Обещание Трампа о следовании реалистичной внешней политике "Америка прежде всего" привело не к полному разрыву отношений, а к очень противоречивой ситуации. Первый год президентского срока Трампа, от которого ждали более реалистичной внешней политики под лозунгом "Америка прежде всего", привел не к полному разрыву отношений, а к очень противоречивой ситуации. В результате оценка успехов может показаться довольно неоднозначной. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> С одной стороны, можно отметить определенные успехи благодаря ответственной государственной политике: новая Стратегия национальной безопасности, которая подвергла пересмотру мировое лидерство США, возобновление диалога с Россией и некоторые дипломатические успехи, достигнутые благодаря выгодным сделкам. С другой стороны, особенно в отношении Латинской Америки, продолжается необдуманная политика вмешательства в дела других государств, а также стратегическая непоследовательность, например, на Ближнем Востоке. Это является наследием традиционной внешней политики, от которой администрация Трампа обещала отказаться. "Так не делается": в США резко высказались о действиях России на СВО На данный момент основная проблема состоит в том, что правительство США находится в подвешенном состоянии между тенденциями к сдержанности и прежней политикой, подразумевающей опасное вмешательство в дела других стран. Пять успехов внешней политики реализма и сдержанности в 2025 году: 1. Новая стратегия национальной безопасности (СНБ). Эта стратегия знаменует важный, хотя и неполный, отход от стремления к доминированию. Официальный отказ от глобального доминирования означает долгожданный разрыв с политикой, которая установилась после холодной войны и привела к бесконечным войнам и стратегическому перенапряжению сил. Определение власти, баланса сил и приоритетов в качестве центральных столпов государственного управления и явный отказ от идеологии "демократия против автократии", которая являлась краеугольным камнем стратегии администрации Байдена, позволяют проводить более целенаправленную и устойчивую внешнюю политику. Этот подход становится наиболее очевидным в отношении к Украине, где признается необходимость контроля угрозы эскалации с Россией как с ядерной державой. Хотя в новой стратегии наметились тенденции к отказу от стремления к доминированию, переход к политике сдержанности пока полностью не осуществлен. Внимание к событиям в Западном полушарии является разумным, но продолжающееся стремление Вашингтона к применению инструментов давления в Латинской Америке угрожает ухудшить положение США в регионе и подтолкнуть латиноамериканские страны в сторону Китая, который уже стал главным торговым партнером для многих государств Латинской Америки. Хотя Национальная стратегия безопасности правильно признает упадок Европы во многих сферах, ее формулировки об "исчезновении Европы как цивилизации" кажутся чрезмерно драматичными, а открытое заигрывание с европейскими националистическими партиями может иметь обратный эффект, подобно тому, как риторика администрации Трампа в отношении Канады повредила популярности протрамповского кандидата в этой стране. Вопрос заключается в том, сможет ли эта зарождающаяся концепция воплотиться в реальную политику сдержанности. На данный момент СНБ стала важным, хотя и недостаточным, первым шагом от политики доминирования к более реалистичной глобальной стратегии. 2. Возобновление взаимодействия с Россией по вопросу Украины. Отношение администрации Трампа к конфликту на Украине является, пожалуй, самым ярким, хотя и спорным, проявлением зарождающейся стратегической сдержанности. Основная цель президента Дональда Трампа — положить конец конфликту. В этом проявляется отказ от прежней политики бесконечной прокси-войны и разрыва дипломатических отношений с Москвой. Трампу следует отдать должное за возобновление прямого диалога между Россией и США, запуск мирной инициативы и сопротивление, в том числе со стороны собственной партии, продвижению мер, ведущих к эскалации, например, поставке ракет "Томагавк" Украине или введению вторичных санкций в отношении российской нефти. Однако такой успех остается далеко не полным. Инициатива Трампа была подорвана его непоследовательной риторикой и не самым правильным подходом к заключению сделки. По-настоящему успешная стратегия требует более последовательных действий. Особенно важно избежать ловушки в виде предоставления Украине гарантий безопасности, подобных тем, которые дает НАТО. На данный момент переход от максималистских целей к активной, пусть и непоследовательной, дипломатии представляет собой оптимальный путь к прекращению конфликта и снижению риска прямой конфронтации между Россией и НАТО. 3. Прогресс в отношениях с Белоруссией. Это достижение стало результатом осторожных и взвешенных переговоров с белорусским правительством, заменивших бесплодное морализаторство и максималистскую риторику, характерную для администрации Байдена и европейских чиновников. Нынешний подход США, осуществляемый специальным посланником Джоном Коулом (который заслуживает похвалы за это достижение), привел к освобождению более ста важных политических заключенных в Белоруссии в обмен на снятие санкций с некоторых белорусских сельскохозяйственных экспортных товаров и перспективу дальнейшей нормализации отношений. Этот процесс продемонстрировал как Минску, так и его близкому союзнику Москве, что Вашингтон может быть прагматичным игроком и что санкции не являются бессрочными и могут быть сняты в обмен на конкретные уступки. Это в свою очередь создает мощный стимул для переговоров. 4. Сдержанность в отношении Йемена. Перемирие между США и хуситами в 2025 году является ярким примером политики сдержанности "Америка прежде всего" в действии. Обеспечив прекращение атак на американские корабли в обмен на ограничение ударов со стороны США, администрация Трампа следует четко определенным интересам безопасности с помощью целенаправленной дипломатии, которой способствовал Оман. Важно отметить, что этот успех был достигнут благодаря отказу преследовать амбициозные и нереалистичные цели посредством заключения данного соглашения, например, требование к хуситам прекратить свою кампанию против Израиля при отсутствии перемирия в Газе. Такое целенаправленное стремление к прямому и взаимному соглашению позволило избежать ловушки еще одной бесконечной войны на Ближнем Востоке. 5. Внутренние изменения. В 2025 году набирало обороты межпартийное движение за сдержанность во внешней политике. Наиболее ярким символом этого движения стал стратегический союз между республиканским конгрессменом Томасом Масси и демократическим конгрессменом Ро Кханной. Их партнерство, направленное на восстановление конституционных полномочий Конгресса в отношении войны, стало мощным инструментом для растущего консенсуса между левыми и правыми против продолжения бесконечного конфликта. Одновременно произошел значительный идеологический сдвиг в правой части политического спектра, особенно среди молодых республиканцев, которые все более скептически относятся к безоговорочной поддержке Израиля. В совокупности эти события привели к расколу в давней традиционной двухпартийной системе внешней политики, что стало предпосылкой к многообещающей внутренней перестройке в пользу политики сдержанности. Пять провалов внешней политики реализма и сдержанности в 2025 году: 1. Провал атаки на Иран. Это была катастрофическая стратегическая ошибка. После многообещающих переговоров с Ираном США присоединились к ударам Израиля по Ирану и свели на нет весь достигнутый прогресс в переговорах. Поддержка администрации США израильских красных линий (запрет на обогащение урана) вместо американских (запрет на производство оружия) завело переговоры в тупик. Сейчас премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху выступает за еще одну войну с Ираном, на этот раз из-за баллистических иранских ракет (хотя Трамп утверждает, что ядерная инфраструктура была уничтожена во время ударов со стороны США). Способность Трампа противостоять давлению покажет, насколько важна для него приверженность политике сдержанности на Ближнем Востоке, хотя недавние события пока не вселяют оптимизма. 2. Безрассудная эскалация конфликта с Венесуэлой. Необдуманные действия по перехвату судов без явных доказательств их преступной деятельности является незаконным актом войны без разрешения Конгресса. Администрация Трампа предлагает различные обоснования своей агрессивной позиции. Сначала речь шла о борьбе с наркотрафиком, затем США перешли к обвинениям Венесуэлы в "краже американской нефти". Это создает впечатление, что настоящей целью Трампа является смена режима в Каракасе. 3. Продолжение сирийского кризиса. Гибель американских военнослужащих в Сирии является прямым следствием неспособности решительно завершить военные действия после разгрома местного халифата ИГИЛ*. Американские войска остаются в Сирии без четкой стратегической цели, что делает их постоянной мишенью для ИГИЛ* и других враждебных сил. Распространено мнение о том, что Ближний Восток больше не должен являться приоритетом во внешней политике США. Вместо того, чтобы обеспечивать американские интересы, бессрочное размещение войск в Сирии втягивает США в местные конфликты и грозит будущими жертвами. Единственный способ предотвратить дальнейшие человеческие потери — осуществить наконец полный вывод войск из Сирии. Присутствие США в этой стране больше не имеет разумных обоснований, как раньше, и стало опасным бременем для страны. 4. Неспособность оказать давление на Израиль. Полная неспособность администрации Трампа оказать ощутимое давление на Израиль в 2025 году представляет собой двойной провал внешней политики сдержанности, отказ как от дипломатического влияния, так и от принципов международного права. Благодаря безоговорочной поддержке со стороны США Израиль даже не пытается соблюдать перемирие в Газе, достигнутое при посредничестве Трампа, не говоря уже о попытках найти политическое решение палестинской проблемы. Грязная подстава России: вот как теперь очерняют репутацию сверхдержавы Поддержка Израиля со стороны США усугубилась решением администрации Трампа ввести санкции в отношении судей Международного уголовного суда, расследующих причины конфликта. Наказание юристов за соблюдение международного права для того, чтобы позволить своему союзнику избежать ответственности, совершенно не совпадает с политикой сдержанности и принципом "Америка прежде всего". Эта недальновидная и безрассудная стратегия ставит Америку в положение соучастника конфликта и пособника несправедливости. 5. Невыполнение Конгрессом своих обязанностей в отношении военных полномочий. В декабре 2025 года Конгресс не выполнил свою основную конституционную обязанность. Палата представителей с минимальным перевесом в 213 голосов против 211 отклонила резолюцию о запрете несанкционированных военных действий против Венесуэлы. Это было не просто политическое разногласие, а невыполнение законодательной властью своих полномочий по объявлению войны. Голосование состоялось после того, как президент Трамп уже ввел блокаду Венесуэлы (согласно международному праву, это относится к военным действиям) и сосредоточил мощные военно-морские силы в Карибском море, создав явные предпосылки для открытого конфликта. Эльдар Мамедов — эксперт по внешней политике, проживающий в Брюсселе. Является зарубежным научным сотрудником в Институте Куинси. * Террористическая группировка, запрещенная в России