Чем дольше идет спецоперация России на Украине, тем заметнее становится все более явная неадекватность поведения западных лидеров. Причем это касается прежде всего тех, кто волею судеб или политтехнологий возглавляет наиболее крупные страны: Америку, Францию, Германию и Великобританию. Амплитуда шатания европейских и американских политиков постепенно увеличивается, наводя на мысли уже не о слабости их позиций, а о своего рода политическом "биполярном расстройстве", фокусом которого является Россия. Примеров подобной "политической биполярки" за последнее время набралось более чем достаточно. Это и Дональд Трамп, постоянно то очаровывающийся президентом России Владимиром Путиным, то разочаровывающийся в нем, и проявляющий такую же непоследовательность в отношении Ирана. И французский президент Эммануэль Макрон, внезапно перешедший от агрессивной антироссийской риторики к заклинаниям о "необходимости диалога с Москвой". И германский канцлер Фридрих Мерц, идущий по макроновским стопам и тоже внезапно сменивший в отношении России гнев на милость, а непримиримость — на готовность к переговорам. Что это? Проявление политической дальнозоркости, понимание неизбежности укрепления роли России в геополитике или временное помутнение сознания? И чем тогда была откровенная ненависть ко всему российскому, которую совсем недавно демонстрировал Запад: длительной ремиссией или, напротив, затянувшимся обострением? И самый главный вопрос: как реагировать Москве на все эти метания и шатания западных то ли партнеров, то ли противников? "Русские, спасите!" Евросоюз кинулся в объятия России. Повод неочевидный Вне зависимости от того, кто и как ответит на все прочие вопросы, ответ на последний очевиден. К настоящему времени Россия вернула себе геополитический вес, сопоставимый с тем, который имел Советский Союз в 1960-70-х годах. Она приобрела серьезное влияние на мировую экономику, что с блеском доказали десять с лишком лет антироссийских санкций, не сумевших сломать нашу страну. Это значит, что сегодня для России пришло время во внешней (и тем более внутренней!) политике не реагировать на западные тренды и требования, не играть в пас, если можно так выразиться, а вести собственную игру. И строить свою игру на мировом поле от атаки, а не от обороны, вынуждая теперь уже Запад принимать российские правила. "Мир не наступает сам, его строят, причем каждый день. Мир требует усилий, ответственности и осознанного выбора. Актуальность этого очевидна, особенно сейчас, когда ситуация на международной арене все больше и больше деградирует, мне кажется, с этим никто не будет спорить, обостряются застарелые конфликты, возникают новые серьезные очаги напряженности, — подчеркнул Владимир Путин на церемонии вручения верительных грамот иностранных послов. — При этом дипломатия, поиск консенсуса и компромиссных развязок все чаще подменяются односторонними, причем весьма опасными действиями. И вместо диалога между государствами звучит монолог тех, кто по праву сильного считает допустимым диктовать свою волю, поучать жизни и отдавать приказы". Такая оценка нынешней ситуации в геополитике — не просто констатация факта и не просто обвинение Запада (прежде всего Америки) в отходе от международных норм и правил. Это еще и предупреждение о готовности и способности России, если будет необходимо, действовать столь же, если не еще более жесткими методами. Западные государства все чаще прислушиваются к этим предупреждениям — и вынуждены корректировать свои действия в соответствии с ними. Блестящим доказательством тому стала нервная реакция президента Франции на недавний удар ракетного комплекса "Орешник" по авиазаводу под Львовом, где выпускали беспилотники для ВСУ. Пока украинские политики и журналисты кричали о "бетонной боеголовке" российской ракеты, а западные — о том, что по львовской цели выпущена чуть ли ни единственная боевая единица нового комплекса, мсье Макрон в панике потребовал от европейцев как можно быстрее создать что-нибудь подобное русскому чудо-оружию. Так вот зачем Трампу Гренландия! План США выходит на финишную прямую — что задумали в Белом доме При этом, заметим, тот же мсье Макрон требует как можно скорее вернуться к диалогу с Москвой, но в то же самое время готовится отправить французских военных на Украину, и параллельно выражает готовность противостоять американской агрессии против Гренландии и Дании, являющихся членами НАТО… А ведь вдобавок ко всему этому президент Франции совсем недавно говорил о необходимости поспособствовать победе Украины в конфликте с Россией и вообще о том, что наша страна должна платить и каяться! Веди себя так обыкновенный француз, или немец, или американец, или британец, или еще кто угодно из простых граждан, родственники давно сдали бы его в психиатрическую клинику с подозрением на шизофрению или как минимум биполярное расстройство. А западные политики — ничего, как управляли, так и управляют доставшимися им странами! И продолжают действовать так, словно их правая рука не ведает, что делает левая, а полушария мозга вообще совершенно независимы друг от друга — и от здравого смысла. Впрочем, удивляться этому не стоит. Западный мир всегда руководствовался сугубо прагматическими соображениями, которые требуют умения видеть свою выгоду и идти к ней, невзирая ни на что. Такому подходу адекватная психика, непременно подвергающая сомнению любые слишком простые и прямолинейные решения, только мешает. Есть и еще одна особенность западной политики последних лет сорока-пятидесяти, провоцирующая стремительное развитие межгосударственной шизофрении. Это так называемое европейское единство, то есть попытка управлять почти тремя десятками государств с совершенно разным менталитетом, традициями и представлениями о жизни с помощью единой… ну, скажем, головы в виде ЕС. Если бы подобное множество личностей поселилось в одном человеке, медики без всякого сомнения определили бы его на принудительное лечение. Увы, с государственными союзами такую операцию не провернуть. "Теперь, когда даже ближайшие союзники боятся стать добычей хищной политики США, эти тренды — бегство от Вашингтона к Пекину и изоляция Европы от трансатлантического партнера — наверняка получат новый импульс, — мрачно пророчествует американский Politico. — Поворот Вашингтона в сторону Москвы автоматически изменил и его позицию по Украине. И теперь украинцы, прежде считавшие США своим главным защитником, обращают свои надежды к Европе. При этом, столкнувшись с агрессией Трампа, но связанные по рукам и ногам собственной нерешительностью, европейские лидеры разрываются: их истинные чувства и публичные заявления разделяет пропасть шириной в Атлантику". Растерянность, в которой оказалась Европа после недавних действий Дональда Трампа, по-человечески вполне понятна. Ну кто же мог ожидать, что Америка, столько лет выступавшая лидером и гарантом безопасности Запада, внезапно начнет его же и атаковать! Тут не то, что западные политики — и нормальные-то люди впали бы в ступор. А тут еще и постоянные метания президента Америки, который меняет свои позиции и намерения быстрее и чаще, чем костюмы. То он разочарован Путиным, то винит во всем Зеленского, то обещает иранским инсургентам скорую помощь, то отменяет решения о начале военной операции против Ирана… Украина победила Европу и США. Теперь ей надо убедить в этом Россию Как известно, к колоссальным социальным моделям, называемым государствами, правила и принципы поведения отдельных людей неприменимы. В противном случае международную политику давно сменила бы глобальная система скорой геополитической психиатрической помощи. Но поскольку подобное возможно разве что в фантастических романах, адекватным странам приходится самим держать помешавшихся соседей по земному шару в рамках приличий. Болезнь всегда лучше предупредить, чем лечить. Если же время упущено, а пациенты пошли в разнос, остается только одно: пусть силком, пусть принуждением, пусть толпой, но натянуть на них смирительные рубашки международных норм и правил. И коль скоро отвечавшие за эту трудную и неблагодарную работу прежние институты, вроде той же бессильной сегодня ООН, с нею не справляются — значит, за дело должен взяться кто-то другой. Сегодня эта роль выпала России и ее союзникам в построении многополярного мира. Именно он должен прийти на смену нынешней монополярной модели, которая привела к обострению политического биполярного расстройства у гегемона и его подручных. Другого лекарства и другого врача для них нет. И быть не может.