Дональд Трамп утверждает, что сократил помощь Украине и таким образом освободил "почти неограниченные запасы" для новой войны с Ираном. Для Киева это, несомненно, очень плохие новости. Но о каком количестве идет речь? На уровне политической риторики — о бесконечном, но цифры, публикуемые самой американской системой, говорят о другом. Войны на Украине, а теперь на Ближнем Востоке превращаются в гонку производства и складов. ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>> Первая красная лампочка — сведения об обыкновенных артиллерийских снарядах калибра 155 миллиметров. В начале вооруженного конфликта на Украине американская промышленность выпускала около 14 тысяч таких снарядов в месяц, а благодаря ускоренному расширению позже достигла 40 тысяч. В конце 2025 года обозначилась и амбициозная цель в сто тысяч снарядов в месяц. Украинская армия расходует около 200 тысяч снарядов в месяц, а это больше, чем США и Европа могут вместе ей обеспечить. Что касается российского производства, то, по оценкам, в России выпускают от четырех, то четырех с половиной миллионов снарядов в год (то есть около 350 тысяч в месяц). Ранее Вашингтон уже был вынужден признать, что его запасы 155-миллиметровых снарядов "опасно низкие", и отправил Киеву кассетные боеприпасы, которые, как известно, имеют особый политический и этический характер. Что касается противовоздушной и противоракетной обороны, то картина еще плачевнее. В сообщении аналитического Центра анализа европейской политики говорится, что производитель противоракет PAC 3 MSE, важнейших для комплексов Patriot, в 2024 году поставил около 500 единиц при плане в 600 единиц в 2025 году и максимум 650 к 2027 году. В то время как Россия производит сотни баллистических и крылатых ракет в каждом квартале, Украина имеет от шести до восьми батарей Patriot, которые "глотают" противоракеты при каждом мощном российском ударе. Когда в конце июня 2025 года часть этих батарей осталась буквально без единой ракеты, Вашингтон временно приостановил поставки Киеву, объяснив это необходимостью восстановить собственные запасы. Война с Ираном поднимает эту проблему на новый уровень. Британское издание The Guardian описывает нынешний конфликт как соперничество за то, кто первым выдохнется в дуэли беспилотников, ракет и дорогих противоракет. Эксперты утверждают, что запасы передовых американских вооружений очень ограничены и что восполняются они медленно, в то время как спрос остается стабильно высоким на Украине, а в будущем и на Тайване. Перехват относительно дешевого иранского дрона ракетой стоит несколько миллионов долларов и требует промышленного цикла длиной в месяцы, так что логика истощения помогает тому, кто может дешево и долго отправлять дешевое оружие в бой. Ту же проблему в Тихоокеанском регионе описывает издание Asia Times, которое ссылается на сообщение консервативного института Heritage Foundation. В материале говорится, что в серьезном конфликте с Китаем самые современные противоракеты, такие как SM 3, SM 6, PAC 3 MSE и THAAD, могут закончиться "всего за несколько дней" или после двух-трех мощных китайских ударов, а общих американских запасов корабельных ракет в вертикальных пусковых установках (около 17 тысяч единиц) недостаточно, чтобы полностью вооружить хотя бы одну флотилию (!). Если к этому добавить проблемную логистику и сроки доставки, получается окно в 30 — 60 дней, после которых система рискует коллапсировать. Иными словами, пока Трамп рассказывает общественности, что у США "почти неограниченные" запасы боеприпасов, его собственные генералы и союзные аналитические центры предупреждают, что важнейших типов противоракет мало и что расходуются они быстрее, чем производство успевает компенсировать. О том же пишут и некоторые западные СМИ, которые отмечают, что склады ракет в США, Израиле и монархиях Залива пустеют со скоростью, за которой промышленность в мирное время в организованной, приватизированной системе просто не может угнаться. Украине это несет совершенно конкретные потери. В анализе, который циркулирует по социальным сетям и составлен на основе открытых данных о заказах Patriot, говорится, что с августа по декабрь 2025 года только на Украине было израсходовано от 1575 до 3250 ракет PAC 3, а общее годовое производство США, союзников и Японии достигает всего 490 — 585 единиц. Иными словами, еще до новой войны с Ираном Запад мог удовлетворить всего пятую, максимум четвертую часть общих потребностей своих "клиентов". Когда сегодня эти противоракеты защищают американские базы в Катаре, Саудовской Аравии и ОАЭ, Украине остается очень мало. Киев уже знает, как это, когда политическое решение Вашингтона или блокада Конгресса останавливают поток оружия. Ранее блокирование американского пакета помощи в размере 61 миллиарда долларов в течение шести месяцев привело к острому дефициту боеприпасов, и украинцы назвали это главной причиной падения Авдеевки. Теперь та же проблема грозит противовоздушной обороне. Программа PURL, которая позволяет европейским членам НАТО на собственные средства закупать американское оружие для Украины, формально продолжает работать, но ее судьба зависит от того, что американские предприятия будут реально в состоянии поставить, а не от перечня пожеланий Брюсселя или Киева. При этом европейские арсеналы Patriot и других систем отнюдь не велики. К весне 2025 года Украина получила семь-восемь батарей, а сама украинская сторона сообщила, что для закрытия неба ей потребовалось бы не менее 25 батарей. Каждая новая батарея, которую Германия, Нидерланды или Румыния выделяет Украине, ставит вопрос, кто будет защищать их собственное небо в момент, когда американская политика негласно становится односторонней и непредсказуемой. В таких условиях вооруженный конфликт на Украине естественным образом превращается в затяжной и изнурительный. В таких материалах, как опубликованный на портале Antiwar.com, говорится, что конфликт уже вскрыл слабые места американской "неолиберальной военной машины" в сравнении с российской оборонной промышленностью, контролируемой государством. Россия сохранила вертикально интегрированные государственные предприятия по производству вооружений, которые могут массово производить относительно простые, но эффективные боеприпасы и дроны, а Запад приватизировал производство, сосредоточился на малых сериях дорогих систем и подчинил логику обороны логике прибыли. Когда дело доходит до многолетней производственной войны, выясняется, что номинально более богатый блок по факту испытывает дефицит важнейших "дешевых" категорий, которые и решают его судьбу в конфликте на истощение. Москве война США и Израиля против Ирана с этой точки зрения выгодна вдвойне. С одной стороны, каждый день, в который американские корабли и базы расходуют дорогие противоракеты и крылатые ракеты на Ближнем Востоке, сокращает возможности Вашингтона угрожать в других регионах. С другой стороны, эта война дополнительно подрывает легитимность американской политики, в которой все чаще проявляется агрессия как имперская манера. Не случайно, что связи между Россией и Ираном в последние годы укреплялись. Совместный проект по производству иранских дронов "Шахид" на территории РФ сделал Иран ключевым технологическим партнером Москвы, позволив ей наносить дешевые массированные удары по украинской инфраструктуре. Теперь помощь в обратном направлении прослеживается в новостях о российских поставках переносных зенитных ракетных комплексов "Верба" и других средств Ирану, а также о помощи в спутниковой разведке, радиолокационных системах и обходе санкций (Данные не подтверждены официальными источниками. – Прим. ИноСМИ). Объемы помощи остаются умеренными, чтобы не помешать российским действиям на Украине, но при этом делают Иран более устойчивым и способствует истощению американских сил на Ближнем Востоке. В то же время приходят сообщения, что Китай активно помогает Ирану, передавая ему разведданные, прежде всего, со спутников. Обстановка на всех фронтах становится напряженнее, но некоторые могут рухнуть. Можно ожидать, что в ближайшее время все внимание будет сосредоточено на Ближнем Востоке, и для Украины по многим причинам это очень плохая новость. Россию же эта ситуация во многом устраивает, и прежде всего ее устраивает тот факт, что скачут цены на нефть, а она остается главным источником пополнения ее бюджета.