводу войны и жены Макрона. Когда генеральный секретарь НАТО Марк Рютте прибыл в Вашингтон в начале этого месяца на заранее запланированную встречу, Трамп впоследствии сказал официальным лицам, что это во многом было пустой тратой времени, поскольку Рютте не смог заставить членов альянса помочь. Пролив стал особым источником разочарования. Как сообщает TheWall Street Journal, перед тем, как США развязали войну, Трамп сообщил администрации, что правительство Ирана, скорее всего, капитулирует, не успев перекрыть пролив, и что даже если Тегеран попытается это сделать, американские вооруженные силы разберутся с этим. По словам инсайдера из Белого дома, некоторые советники президента не ожидали, что движение танкеров остановится сразу после начала бомбардировок. Впоследствии Трамп удивился тому, с какой легкостью удалось закрыть пролив. "Любой человек с беспилотником может его перекрыть", — говорил он, выражая запоздалое раздражение тем, что этот ключевой водный путь оказался настолько уязвим. В своих выступлениях он то требовал от союзников помощи в его открытии, то настаивал, что Соединенным Штатам не нужна военная поддержка. По словам человека, знакомого с ходом переговоров, в конце марта — примерно за неделю до того, как иранцы сбили самолет — Трамп поручил переговорной группе найти способ начать переговоры. К началу апреля цена на бензин выросла более чем на 1 доллар за галлон, и лидеры отрасли забеспокоились, что риски, связанные с войной, по-прежнему не нашли отражения в рыночных ценах на нефть. Благодаря своему авторитету президент успешно сдерживал рост цен, но реальность скоро даст о себе знать, сказал один из источников, осведомленных о ситуации в отрасли. Однако промышленникам сообщили, что Трамп готов принять политический удар в виде более высоких цен в течение короткого периода времени, сообщил источник. Противоречивые порывы президента, которые проявлялись в его утренних заявлениях, беспокоили его помощников. Они все больше опасались, что война становится бременем для политической жизни страны. Трамп принимал многочисленные звонки от журналистов, рассказывая изданию Axios, что в Иране "практически не осталось целей", и жалуясь итальянской газете на свою бывшую подругу, премьер-министра Италии Джорджу Мелони. В пасхальном интервью TheWall Street Journal он заявил, что может нанести удар по "каждой электростанции" в Иране — нападение на гражданскую инфраструктуру, что потенциально противоречит международному праву. Ближайшие соратники Трампа по очереди говорили президенту, что ему следует ограничить количество импровизированных интервью, поскольку они лишь убеждают общественность в том, что его заявления противоречивы. Иногда Трамп в шутку говорил Левитт, что поговорил с журналистом и сделал громкое заявление, и ей остается только ждать, чтобы узнать, о чем именно идет речь, рассказали сотрудники Белого дома. На некоторое время он согласился ограничить количество бесед с журналистами, но вскоре вернулся к прежней практике. Некоторые советники призывали его выступить с обращением к нации. Глава аппарата Белого дома Сьюзан Уайлс была уверена, что это успокоит страну и покажет, что у Трампа есть план. Поначалу президент не проявил интереса. О чем ему говорить? Он не мог объявить о победе. Он не знал, к чему все это приведет. В конце концов его убедили выступить 1 апреля. Помощники президента и внешние советники собрались в зале, надеясь поддержать его. "США добились успеха на поле боя, и задачи американских вооруженных сил будут выполнены в ближайшее время", — заявил он настроенным скептически американцам. Речь, в которой Трамп не уточнил, как именно Соединенные Штаты намерены выйти из войны, не способствовала росту поддержки среди населения. Спасение в режиме реального времени Непрекращающиеся потрясения, спровоцированные войной, привели к суматохе внутри администрации. В пасхальные выходные команда Трампа работала в ситуационном центре без отдыха: вице-президент Джей Ди Вэнс звонил из Кэмп-Дэвида, а Уайлс — из своего дома во Флориде. Они почти ежеминутно получали отчеты о ходе операции: о проникновении военных на территорию Ирана, о спасательных самолетах, увязших в песках, о попытках отвлечь внимание иранцев. Последнего летчика они называли по кодовому имени. Трамп не участвовал в совещании, но получал информацию по телефону. Вслед за угрозой Трампа уничтожить иранскую цивилизацию чиновники Белого дома обратились к пакистанским коллегам с просьбой о посредничестве в достижении перемирия. По словам представителей администрации, Трамп так злился на европейских лидеров, что никому из них не доверил бы эту роль. В ожидании 20:00 — срока, установленного президентом, — Трамп перескакивал с одной темы на другую, как рассказали сотрудники администрации. С чиновниками он обсуждал поддержку кандидатов на выборах в штате Индиана. Его команда готовилась к промежуточным выборам. Он выслушал должностных лиц, которые говорили о криптовалютах и политике в области искусственного интеллекта. Он также спросил Уайлс и Стива Уиткоффа, главного представителя США на переговорах с Ираном, как обстоят дела. "Подтолкните их к сделке", — неоднократно говорил он Уиткоффу. По словам советников, в Белом доме усилились опасения по поводу угроз безопасности. В последние недели Трамп и его команда отметили усиление мер безопасности. В безоблачную апрельскую ночь в Мар-а-Лаго все зонты на террасе были расставлены не так, как обычно, рассказали гости. Членам клуба сказали, что это делается для того, чтобы ограничить обзор для дронов, сообщил один из посетителей Мар-а-Лаго. Рубио рассказал, что стоял у своего дома на территории военного комплекса и наблюдал за подозрительным беспилотником, сообщили чиновники администрации. Группы охраны Секретной службы получили новое вооружение, которого сотрудники Белого дома ранее не видели. Несмотря на напряженную обстановку, Трамп также сообщил советникам, что хочет обсуждать и другие темы, и хочет, чтобы СМИ уделяли внимание другим вопросам. Когда в марте гости прибыли на встречу с руководством Кеннеди-центра, президент отвел некоторых из них в сторону, чтобы поговорить о бальном зале, который он строит на территории Белого дома. Он показал чертежи, на которых был виден большой котлован, удивляясь тому, что можно построить под землей. Сотрудники администрации рассказали, что еженедельно он проводит несколько встреч по этому вопросу и считает себя генеральным подрядчиком. Еще одна его забота — сбор средств на промежуточные выборы. Через несколько часов после начала военных действий в последнюю субботу февраля он присутствовал на мероприятии по сбору средств в Мар-а-Лаго. Когда некоторые сотрудники поинтересовались, не следует ли отменить мероприятие, Трамп ответил, что ему в любом случае нужно будет поужинать. Вечером после угрозы уничтожить иранскую цивилизацию, Трамп провел в Белом доме прием со спонсорами и высшим руководством в преддверии празднования 250-летия США этим летом. По словам гостей, он размышлял о том, чтобы вручить себе высшую военную награду страны — Медаль Почета, которой удостаиваются за отвагу, мужество и самопожертвование. Позже он объяснил, почему заслуживает эту награду: во время своего первого срока, когда он летел в Ирак, чтобы неожиданно поздравить солдат с праздником, его самолет в темноте снижался к неосвещенной взлетно-посадочной полосе. Он отсчитывал метры до места посадки и вспоминал, как это было страшно. По его словам, пилоты пытались его успокоить, и самолет благополучно приземлился. По его словам, медаль ему не вручили, потому что советник Белого дома Дэвид Уоррингтон, который стоял рядом во время мероприятия, не допустил этого. Пресс-секретарь президента Левитт сказала, что он шутил. * внесен в России в список террористов и экстремистов