Американо-израильская война с Ираном продолжается уже третий месяц. Средняя продолжительность международного конфликта за последние два века составляет три-четыре месяца, хотя многие войны длились гораздо дольше. Однако ничто не предвещает, что эта близится к концу. Более того, вполне возможно, что она вступает в новую фазу, в которой перспективы решительных перемен — будь то на поле боя или за столом переговоров — тают. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Поэтому необходимо внести соответствующие коррективы в устоявшуюся систему взглядов. Вместо решительного завершения, окончательного урегулирования или соглашения за столом переговоров эта война может кончиться тем, что станет лишь еще одним витком продолжающегося уже полвека противостояния США и Ирана. Текущий момент определяется пятью фактами. Итог "смены эпох". В ФРГ зреет скандал: требуют отчет за сотни миллиардов 1) Безвыходный тупик Хотя США не оставляют надежд договориться с Ираном, тупик, в который зашел весь регион, вполне может стать новой нормой. Иран причиняет боль США и их союзникам, перекрыв Ормузский пролив. Американская контрблокада, в свою очередь, пагубно сказывается на самом Иране. Однако ни экономическая война, ни военная эскалация не привели к успеху — ни на поле боя, ни на переговорах. Администрация Трампа отклонила предложение Ирана открыть пролив в обмен на снятие контрблокады США с последующим переходом к диалогу по более общим вопросам. Но и никаких альтернативных решений пока не принято. Спецназ США готовится к молниеносному рейду на российский космодром: сенсационное сообщение американских СМИ Всякому, кто внимательно следит за развитием американо-иранских отношений последние полвека, эта последовательность покажется знакомой: конфликт, столкновение и временное перемирие. Безусловно, этот раунд отличается гораздо более жесткой тактикой и далеко идущими последствиями второго и третьего порядка, которые затмевают все прошлые обострения. Однако можно с уверенностью сказать, что нынешний раунд, как и все предыдущие, не станет решающим. Режим наверняка выживет, однако станет менее предсказуемым и более радикальным. Ядерная проблема также не решится, хотя Ирану потребуется некоторое время, чтобы восстановить программу. Союзники Ирана, включая "Хезболлу" и ХАМАС, лишь ослаблены, но не ликвидированы. Хуситы в Йемене не оставляют угроз судоходству в Красном море. Что бросается в глаза сегодня, так это объективная реальность: операция "Эпическая ярость" ослабила Иран, но при этом озлобила его. Теперь его руководство не настроено соглашаться ни на что иное, кроме четкого и окончательного урегулирования. США и Израиль нанесли противнику удар, но не решительное поражение. Они добились значительных тактических побед, но не стратегического успеха. Это не совсем хрестоматийное "постирать, прополоскать и при необходимости повторить", но схема ясна. США и Иран оба заявят, что выиграли этот раунд — но, опять же, это всего лишь раунд. За ним почти наверняка последуют другие. 2) Нет перспектив соглашения Ничто из этого не должно вызывать удивления. С Ираном невозможна выгодная сделка, не говоря уже о голливудском "хэппи-энде". Вот почему целый ряд администраций США от обеих партий стремились к более реалистичным политическим или военным соглашениям. Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД) имел свои изъяны, но был весьма действенным инструментом, призванным выиграть время, ограничить ядерную программу Ирана и максимально отдалить режим от обладания ядерным оружием. Однако на самом деле США пошли на этот широкий жест в силу суровой необходимости. Иранское руководство представляет собой репрессивный и авторитарный клерикальный режим, твердо придерживающийся идеологии "смерть Израилю и Америке". Оно по-прежнему преисполнено решимости распространять влияние через сеть союзников и ставленников, которые в основном преследуют ту же цель. Оно не заинтересовано менять отношения с США. Как бы то ни было, два месяца войны ожесточили Иран и отбили у режима всякую охоту соглашаться на решения, которые грозят ослабить его власть. Даже более предметное соглашение — усовершенствованная ядерная сделка, которая казалась возможной после того, как президент Дональд Трамп разорвал первоначальное соглашение в 2018 году, — теперь маловероятно. 3) Вашингтон утратил инициативу Горькая ирония в том, что одним из решающих моментов этой войны стало решение закрыть Ормузский пролив — и его принял Иран, а не Трамп. Воспользовавшись проливом ради политической и финансовой выгоды, Иран настроен увековечить это приобретение. Как недавно заметил Рэй Такей из Совета по международным отношениям, Иран не собирается отказываться от контроля над своим "Панамским каналом" — тем более навсегда и задаром. В результате у администрации Трампа остается ряд вариантов один другого хуже: сохранить действующую блокаду в надежде, что Иран уступит или сломается; развернуть крупную военно-морскую, наземную и воздушную кампанию, чтобы снять блокаду силой и поддерживать постоянное военное присутствие для пресечения ее повторения; или заключить с Ираном соглашение по открытию пролива с прицелом на возобновление переговоров по широким вопросам позднее. Агентство Reuters также сообщило на этой неделе, что американская разведка анализирует, как отреагирует Иран, если Трамп провозгласит победу в одностороннем порядке. Однако односторонний вывод войск сомнителен. Все эти варианты роднит прискорбная реальность: США утратили инициативу. Сегодня они играют на территории Ирана по его правилам — и им придется признать, что смена режима невозможна. 4) Фактор Нетаньяху Какую бы роль ни сыграл премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху в развязывании войны, решающего влияния на то, чем этот раунд закончится, он не окажет. Вместе с тем Израиль может обеспечить продолжение американо-иранского конфликта в той или иной форме. В том, что касается Ирана, у США и Израиля вообще немало общего. Но в одном вопросе они как Марс и Венера. Для Израиля ядерный Иран представляет экзистенциальную угрозу — в отличие от США. Добавьте к этому иранских ставленников, особенно "Хезболлу", и вы получите залог бесконечной напряженности и конфликта, пока иранский режим остается у власти. Поэтому по иранскому вопросу Израиль в некотором смысле был и остается хвостом, который виляет собакой. В то же время ничто не вечно. Доверие к Нетаньяху и израильской разведке "Моссад" пошатнулось, поскольку они пообещали скоротечную войну, которая приведет к краху иранского режима. Непрекращающиеся израильские бомбардировки Ливана также скоро начнут действовать Трампу на нервы, поскольку еще больше осложняют ту головоломку, которую ему приходится решать как внутри страны, так и во всем мире. 5) Преимущество у Ирана Известный политолог Уильям Зартман выдвинул теорию, что шансы на урегулирование конфликтов выше всего, когда противники оказываются в безвыходном положении, причиняющем взаимный ущерб. То есть когда ни одна из сторон не в силах добиться победы, издержки продолжения конфликта болезненно высоки и обе начинают искать выход за столом переговоров. Лишь тогда и только тогда созревает потенциал для деэскалации. Прямо сейчас и США, и Иран считают, что преимущество на их стороне, оба готовы упрямо нести дальнейшие расходы, и ни один из противников не видит дипломатического выхода. Но в вопросе о том, что считать победой, возникает решающая асимметрия, которая дает Тегерану преимущество. Иран понес значительные потери в обычных вооружениях, и его ядерные планы оказались отброшены далеко назад. Однако его трактовка победы — это выживание режима и сохранение рычагов влияния на Ормузский пролив. Цели Трампа же — не только заново открыть ключевую артерию, но и ограничить ядерную программу Ирана сильнее, чем удавалось его предшественникам. И пока иранский режим остается у власти, сколь угодно ослабленный, США будет непросто преподнести это как победу. Есть ли дипломатический выход из сложившейся ситуации, пока не ясно. Пакистанские посредники не оставляют попыток найти точки соприкосновения. Но пропасть между противниками по-прежнему широка. Трамп в ярости после разговора с Путиным. Спецназ готовится штурмовать важный русский объект Однако совершенно очевидно одно: США, мировой гегемон с огромной военной мощью, не смогли победить среднюю державу. Иран последовательно выматывал все предыдущие администрации США, а теперь принялся за президента, который, по словам Карима Саджадпура, "искал иранскую Делси Родригес, но вместо нее получил нескольких иранских Ким Чен Ынов". Об авторах: Аарон Дэвид Миллер — старший научный сотрудник Фонда Карнеги* за международный мир и бывший аналитик Госдепартамента США по Ближнему Востоку. Переговорщик при администрациях республиканцев и демократов. Автор книги "Конец величия: почему Америка не получит еще одного великого президента — и даже не стремится?". Дэниел Куртцер — бывший посол США в Египте и Израиле. Преподает дипломатию и урегулирование конфликтов в Школе общественных и международных отношений Принстонского университета. * Организация признана нежелательной в России