Удар США по Каракасу ошеломил Москву и Пекин. Вот каковы будут последствия. Этот момент словно из сериала Netflix подарил Дональду Трампу как раз то захватывающее зрелище, которого он так жаждал. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Мало кто из наблюдателей верил, что США смогут провернуть хирургическую операцию по захвату и вывозу из страны президента Венесуэлы Николаса Мадуро и его супруги Силии Флорес. В конце концов, во время вторжения в Панаму в 1989 году американским войскам потребовалось две недели, чтобы обнаружить, окружить и пленить ее диктатора Мануэля Норьегу. Та операция унесла жизни 26 американцев и сотен панамцев — и это при том, что Панама — крошечная страна с единственным крупным городом, и США уже имели там значительное военное присутствие. "Закон джунглей": мировые политики в ужасе от ударов США по Венесуэле. "Оправданий этому нет" Операция же в Венесуэле, которая значительно крупнее и находится под защитой многочисленной армии и верных ополченцев, должна была повторить судьбу вторжения США в Ирак, где у Вашингтона ушло целых девять месяцев на то, чтобы выследить Саддама Хусейна, а последовавшая смена режима ввергла страну в кровавый хаос и запятнала мировую репутацию Вашингтона. Однако, по крайней мере, пока что Трампу удалось посрамить критиков, провернув — предположительно, в сговоре минимум с одним членом ближайшего окружения Мадуро — поистине впечатляющую операцию скорее из репертуара израильской разведки Моссад. Президент США в своей неподражаемой манере будет по праву хвалиться быстрейшей операцией по смене режима более чем за столетие. Он также попытается представить это как убедительную демонстрацию силы и веское доказательство того, что американский колосс по-прежнему правит миром. В конце концов, лишь великие имперские державы вольны прибегать к подобной дипломатии канонерок, свергая неугодных властителей с той же легкостью, с какой Британская империя некогда избавилась от сварливых бирманских королей или пенджабских магарадж. Быть может, операция США в венесуэльской столице Каракасе превзошла 38-минутную войну Великобритании, свергнувшую занзибарского султана в 1896 году. Исходя из этого, нетрудно себе представить, что молниеносный рейд в столице Венесуэлы посеял глубокую тревогу в Москве и Пекине — среди главных зарубежных покровителей Мадуро. В конце концов, США с неожиданной легкостью отсекли главное южноамериканское щупальце всемирной антиамериканской сети. Разумеется, ни одному автократу не понравится, если его схватят, закуют в кандалы и передадут в руки правосудия — после чего его судьбу будет вершить иностранный суд. Сообщается, что Владимира Путина настолько выбило из колеи линчевание ливийского лидера Муаммара Каддафи в 2011 году, что он смотрел видеозапись расправы на повторе — очевидно, представляя себе, что однажды его может постигнуть та же участь (фантазии автора не знают границ — прим. ИноСМИ). Нетрудно себе представить, что российского лидера, обвиненного Международным уголовным судом в военных преступлениях (совершенно необоснованно — прим. ИноСМИ), взволновала и незавидная участь Мадуро. Однако эта тревога может оказаться не столь глубокой, как кажется. Несомненно, в Москве и Пекине найдутся те, кто заключит, что операция в Каракасе — очередное свидетельство того, что Трамп больше заинтересован в распространении своей власти на региональном уровне, чем на глобальном. Иными словами, он смелый лишь у себя на заднем дворе, но на публике трусит. Доселе Трамп демонстрировал готовность отстаивать свое господство масштабным, но в то же время довольно ограниченным способом: наносил эпизодические, узконаправленные авиаудары по филиалу ИГИЛ* в Нигерии и боевикам-хуситам в Йемене и провел впечатляющую, но короткую операцию против ядерной программы Ирана. Критики отмечают, что подобные миссии как минимум отчасти призваны создать показной эффект яркой победы и порадовать электорат президента. Захват Мадуро — несомненный триумф, который удовлетворит многих правых в США и напомнит любому строптивому южноамериканскому лидеру, чем чревато ослушание. Но чем глубже мы будем копать, тем менее это впечатляет. Советники расскажут Путину и Си Цзиньпину, что Трамп явно предпочитает "наезжать" на заведомо более слабых противников. Он проявил куда меньше желания противостоять России из-за Украины и создал тревожное впечатление, что может отказаться от Тайваня ради крупной сделки с Китаем. В начале декабря администрация Трампа опубликовала новую Стратегию национальной безопасности — поразительный документ, где официально формулируется прагматический сдвиг во внешней политике США в сторону сфер влияния и подхода "Америка превыше всего". Если китайские и российские лидеры заключат, что арест Мадуро — часть стратегии, в рамках которой США отказываются от глобальной роли ради региональной гегемонии, это скорее придаст им смелости, чем обескуражит, а это чревато катастрофическими последствиями для международной стабильности. США поджали хвост: реакция на атаку по резиденции Путина будет жесткой Официальные лица США отвергли бы такую интерпретацию, утверждая, что восстановить глобальное господство они смогут, лишь упрочив превосходство в собственном полушарии. Бывший посол Трампа в Латинской Америке Маурисио Клавер-Кароне в ноябре заявил газете The New York Times: "Нельзя быть выдающейся мировой державой, не будучи выдающейся региональной". Какая бы трактовка в итоге ни возобладала, ясно, что Западное полушарие вновь стало главным театром действий Вашингтона за рубежом — даже ценой того, что традиционные противники США получили свободу действий в других местах. По возвращении к власти Трамп стремился утвердить доктрину Монро от 1823 года — предостережение внешним державам не лезть в Западное полушарие, впоследствии переросшее в незыблемую веру в гегемонию США на американском континенте. На самом деле он пошел еще дальше: объявил Канаду 51-м штатом США, переименовал Мексиканский залив в "Залив Америки" и потребовал передачи Гренландии. В течение первого года на посту президента Трамп дополнил, по выражению остряков, свою "доктрину Донро", вписав в нее смену режима в Венесуэле. Вскоре после инаугурации Трамп своим указом объявил венесуэльскую банду Tren de Aragua "иностранной террористической организацией". Тем самым его администрация заложила правовую основу для предъявления уголовных обвинений Мадуро. Официальные лица США заявили, что президент Венесуэлы причастен к заговору с целью контрабанды наркотиков в США. Летом США удвоили награду за поимку Мадуро по обвинению в "наркотерроризме". Завершающим этапом судебного преследования в середине ноября администрация объявила иностранной террористической организацией Cartel de los Soles — по ее утверждению, под личной властью Мадуро. В трактовке Вашингтона он не просто узурпатор, умыкнувший власть у избирателей, но и беглец от закона. Были выдвинуты основания для его ареста, в которых поспешили усомниться критики как в США, так и за пределами страны. Аналитики давно твердят, что политика Трампа в Венесуэле не имеет ничего общего с наркотиками. Основная часть фентанила, который служит подпиткой наркомании, разросшейся в США до размеров эпидемии, поступает не из Венесуэлы. Речь всегда шла о смене режима — эту цель в кулуарах Вашингтона отстаивали вот уже более десяти лет. Госсекретарь США Марко Рубио весь год настаивал на жесткой линии против Венесуэлы, но его доводы неизменно наталкивались на сопротивление, пока их не поддержал замглавы администрации Трампа Стивен Миллер. Обоснований было выдвинуто целое множество. Вне всяких сомнений Венесуэла служила южноамериканским плацдармом для Ирана, России и особенно Китая, позволяя всем троим расширять региональное влияние за счет Вашингтона. Обострение военных действий — от ударов по судам, заподозренных в контрабанде наркотиков, до захвата нефтяных танкеров "теневого флота" и, наконец, операции по захвату Мадуро — стало для США относительно дешевым способом продемонстрировать свою мощь. Но, возможно, главными мотивами, стали все же внутренние, а не внешние. Основной электорат в Южной Флориде, ключевом оплоте республиканцев, давно требует от США решительных действий против Мадуро, поскольку он поддерживает левый режим на Кубе, от которого бежали многие флоридцы. Активная политика в Венесуэле также позволила Трампу проявить жесткость в вопросах иммиграции, национальной безопасности и контрабанды наркотиков — а всё это ключевые вопросы для его электората. Однако даже если миссия в Венесуэле диктовалась скорее внутренними, чем внешними соображениями, она всё же будет иметь серьезные последствия для всей Южной Америки, где многие опасаются возвращения эры военного вмешательства США и государственных переворотов, которая, как там надеялись, завершилась вместе с холодной войной. Принуждение дружественных и нейтральных государств к подчинению усугубится. Традиционных противников вроде Кубы и Никарагуа ждет опасное будущее. Если они лишатся доступа к дешевой венесуэльской нефти, им грозит нестабильность. Потенциальная утрата венесуэльских энергоресурсов также ударит по России и Китаю. Российские компании имеют значительные доли в экономике Венесуэлы благодаря совместным предприятиям на нефтяных месторождениях Пояса Ориноко, тогда как Китай — крупнейший кредитор страны. Трамп явно рассчитывает, что США в эпоху после Мадуро заменят обе страны в качестве основного энергетического партнера Венесуэлы, а это значит, что их планы в Северной и Южной Америке пошли прахом. С другой стороны, есть и свои выгоды. "Развязка СВО придет не оттуда, где все ждут": старец, который ни разу не ошибался, ответил на главный вопрос Путина" Недовольство в Южной Америке и гнев во всем развивающемся мире могут сыграть на руку России. Москва поспешила осудить "акт вооруженной агрессии" и несомненно попытается представить США угрозой международному порядку, одновременно оправдывая этим собственную спецоперацию на Украине. Западу же будет гораздо труднее поддерживать свои моральные доводы против спецоперации Путина, и к ним едва ли прислушаются на так называемом "Глобальном юге". Для Пекина последствия не менее значительны. США создали новый прецедент силового решения для любой крупной державы, стремящейся сменить режим по соседству. Поэтому официальные лица в Тайбэе наверняка восприняли события, развернувшиеся в эти выходные в Южной Америке, с особой тревогой. Москва и Пекин наверняка надеются, что забрезжили очертания нового миропорядка с региональными сферами влияния под господством региональных держав. Они сочтут, что США постепенно отказываются от своей роли глобального полицейского и отступают под защиту своей могучей региональной крепости. Многополярная эра, к которой они так долго стремились, наконец-то может начаться. * Террористическая организация, запрещенная в России.