Война на несколько фронтов становится тяжким испытанием для израильской армии, экономики и отношений с США. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Когда 28 февраля началось совместное американо-израильское нападение на Иран, Израиль был очень похож на региональную державу, а может, даже и на великую державу. По крайней мере, так утверждал премьер-министр Биньямин Нетаньяху. Причин усомниться в его словах было мало. За предыдущие два с половиной года Израиль вроде бы победил ХАМАС, "Хезболлу" и Иран, которые являются для него злейшими врагами. "Они не поддержат нас": Трамп сделал резкое заявление о союзниках по НАТО ЦАХАЛ показал, что может вести длительные военные действия, продемонстрировал впечатляющие технические возможности вроде атаки на "Хезболлу" при помощи пейджеров, и применял силу по всему региону, нанося удары по Ирану и по хуситам в Йемене. Теперь же он развязал войну, которая, как выразился Нетаньяху, покончит со всеми войнами и станет последним ударом, который ликвидирует иранскую ракетно-ядерную угрозу. За шесть недель боевых действий военный потенциал Ирана был существенно ослаблен, экономика страны лежит в руинах, ключевые объекты инфраструктуры разрушены, а значительная часть военно-политического руководства мертва. Но цели, поставленные Нетаньяху и Трампом в начале операции, никоим образом не достигнуты. Режим сохранил свою власть, он обладает обогащенным ураном и, согласно имеющейся информации, имеет большие запасы баллистических ракет и беспилотников. А самый серьезный момент заключается в том, что Тегеран продемонстрировал способность перекрыть Ормузский пролив. Между тем, "Хезболла" сражается намного упорнее, чем рассчитывал Израиль, и не демонстрирует никакого желания разоружаться. Итак, стал Израиль слабее или сильнее за время этой войны? Это исключительно важный вопрос, и вот почему. Хотя Нетаньяху утверждает, что в войне с Ираном одержана колоссальная победа, он вместе с тем говорит, что борьба далека от завершения. "У нас все еще есть цели, которых нужно достичь, и мы достигнем их либо путем переговоров, либо возобновив боевые действия... Наш палец на спусковом крючке", — сказал он на прошлой неделе в ответ на объявленное президентом США Дональдом Трампом прекращение огня. Ответ на вопрос о послевоенной мощи Израиля отчасти зависит от Ирана и "Хезболлы". Масштабы их потерь, и их способность восстановиться и оправиться, скорее всего, станут ясны только со временем. Такая неопределенность лишь усложняет стратегические проблемы Израиля. С другой стороны, силы и возможности Тель-Авива намного легче оценить, а ситуация здесь не очень обнадеживающая. Могущество Израиля опирается главным образом на три компонента: это его военная мощь, способность экономики и народа содержать все более дорогостоящие и бессрочные войны, а также его союз с США. По всем трем направлениям Нетаньяху довел эти возможности до предела и, похоже, требует еще большего. Армия. На чисто тактическом уровне израильский военный истэблишмент добился впечатляющих достижений после нападения ХАМАС 7 октября 2023 года. Но для этого пришлось израсходовать огромное количество вооружений и денег, а также задействовать крупные людские ресурсы. В целом, Банк Израиля подсчитал, что еще до начала текущей войны с Ираном и "Хезболлой" другие войны обошлись экономике Израиля, объем которой составляет 660 миллиардов долларов, примерно в 116 миллиардов долларов в виде прямых военных расходов. Стоимость нынешнего нападения на Иран является предметом споров, но оценки колеблются от 11 до 18 миллиардов долларов. Даже если боевые действия в Иране и Ливане скоро закончатся, расходы на оборону Израиля останутся высокими. Армия по-прежнему держит свои войска в половине сектора Газа и на обширных территориях в южной части Сирии. Дополнительные силы отправлены на Западный берег для защиты десятков новых поселений. Нетаньяху неохотно согласился на переговоры с Бейрутом, но одновременно заговорил о создании так называемой зоны безопасности на юге Ливана, которая потребует еще большего присутствия войск на местах. Он не проявляет никакого интереса к выводу войск откуда бы то ни было. А в прошлом месяце Нетаньяху сказал: "Мы изменили нашу концепцию безопасности. Теперь мы атакуем и берем на себя инициативу, теперь мы действуем внезапно для наших врагов". Израильское правительство обращается с армией так, будто ее ресурсы безграничны, привлекая ее к новым наступательным действиям и к расширению оккупации. Но оно не сделало ничего, чтобы обеспечить достаточное количество личного состава для выполнения этих задач. Законопроекты о продлении обязательной военной службы и об отмене освобождения от призыва ультраортодоксальных иудеев так и не были утверждены. Резервистов призывают на невероятно долгие сроки, чтобы как-то восполнить нехватку личного состава. Начальник генштаба Эяль Замир в прошлом месяце предупредил министров кабинета, что "ЦАХАЛ может рухнуть сам по себе" из-за нехватки личного состава, которая составляет около 15 тысяч военнослужащих. Что касается боевой техники и вооружений, то объем запасов и степень их износа строго засекречены, но периодически появляются намеки на проблемы, особенно по запасам ракет-перехватчиков. Экономика. Последние 20 лет израильская экономика демонстрирует удивительную стойкость в условиях частых войн. Последние войны ничем не отличаются от прежних: ВВП сокращался в течение нескольких месяцев после атаки ХАМАС в 2023 году и во время 12-дневной войны с Ираном в июне прошлого года; и он наверняка снова сократился в ходе нынешней войны. Но в каждом случае активность быстро восстанавливалась, а экономика продолжала расти даже несмотря на то, что война увеличивала нагрузку на Израиль, где оборонные расходы достигли одного из самых высоких в мире показателей. Отчасти такая стойкость объясняется тем, что израильские предприятия и рабочие привыкли к войнам и научились справляться с трудностями. Но не менее важен тот факт, что правительство содержит свои финансы в хорошем состоянии, имея довольно скромный бюджетный дефицит и сокращая свой долг (в процентах от ВВП). Израильская сфера высоких технологий и газодобыча дали стране возможность привлекать миллиарды долларов иностранных инвестиций и поддерживать устойчивый профицит по счету текущих операций. Щедрая помощь США, составившая около 22 миллиардов долларов с момента начала войны в Газе, также облегчила экономическое бремя. Израиль в состоянии оплачивать свои войны. Но политика Нетаньяху подвергает эту устойчивость испытаниям. Покрывая огромные расходы на ведение всех этих боевых действий, израильское правительство обычно предпочитает избегать повышения налогов и сокращения гражданских расходов. Это помогает сохранить рост экономики, но вместе с тем, государственный долг Израиля подскочил с относительно низкого показателя в 60% ВВП до войны в Газе до прогнозируемых 70,5% к концу 2026 года. Такая долговая нагрузка не очень опасна, но Нетаньяху продолжает вбухивать деньги в армию. Он планирует в течение следующего десятилетия увеличить оборонный бюджет на 116 миллиардов долларов, а это означает резкое увеличение военных затрат до 6% ВВП. Такой объем расходов ляжет тяжким бременем на экономику в результате увеличения долга и/или повышения налогов, а также снижения гражданских расходов. Соединенные Штаты. Нападение ХАМАС в 2023 году принесло Израилю беспрецедентные объемы американской военной, финансовой и дипломатической помощи и поддержки. Совместное нападение на Иран, по-видимому, подняло эту поддержку на новый уровень. Но все это может стать апогеем в американо-израильских отношениях, после чего наступит спад. Война против Ирана нанесла ущерб Трампу в политическом плане в критические месяцы, предшествующие ноябрьским промежуточным выборам. Нет никаких признаков того, что президент настроен против Нетаньяху, однако премьер-министр и Израиль вполне могут стать козлами отпущения в случае военных неудач. Сообщение New York Times о том, как Нетаньяху убедил Трампа начать войну и осуществить смену режима, несмотря на сомнения некоторых высокопоставленных руководителей из администрации, может положить начало такой кампании. Если так и произойдет, у Израиля останется гораздо меньше возможностей влиять на политику в Вашингтоне, особенно в вопросе ведения боевых действий. Трамп покинет свой пост в 2029 году, но проблемы Израиля в США не ограничиваются мстительным президентом. Они гораздо глубже. Кровопролитная война в Газе привела к резкому ухудшению американского общественного мнения об Израиле, а военная кампания против Ирана может еще больше обострить ситуацию. В марте исследовательский центр Пью провел опрос, который показал, что 60 процентов американцев придерживаются крайне или несколько неблагоприятного мнения об Израиле. В 2022 году эта цифра составляла 42 процента. Наиболее сильны негативные взгляды на Израиль у демократов, но формирующаяся тенденция среди республиканцев также не сулит ему ничего хорошего. В республиканском лагере 57 процентов сторонников Великой старой партии в возрасте от 18 до 49 лет относятся к Израилю негативно. Многие видные деятели движения MAGA утверждают, что Нетаньяху уговорил Трампа совершить нападение, которое в основном служит интересам Израиля. Противники войны из движения MAGA, скорее всего, пока находятся в меньшинстве, но это громкая и влиятельная сила, которая вполне может получить поддержку и новых сторонников, если экономические и политические последствия войны будут усугубляться. Даже несмотря на то, что три компонента израильской мощи кажутся все более хрупкими и неустойчивыми, Нетаньяху ведет себя так, будто ничего не происходит. А какой у него выход? Критики говорят, что Нетаньяху должен использовать военные достижения Израиля в качестве рычага для заключения дипломатических соглашений. Но Нетаньяху демонстрирует неверие в соглашения, где речь идет о национальной безопасности. В какой-то степени такая точка зрения оправдана. Правительства Ливана и Сирии слишком слабы, чтобы выполнять свои обязательства. Иран и ХАМАС являются идеологическими противниками самого существования Израиля и поэтому не склонны вести переговоры с целью заключения содержательных соглашений. Загвоздка в том, что подавляющее военное превосходство Израиля над врагами не заставило их подчиниться. Даже ХАМАС отказался отступить, несмотря на потерю практически всех своих военных возможностей и довоенного руководства, а также на утрату контроля над половиной сектора Газа. Таким образом, Израиль, судя по всему, обречен на неопределенное будущее, в котором его ждут нескончаемые войны на фоне сокращения ресурсов и отсутствия полной поддержки американского покровителя.